Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

Потом взял ее ночнушку и занялся мастурбацией.

Глава 12

«Вы найдете жертву убийства»

9 декабря 1977 года

Следующим утром Рейдер все еще не вышел из состояния эйфории, и ему захотелось с кем-нибудь поделиться. В кофе-брейк он подъехал на фургоне ADT к рынку органической еды в центре города и подошел к платному телефону-автомату за дверью. В 8:18 утра диспетчер экстренной службы округа Седжвик принял вызов.

– Вы найдете жертву убийства по адресу: Саут-Першинг, 843. Нэнси Фокс.

– Простите, сэр, – откликнулся диспетчер. – Не понял вас. Какой адрес?

Другой диспетчер, слушавший разговор, предположил:

– Вроде Саут-Першинг, 843.

– Все верно, – сказал мужчина.

Диспетчеры попытались выяснить подробности, но он бросил трубку. Работники экстренной службы вслушивались в тишину, осмысляя полученную информацию. Через сорок семь секунд трубку снял кто-то еще. Диспетчеры все еще находились на линии.

– Кто вы такой? – поинтересовались они.

Человек ответил, что он пожарный из Уичито, не на дежурстве. Просто хотел позвонить.

– Кто звонил по телефону прямо перед вами? – спросили у него.

– Мужчина, и он не повесил трубку.

Офицер Джон Ди Пьетра добрался до Саут-Першинг, 843, несколькими минутами позже, в 8:22 утра. На его стук никто не ответил, дверь была заперта. В глубине двора он увидел оборванные телефонные провода, покачивающиеся на ветру. Ставни были сняты, стекло внутри разбито. Больше он ничего не видел из-за штор.

– Кто-нибудь есть дома? – Ди Пьетра отодвинул занавеску и увидел полуодетую женщину, неподвижно лежащую на кровати вниз лицом. Лодыжки связаны куском желтой ткани. На ней был розовый свитер.

Вышибив входную дверь, Ди Пьетра и детектив Луис Браун вошли в дом, который, по словам Ди Пьетры, был самым опрятным из всех виденных ранее. Но тут он заметил следы беспорядка: в пепельнице рядом со стулом лежала недокуренная сигарета. На кухонном столе валялся пустой кошелек. Телефонная трубка небрежно брошена на пол. Коробочки с украшениями разбросаны по туалетному столику в спальне.

Офицеры заметили голубую ночную сорочку, лежавшую на кровати рядом с головой женщины. На ткани были пятна.

Звонить по телефону было глупо, и Рейдер прекрасно это знал. Несколько недель после этого он ждал ареста.

Теперь у них есть запись его голоса, они в курсе, каким телефоном-автоматом он воспользовался. Кто-нибудь мог припомнить, как он швырнул трубку и сел в фургон ADT.

Но он чувствовал себя абсолютно счастливым. Из всех убийств это понравилось ему больше всего – единственное, которое шло по плану. После того как Нэнси умерла, он снял с нее наручники, связал запястья нейлоновыми чулками, стянул с ее шеи ремень, а на его месте завязал еще один чулок. Он прихватил водительские права Нэнси, что-то из белья – очаровательного шелкового белья. Ему нравилось играть с женской одеждой.

Забирая жемчужное ожерелье Нэнси, он подумал, что мог бы подарить его своей жене.

Мать Нэнси, Джорджия Мэйсон, заведовала столовой в больнице Святого Иосифа, неподалеку от квартиры дочери. Около 10:30 утра 9 декабря она собиралась открыть столовую. Ей позвонил офицер службы безопасности.

В их офисе находилось двое полицейских детективов из Уичито, два офицера службы безопасности, ее бывший муж – отец Нэнси, Дейл Фокс, – и священник.

– У нас плохие новости, – сказал кто-то. Джорджия подумала, что-то случилось с Кевином, ее младшеньким, шестнадцати лет. Он прогуливал школу.

– Не с Кевином, – произнес кто-то. – С Нэнси.

Джорджия изо всех сил своего полутораметрового роста ударила кулаками в грудь офицера службы безопасности и рухнула на кушетку.

Детективы показали шефу полиции Ламуньону фотографии с места преступления и видеокассету с отснятым в квартире материалом. Удушение, обрезанная телефонная линия, сперма на ночной рубашке – Ламуньон был уверен, что это дело рук BTK. Он обратил внимание, что очки Нэнси аккуратно лежат на тумбочке рядом с кроватью.

Ламуньону вновь предстояло решить, делать ли публичное объявление о причастности BTK. Он склонялся к положительному ответу. Скрывая участие BTK, они не смогут никого защитить.

Некоторые из детективов по-прежнему не были убеждены в том, что преступление – дело рук BTK. Подумаешь, телефонная линия перерезана. Многие грабители действуют таким же образом. Подумаешь, парень оставил свою сперму. Этим и другие убийцы занимаются.

Прослушали запись разговора с диспетчерами.

Звонивший говорил медленно и отрывисто. Когда он говорил: «Вы найдете жертву убийства по адресу: Саут-Першинг, 843», слово «уби-й-ство» он произнес с паузами, будто не знал, как будет правильно. Возможно, иностранец?

Детективы переговорили с пожарным, поднявшим телефонную трубку, свисавшую на проводе. Он сказал, что не разглядел предыдущего звонившего. Вроде парень ростом под метр восемьдесят, в чем-то похожем на серый рабочий комбинезон, водил фургон с какой-то надписью. Ему показалось, что у мужика светлые волосы.

Мать Нэнси отправилась в больницу Святого Франциска на опознание тела дочери. Один из сотрудников опустил простыню. Лицо Нэнси выглядело так, будто недавние события состарили ее. Работник спросил, принадлежит ли это тело Нэнси Джо Фокс.

– Да, – ответила она. И выбежала из помещения.

Джорджия занялась организацией похорон. Нэнси крестили в баптистской церкви Парквью, там же она пела в церковном хоре. Теперь церковь наполнилась скорбящими. По дороге к городскому кладбищу Харпера змеилась вереница автомобилей.

Беверли Плапп взяла отгулы, чтобы забрать из квартиры вещи сестры. Джорджия не могла себя заставить пойти туда.

Ламуньон вновь обратился в ФБР. Следует ли ему рассказать общественности о BTK? Он считал, что стоит, но кое-кто из детективов утверждал, что это только подтолкнет его к новым убийствам. Нужно ли им пытаться связаться с BTK? По этому вопросу мнения руководителей разделились. Парни из ФБР не могли принять решение. Бихевиоризм[79] – наука новая, говорили они. У них пока не собрано и не обработано достаточного количества данных. Они не склонились к конкретному решению. Ламуньон колебался – казалось, что бы он ни решил, люди будут умирать.

Он вновь решил выждать.

Долго ждать ему не пришлось.

Младший брат Нэнси, похоже, воспринял ее смерть тяжелее всех. Нэнси часто вытаскивала Кевина на прогулки, съесть по гамбургеру. Давала ему водить машину. Он так и не вернется в школу. Пройдет двадцать семь лет, прежде чем он сможет заговорить о ее смерти.

Врач Джорджии три месяца не разрешал ей ходить на работу. Когда она вернулась к своим обязанностям, один за другим к ней пошли сотрудники больницы. Когда они стали обнимать ее, всю жизнь сдерживавшая свои эмоции женщина разрыдалась. Доктор порекомендовал ей плакать почаще.

После того как умерла Нэнси,