Стратегия выхода - Ли Чайлд

Стены были кирпичные, и местами сквозь изношенный, отслаивающийся слой побелки проглядывали участки первоначальной поверхности. Слева находилась обеденная зона. Там стоял длинный узкий стол из потемневшего дерева. Его окружали восемь прозрачных стульев из поликарбоната, а за ним три дивана из хрома и кожи были сгруппированы вокруг камина, который свисал с потолка на собственной дымоходной трубе из нержавеющей стали.

Справа в широкой нише располагалась кухонная зона — подкова из блестящих лимонно-желтых шкафов и матово-черной бытовой техники — а текстурированная бетонная стена тянулась до самого фасада. Ее прерывали два дверных проема с дверями, висящими на открытых горизонтальных направляющих. Ближняя дверь была распахнута, и Ричер мог видеть туалетную комнату по ту сторону. Дальняя была закрыта на три четверти. Ее полностью закрыть мешали две мужские ступни. Они лежали лицом вниз, голые пальцы ног указывали на потолок.

Ричер первым подошел к двери. Он слегка толкнул ее локтем и вошел в квадратный кабинет. Он посмотрел на тело. У этого парня не было шансов что-либо им рассказать. Он был мертв. Это было очевидно. Его застрелили в висок с близкого расстояния.

Кожа вокруг входного отверстия была обожжена и испещрена пятнами пороха. Противоположная сторона черепа отсутствовала вовсе. Ее части прилипли к боковой стенке, а по столу и на лежащем на нем ноутбуке тянулся след застывающей крови и мозгов. Однако Ричеру не нужно было, чтобы парень мог говорить, чтобы опознать его. Он видел его угловатое лицо и холодные, узкие глаза и раньше. Но не вживую

. На экране телефона Гилмора.

Ричер услышал, как Гилмор приближается по твердому полу и резко останавливается в дверном проеме. Он повернулся, и во второй раз за этот день они стояли в тишине и смотрели на труп.

Когда Гилмор наконец заговорил, в его голосе слышалась нотка недоверия. - Какого черта он здесь делает?

- Похоже, он здесь жил. - Ричер наклонился и вытащил кошелек мертвеца из кармана джинсов. Он открыл его и достал водительские права. - Его звали Закари Уивер. И да. Это был его адрес.

- Это многое объясняет, полагаю. Они были парой. Этот парень Уивер и доктор Мартин. Неудивительно, что она не хотела раскрывать свой адрес Кэтрин Касселвуд. - Гилмор вошел в комнату. - Доктор Мартин добывала информацию. Уивер ею пользовался. Интересно, как они сошлись. Психотерапевт и шантажист. Нетипичная любовная пара.

Ричер указал на правое запястье Уивера. Оно было опоясано татуировкой. Непрерывная нить колючей проволоки. С художественной точки зрения изображение было неплохим, но края были размыты, а синий цвет блеклым и выцветшим. - Похоже на тюремную тату. Вероятно, его направил к ней суд. Но это не главное, верно?

Гилмор на мгновение замолчал, затем его глаза расширились. Он сказал: - Черт возьми. Смертью этого парня цепь

разорвана. Мертвые не могут выполнить свои угрозы. Мой племянник вне подозрений. Я вне подозрений.

- Ты свободен, как птица. Можешь улететь прямо сейчас.

Гилмор стоял неподвижно тридцать секунд.

Минуту. Затем он вышел из комнаты и сказал: - Ты прав. Пойдем. Вернемся к машине и сообщим новость Сабрине. А потом поедем… не знаю, куда захочется.

Ричер слушал, как шаги Гилмора удалялись к задней двери.

Он пожал плечами, затем присел на корточки, чтобы проверить остальные карманы Уивера. Он нашел телефон, но больше ничего. Находясь ближе к полу, он мог заглянуть под стол Уивера дальше, чем стоя на ногах. А также дальше под кожаное кресло, которое было прижато под неудобным углом к стене у двери. Что-то застряло под ним у правой передней ножки. Что-то мягкое и пушистое, как комок пыли, который не убрал пылесос. Если бы остальная часть первого этажа была в беспорядке, Ричер, возможно, и не задумывался бы. Но все помещение было безупречно чистым. Его можно было бы использовать в рекламе дорогой клининговой службы. Он залез под кресло и вытащил… комок волос. Они были цвета ржавчины. Один конец выглядел слегка неровным, как будто так и отрос. Но с другого конца пряди были ровными. Их обрезали. Недавно. В этом не было никаких сомнений.

Ричер выпрямился и услышал, как из главной комнаты Гилмор развернулся и направился обратно. Он подождал, и через несколько секунд Гилмор появился в дверном проеме. Он спросил: - Что ты делаешь? Пойдем.

Ричер покачал головой и сказал: - Иди ты. Забери с собой Паттен. Я здесь еще не закончил.

- Что ты имеешь в виду?

- Как ты сам сказал, цепочка разорвана. Мне нужно выяснить, что связывало этого парня с тем, кто пытается украсть груз.

- Почему?

- Мы не знаем, что там внутри. Точно не знаем. Но готов поспорить, что там ничего хорошего. И в таком случае я не хочу, чтобы это попало в чужие руки.

- Это не твоя проблема, верно? Ответственность лежит на ЦРУ. Или на подрядчике. Оставь это тем, кто решил привезти это в страну. Они сами разберутся.

- Может, и справятся. А может, и нет. Но я не люблю рисковать.

Гилмор резко отвернулся. Он сделал два раздраженных шага к выходу, потом остановился и тихонько вернулся. Он сказал: - Я тоже. Уже нет. Ладно. Как мы это сделаем?

- Мы думаем как Касселвуд. - Ричер раскрыл ладонь, чтобы Гилмор мог увидеть волосы, которые он нашел.

Это было под стулом.

- Характерный цвет. Я где-то его уже видел. - Гилмор на секунду замолчал. - Это доктора Мартин. Касселвуд, наверное, принесла его, чтобы иметь козырь. Сделала так, словно доктор все еще жив. Вероятно, она сказала Уиверу, что он должен сотрудничать, если хочет, чтобы она осталась жива.

- Значит, Касселвуд пришла не просто убить Уивера. Она хотела от него чего-то.

Гилмор на мгновение задумался. - Она забрала свою папку из кабинета доктора Мартин. Может, она узнала, что доктор хранила здесь копию.

Ричер сказал: - Или что у Уивера была копия.

- Оба варианта подходят. Потому что тогда она захотела бы забрать ее по той же причине, что и раньше. Чтобы полиция не связала ее с убийством. Теперь уже с убийствами. И, возможно, чтобы не допустить утечки той тайны, о которой она рассказала доктору Мартин.

- И чтобы избежать ответственности, если бы вскрылся заговор, в который ее втянули.

- В какой заговор ее втянули?

- Узнать это невозможно, пока мы не найдем досье. Или саму Касселвуд.

В кабинете не было шкафов для документов, поэтому