Зарубежный детектив-2. 2026. Компиляция. Книги 1-9 - Алисия Хименес Бартлетт

виноградник к лесу. Мне удалось догнать его, лишь когда он остановился на просеке рядом со статуями, где среди тонких стволов деревьев, словно сломанные зубы, торчали огромные пни. Потирая поясницу, Арно приблизился к дереву и похлопал по стволу.

– Это.

Он выбрал молодую серебристую березу, которая стояла между мощными каштанами. Я удивленно смотрел на него, а он достал из кармана трубку и принялся набивать табаком.

– Вали, чего смотришь!

– Вы хотите, чтобы я спилил ее?

– А для чего я тебя сюда привел? Не любоваться же, как я работаю! Хочешь сказать, что не держал в руках цепной пилы?

– Да… то есть нет, не держал.

– Вот и учись. Только помни: она пилит кость так же легко, как дерево. И если не будешь соблюдать осторожность, расчленит не березу, а тебя. – Арно усмехнулся. – Нам ведь больше не нужны несчастные случаи?

– Мы не слишком близко от статуй?

– До сих пор на них ничего не падало и на сей раз не упадет, если ты сделаешь все правильно. – Он пнул ствол примерно в восемнадцати дюймах над землей. – Делай здесь надрез, а затем пили к нему с другой стороны. Вот и вся премудрость. Даже ты справишься.

Арно устроился на пне. Пила лежала в тележке, там же находилась моя трость. Но если я хотел воспользоваться в качестве отговорки больной ногой, надо было делать это до того, как прикатил сюда тележку. Арно раздраженно ткнул пальцем в сторону пилы.

– Чего ждешь? Она не кусается!

Очень не хотелось браться за нее, но отказаться не позволила гордость. Я нагнулся и достал пилу из тележки. Она оказалась очень тяжелой, как и выглядела со стороны – старой, страшной, в масляных потеках. Я держал ее с опаской, почти ожидая, что она вот-вот оживет. На ней не было никаких защитных приспособлений и устройств, но шнур стартера я разглядел. Чувствуя, что Арно наблюдает за мной, я сосредоточился и потянул. Пила безмолвствовала.

– А если попробовать включить ее? И для начала поставь-ка ее на землю. – Он явно наслаждался происходящим.

Я передвинул тумблер на боковой панели и опять потянул стартер. Последовало несколько вспышек, но двигатель не завелся.

– Вы уверены, что она исправна?

– Да.

Я крепко взялся за шнур и дернул изо всех сил. Пила, ожив, задрожала и натужно взревела. Грохот был оглушающим, и когда я подходил к березе, пила сотрясалась в моих руках. Дерево казалось очень хрупким, его листья на фоне серебристого ствола напоминали полупрозрачные зеленые монетки. Я поднес шину к тому месту, на которое указал Арно, но не мог заставить себя погрузить цепь в древесину.

– Пили! – крикнул Арно, перекрывая шум.

Я встал поудобнее, чтобы не перегружать больную ногу, сделал глубокий вдох и коснулся цепью ствола. Гудение пилы перешло в визг. Из-под шины брызнули кусочки коры и белой сырой сердцевины. Я машинально отвел от березы цепь – визг прекратился, послышался прежний рокот. Я представил усмешку Арно и снова погрузил шину в ствол.

Пила, кромсая дерево, вибрировала. Я крепко держал ее и прищуривался от летевших мне в лицо щепок и опилок. Сделав, как инструктировал Арно, треугольный надрез, я вышиб из него клин и перешел на другую сторону ствола. Надеялся, что делаю все правильно, но вопросов задавать не собирался. Когда надрезы почти соединились, дерево заскрипело и стало крениться.

Я поспешно отступил. Послышался треск, и серебристая береза рухнула вниз, подскочила и замерла, упершись ветвями в землю. Как и предсказывал Арно, она упала далеко от статуй. Я невольно оценил его опыт. Он показал мне на пилу. Я перевел мотор на холостой ход, и он стал работать тише.

– Ну вот, – кивнул Арно, – все получилось не так уж плохо.

Я обрезал ветви с дерева и принялся распиливать ствол на поленья, и вскоре просека стала напоминать склад пиломатериалов. Повсюду, словно конфетти, лежали белые опилки. Пока я сражался со стволом, Арно сносил в одно место отсеченные ветви и сортировал по размеру, чтобы все, кроме самых мелких, пустить на растопку.

Работа оказалась нелегкой. Я разделся до пояса, спустив с плеч комбинезон и завязав на бедрах рукава. Даже Арно расстегнул рубашку, выставив на свет безволосое тело, белое, как молоко, по сравнению с загорелым лицом и шеей. От него распространялся острый запах пота. Все общение между нами сводилось к жестам и знакам руками. Лес продолжал наполнять визг расчленявшей дерево пилы.

Наконец работа была закончена. Когда я выключил мотор, наступила тишина, и в этом безмолвии стал слышнее и громче каждый звук.

– Давай отдохнем, – предложил Арно.

Я плюхнулся на землю и привалился спиной к цоколю статуи. Мои руки были забрызганы маслом, к коже пристали опилки. Арно, морщась от боли, опустился на тот же пень, на котором сидел раньше.

– Что у вас со спиной? – спросил я.

– Упал с лестницы. – Он усмехнулся. – Как и ты.

«И поделом тебе», – подумал я, потянувшись за сигаретой. Арно принялся набивать трубку, уминая табак в чашку большим пальцем. А я искал зажигалку – комбинезон был вывернут до пояса, и в карманы попасть оказалось непросто.

– Дать огоньку? – спросил он и бросил коробку спичек.

Я, удивившись, поймал.

– Спасибо.

Я закурил, с удовольствием ощущая, как под действием никотина расслабляются мышцы. Арно негромко посасывал мундштук, и воздух с тихим свистом проходил сквозь чашку трубки. Робко подала голос первая птица. Лесная жизнь постепенно возвращалась к норме. Я с наслаждением затягивался сигаретой, не испытывая желания снова нарушать ее. Докурив, погасил окурок и откинул назад голову. Арно улыбнулся.

– Что вас рассмешило? – спросил я.

– Понравилось, какую ты выбрал опору.

Я обернулся и обнаружил, что прислонился к статуе Пана. И промежность языческого бога оказалась на уровне моей головы. Оперевшись на постамент, я принял прежнее положение.

– Если он не возражает, то я тем более.

Арно хмыкнул – я его, кажется, забавлял. Затем привычно выколотил трубку о подошву ботинка, растер пепел по земле, но трубку не убрал.

– Как ты думаешь, сколько они стоят?

Я решил, что он спрашивает о деревьях, но сообразил, что речь шла о статуях.

– Понятия не имею.

– Нет? Но ты же такой умный, знаешь все на свете.

– Мои знания не распространяются на краденую скульптуру.

Арно достал перочинный нож с коротким лезвием и стал выскребать чашку трубки.

– Кто тебе сказал, что они краденые?

– Если бы статуи были не крадеными, вы бы не прятали их в лесу. Почему же вы их не продаете?

– Не твоя забота. – Он снова погрузил нож в чашку трубки, но