Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Всегда один и тот же сон.

Она посмотрела в окно. Дождливый сентябрьский вечер, солнце уже скрылось за темными облаками.

Томас Шэффер вел джип через горы.

– Уже скоро доберемся.

– А если ее там нет?

– Она точно там. Где ей еще быть?

– А если это вообще не она? – продолжала Грит.

– Ты что, боишься?

Она рефлекторно сжала дрожащие руки коленями. Но потом поняла, что не должна притворяться перед собственным братом.

– Конечно, – наконец сказала она.

– Я тоже. – Он дружески коснулся ее предплечья, затем снова положил руку на руль.

– Но… – опять начала Грит, – если информация неправильная? Если мы ошиблись?

– Почему информация должна быть неправильной?

На это у нее ответа не было. Они вместе ходили в архив ее бывшего приюта в Куфштайне и нашли в деле Грит – дополнительно к копии свидетельства о рождении, которую куфштайнский орган самоуправления выдал задним числом, – рукописную запись. И это оказался настоящий сюрприз.

Дело в том, что Грит не была анонимно оставлена на заднем дворе куфштайнского приюта, как ей внушили и во что она верила все эти годы. Сразу после рождения ее отдали совсем в другом месте и лишь затем привезли в Куфштайн. А вообще ты родом из Верхней Австрии! На пожелтевшем листке можно было разобрать подпись, место и дату передачи.

«В. Кронер, детский дом Браунау, 9 мая, мать неизвестна».

Во время последующих поисков они наткнулись на акушерку, Вивиану Кронер, которая жила сейчас где-то в Швейцарии, но раньше работала недалеко от монастыря Бруггталь рядом с Браунау. Было понятно, что эта акушерка помогла им обоим появиться на свет и затем передала в детский дом, где их разделили и отправили в разные приюты – Томаса в Регенсбург, а ее в Куфштайн.

Но почему их разделили? И к тому же развезли по разным странам? Для их собственной безопасности? Их кто-то искал?

В любом случае похоже, что их настоящее место рождения было недалеко от Браунау. Поэтому они поехали в Браунау, и Грит – ненавязчиво и не поднимая много шума – поговорила со старыми деревенскими жителями. Так они узнали о жутких слухах, которые ходили об урсулинском монастыре с 70-х и 80-х годов.

И они узнали кое-что еще. Почти тридцать семь лет назад ночью в колокольню церкви попала молния, в результате чего соседнее здание полностью выгорело. Якобы от того пожара на лице Вивианы Кронер остались уродливые ожоги. Дата удара молнии совпадала с датой записи в деле Грит.

9 мая.

Ее день рождения.

Совпадение?

Чтобы выяснить это, Грит осторожно установила контакт с одной пожилой монахиней из монастыря и поговорила с ней. Томас держался поодаль, потому что женщине обычно рассказывают больше и охотнее, чем мужчине. После они уже не верили в совпадения, потому что Грит узнала, что в ту ночь одна из монахинь была на девятом месяце беременности. Грит даже выяснила, как ее звали. Магдалена Энгельман.

Энгельман, какая красивая фамилия, – подумала Грит и представила себе ангельское лицо.

И что-то было в ее предположениях, как бы нелепо они ни звучали, – потому что после короткого телефонного разговора сестра Магдалена согласилась принять их и предложила для посещения день, когда в монастыре отсутствовали как старая настоятельница, так и молодой патер. Неофициальная встреча – тем самым туманным дождливым сентябрьским вечером, которым они направлялись в это странное место.

Сестра Магдалена описала им лесную дорогу к территории монастыря. В старой кирпичной стене находилась арка, через которую можно попасть на заброшенное кладбище. Там они должны ее ждать.

Томас и Грит оставили машину недалеко от монастыря, обогнули здание и нашли кладбище. Уже четверть часа они стояли рядом с монастырской стеной. Влажность медленно поднималась из долины, и Грит застегнула молнию своей темно-синей мембранной куртки. Они не произносили ни слова, просто ждали, но с каждой минутой все больше нервничали.

Наконец послышались приближающиеся по гравию шаги. Раздался скрип металлической калитки, и на кладбище вошла высокая женщина в черном платье, черном головном покрывале и с четками на поясе. Она шла, склонив голову, на шее у нее висел серебряный крест. Подойдя к ним, она распрямилась.

– Сестра Магдалена? – спросил Томас. В его голосе послышалась странная хрипота.

Грит лишь молча смотрела на женщину. Белые волосы, высокие скулы, полные губы, серые глаза – внезапно они наполнились слезами, которые потекли по щекам.

У Грит больше не было сомнений. Она почувствовала связь.

– Мама… – произнесла она, и ее сердце скакнуло вверх.

В следующий момент женщина обняла ее, и сердце Грит забилось так стремительно, словно хотело разорвать грудную клетку. Она не могла дышать, у нее перехватило горло.

– Все хорошо, дитя мое. – Магдалена погладила ее по волосам. – Какой большой и красивой ты стала… – Казалось, на мгновение у нее отказал голос. – Все эти годы я надеялась, что у тебя все сложится в жизни. – Она крепко прижала Грит к себе, затем отпустила и вытерла слезы. Моргая, она рассматривала Томаса. И улыбнулась, как будто испытала огромное облегчение.

Но Томас стоял словно окаменевший, неожиданно усомнившись, что все это происходит на самом деле.

– Это Томас, твой сын. – Грит всхлипнула.

Магдалена взяла его за руки, но он продолжал недоверчиво смотреть на нее. Когда же наконец заговорил, его голос прозвучал жестко.

– Почему ты нас отдала?

– Это единственный вопрос, который пришел тебе в голову? – одернула брата Грит.

– Оставь его, – мягко сказала Магдалена. – Это справедливый вопрос. – Она все еще держала Томаса за руки. – Я сделала это ради вашей безопасности, иначе вы прожили бы не больше года.

– Что?! – Томас нахмурился.

Магдалена посмотрела на надгробные камни.

– Где-то здесь похоронены ваши братья и сестры. – Она выпустила руку и погладила мраморную доску. – Но я не знаю где.

– Братья и сестры? – Томас взглянул на Грит, словно опасаясь, что женщина сошла с ума.

– Я должна так много вам рассказать, – вздохнула она. – Но не уверена, хотите ли вы это вообще слышать.

– Я хочу услышать все, – сказала Грит.

– А я просто хочу узнать, кто мой отец, – пробурчал Томас. Очевидно, он представлял себе их встречу по-другому.

– Этого я не знаю.

– Нет? – вырвалось у Томаса.

Магдалена отвернулась. Ее вгляд переместился с кирпичной стены на обгоревшие черные руины.

– Я хорошо помню изнасилования… но все это в прошлом. Я научилась с этим жить. – Она снова повернулась к ним. – Важно лишь то, что с вами все в порядке.

Изнасилования?

У Грит снова перехватило горло.

– Но… почему?

– Вы действительно хотите