Искатель, 2011 № 08 - Журнал «Искатель»

— Был бы плохим — переименовали б улицу, — сказал я. — Хватит рассуждать, давай дело делать. Вперед!

«Копейка», дребезжа всеми фибрами своей престарелой души, рванулась вперед, подрезала «Ауди» и остановилась, преграждая путь иномарке. Но еще до того, как она остановилась, я выскочил из машины и метнулся к «Ауди». Фактор внезапности был главным козырем в моей игре.

— Стоять, ФСБ, — крикнул я, вытягивая вперед удостоверение, чтобы водитель мог разобрать аббревиатуру на нем. — Руки на руль! Не двигаться!

Сработало. Водитель, хорошо упитанный мужик лет тридцати пяти с округлым лицом и коротким, мясистым носом, на котором висели очки в золотой оправе испугался, но ничего экстраординарного с перепугу не предпринял. Выполнил приказание и стал ждать, когда я сяду к нему в машину. Я обошел «Ауди», уже не опасаясь за успех операции — у левой дверцы стоял Сырник с пистолетом в руке. Только дурак мог в такой ситуации дернуть машину вперед и придавить меня к заду «копейки».

Поскольку он не возражал против разговора и не требовал удостоверение, чтобы изучить и запомнить мое имя, я не стал раскрывать его.

— Капитан Фибергласов. Пожалуйста, не бойтесь, вам ничто не грозит, я задам несколько вопросов, постарайтесь ответить на них точно и честно.

— Александр Окопник. Так ведь были уже в конторе ваши люди, — сказал водитель. — Вроде все выяснили.

— С вами говорили?

— Со мной нет. Я менеджер по рекламе. Но с боссом говорили, с его замами тоже. А что тут можно узнать? Охотятся за нами, сам видишь, капитан. Жену босса убили, секретаршу похитили, теперь вот и Гека... И все ходят, спрашивают, а толку — ни хрена нет.

Этот толстый Александр быстро оправился от испуга и теперь вел себя спокойно, это уже хорошо.

— Александр, наш разговор не для широкой публики, и ваше начальство не обязано о нем знать, понимаете?

— Не совсем.

— Ваша фирма весьма закрытая структура, очень трудно понять, что на самом деле происходит внутри компании. Я не стану спрашивать вас о делах, выведывать производственные и финансовые секреты, меня интересует настроение руководства. Отвечайте честно, и я гарантирую, что никто не узнает о нашей беседе. Такое возможно?

— Почему нет? Спрашивайте.

— Босс был очень огорчен гибелью своей жены?

— А то нет? Конечно, огорчен.

— Неприятности начались после вашего юбилея. Что там было?

— Юбилей на самом деле перенесли на день вперед. Официально фирма была образована 30 мая, но фактически вопрос был решен 29-го, эту дату и решили отпраздновать. Это выяснилось за неделю до юбилея.

— Почему на юбилей не пригласили Романа Артемова, он ведь был одним из основателей фирмы.

— Приглашали, но он был в отъезде, снимал какой-то клип. Вообще, это дурость...

— Что именно?

— Отношения Романа с боссом. Они нужны друг другу, но Роман возомнил о себе черт-те что, ушел, а в результате — и фирма с проблемами, и Роман, извините, оказался в жопе. Бизнес-то у него не заладился.

— Что было на юбилейном вечере?

— Да вы это знаете. Марьяне стало плохо, Григорий Ильич приказал Геку отвезти девчонку домой. Остальное было нормально. Пили, веселились, Григорий Ильич танцевал с девушками, в общем, все было нормально.

— Долго он танцевал с ними?

— Я точно не знаю, но до половины двенадцатого — точно. Потом вернулся Гек и отвез его на дачу.

Этого не могло быть. В половине десятого Ярмонов был у себя на даче, с Марьяной!

— Когда Марьяне стало плохо?

— Где-то в самом начале вечера. Кажется, успели выпить всего по паре бокалов шампанского. Наверное, за мужа переживала, он у нее известный бабник.

— Вы не ошибаетесь, Александр?

Окопник пожал плечами, что можно было расценить как — время не засекал, что помню, то и говорю. Я верил ему. Не стал зацикливаться на этом и в процессе дальнейшего разговора узнал много интересного для себя. Ярмонов любил молодых девушек, Артемов тоже, вместе они не раз бывали в элитных саунах, причем подбором девчонок занимался Артемов, когда они работали вместе. Валентин Петрович, чью фамилию я не знал, но описал довольно-таки убедительно, был другом Артемова, юрисконсультом фирмы. Он и сейчас иногда оказывает юридические услуги, но в штате не состоит. Бурда — его фамилия, Где живет — Александр не знал. Я узнаю и через Бурду выйду на тех, кто послал его ко мне. Все-таки не зря мы второй раз вышли на охоту, очень даже не зря!

— Спасибо, Александр, — сказал я. — Напоминаю, что разговор наш был деликатным, никто не узнает о нем, если и вы промолчите. Договорились?

— Вполне.

— Спасибо.

Я вышел из чужой машины, махнул Сырнику, чтобы отогнал «копейку». Но Окопник не стал ждать, сдал назад, вырулил на проезжую часть улицы и был таков.

— Хоть что-то интересное узнал? — спросил Сырник.

— Много, — ответил я. — И все очень интересное. Поехали домой, мне нужен компьютер. Но, похоже, в первой версии появился четвертый факт.

— Что за факт и что за версия?

Я коротко пересказал ему содержание своего разговора с господином Окопником.

Глава 19

Домой, то есть к Сырнику, мы не успели добраться. Я из машины позвонил Артемову, спросил, знает ли он адрес Валентина Петровича Бурды. Артемов долго сопел в трубку, а потом нехотя сказал, что знает номер его телефона, скажет, но не сейчас. Только что звонили похитители Марьяны и предложили встретиться, чтобы обсудить условия выкупа. По телефону они отказались говорить. В половине первого он должен быть на Рублевском шоссе, в лесу у развилки на Лесной. У него, конечно, есть люди, но и я должен там быть, ведь из-за меня... Ну да, конечно, все плохое в этом мире случается из-за меня. Кто же сомневается в этом? За какое дело ни возьмись, обязательно сыплются упреки — если бы не ты да если бы не ты! Но что поделаешь, такая уж работа. Я заверил встревоженного супруга, что непременно буду там даже раньше половины первого. Мы были уже неподалеку от Красной Пресни, но Сырник, повинуясь моему приказу, погнал машину дальше по Садовому кольцу, к Кутузовскому. На Рублевку мы могли выскочить и через Кутузовский, что душу травить, ехать мимо дома Сырника на Шмитовском?

Сообщение Артемова ничуть не удивило меня — более того, я ждал чего-то похожего. Фантастическая версия становилась реальнее, только ясности в деле не прибавлялось.

— Думаешь, она еще жива, эта Марьяна? — спросил Сырник.

— Надеюсь. А думать все некогда. Черт побери, как не вовремя объявились эти похитители!

— Ты соображай прямо сейчас, пока едем, — посоветовал