Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

Наш случай все еще был во всех новостях. Когда девушки с Бесси-стрит говорили об этом, они выдвигали различные теории. Возможно, у тебя был любовник и ты хотела жить с ним. Возможно, ты прирожденная убийца и убрала с дороги мужа и дочь. Или просто сошла с ума.

– А вдруг это он собирался убить ее, – не выдержала я и пнула журнальный столик, – но она успела первой.

Все замолчали. Наконец одна девочка буркнула:

– Да неужели, – после чего протянула руку и ущипнула меня за икру. – Не мешай нам веселиться. А то мы не догадались, что очередной мешок с дерьмом вытворил очередное дерьмо.

Они не узнали во мне пропавшую девочку из новостей. Горе изменило меня, глаза глубже запали в глазницы, а после того, как надо мной поколдовала Велвет, я и вовсе стала другим человеком. Меня волновало и ужасало, что столь полное преображение вообще возможно. После моей вспышки Велвет запретила нам смотреть новости, переключила телевизор обратно на мыльную оперу и положила конец обсуждению. Потом похлопала меня по плечу и сказала:

– Думаю, пора найти тебе работу.

Глава 8

Минуло две недели с тех пор, как пришло твое письмо, с тех пор, как я врезалась в женщину на «шевроле». Две недели, как Нова, отправленная на каникулы, вторгалась в повседневную жизнь Ларка постоянными драками и препирательствами; дети соревновались в конкурсе, где главным призом служила моя безраздельная любовь. Соседские семьи с детьми возраста Новы, с которыми она обычно играла после школы, отвлекаясь от младшего брата, разъехались на летний отдых: в бунгало на побережье, коттеджи в горах. Все взрослые были мастерами зимних и водных видов спорта. Пока я уплывала мыслями в прошлое, представляя нас с тобой на песке, соседки сближались из-за травм, полученных во время катания на лыжах, я же не могла отличить вейкборд от сноуборда. Не ожидала, что именно это станет проблемой, когда мы переехали на улицу, где все вокруг богаче нас. Я думала, у нас все хорошо, считала, что муж относительно успешен, чувствовала себя счастливой, что работаю неполный день из дома, но перспектива быстро изменилась. Ну ладно, хотя бы красота при мне, думала я, но понимала, что внешность – валюта с изменчивым курсом.

Тебе, например, красота ничего не дала. К тому же теперь, измученная бесконечной чередой бессонных ночей, я была не так уж и красива.

– Почему бы не отправить дочку в летний лагерь? Она ведь уже достаточно взрослая. Разве у тебя не хватит денег от твоих обучающих курсов? – Муж предложил это накануне вечером, после моих жалоб на отсутствующих товарищей Новы по играм. Он не понимал: чтобы отправить девочку в лагерь, нужно записываться за несколько месяцев, и каждая неполная неделя обойдется в сумму от трехсот пятидесяти долларов за занятия, которые ведут незнакомцы в одинаковых футболках, обещая детям незабываемые впечатления вдали от родителей, обучая их собирать в лесу грибы, лазать по скалам или еще чего похуже. Моя паранойя была слишком сильна, чтобы вынести желанную разлуку. Не говоря уже о том, что деньги, полученные за онлайн-уроки, я успевала истратить еще до того, как они попадали мне на счет. А как еще, он думал, мне удается пополнять растущую коллекцию дизайнерских платьев в деревенском стиле?

Со времени последнего фиаско я не возвращалась на почту, чтобы проверить абонентский ящик и узнать, нет ли там еще одного письма от тебя; не могла заставить себя снова вывести детей на публичную арену для очередной гладиаторской схватки с лего, – но подозревала, что твое нетерпение растет. Может, ты предположила, что первое письмо потерялось и пришло время отправить еще одно, на мой домашний адрес; не сомневаюсь, что твоей феминистке-адвокату хватило бы ума его выяснить, если уж она сумела найти номер моего абонентского почтового ящика. Я даже думать не хотела, как ей это удалось, учитывая, что информация не публичная. Адвокат явно работала мастерски, быстро и эффективно. Возможно, наблюдала за мной прямо сейчас.

Дети канючили, выпрашивая поездку в парк, и разревелись после отказа, но тут же успокоились и стали послушными, когда взамен я предложила посмотреть детский канал «Пи-Би-Эс кидс». Возможно, я ошибалась и телевидение вовсе не враг, а фактически бесплатный летний лагерь. «Конечно, мама! Да, мама! Люблю тебя, мам», – телевидение мой новый союзник. И потом, какой у меня выбор? Мне сейчас не до парка.

Нужно было следить, сидя у окна в столовой, когда принесут почту. Заставка одного шоу сменялась другой, обрывки мелодий неслись из подвала через вентиляционные отверстия, а я сидела с ноутбуком, заполняя корзины онлайн-покупками, но успевала закрывать окна интернет-магазинов, прежде чем нажать на кнопку «купить сейчас!». Каждый раз, воздержавшись от покупки, я считала, что сэкономила. На следующий день в продуктовом магазине вся эта экономия возымеет обратный эффект, когда я вдруг беспричинно почувствую себя богатой. В тот момент, когда я уговаривала себя сделать исключение для обманчиво простенького, но в то же время шикарного домашнего платья, явилась почтальонша. Ее нельзя было назвать приятной женщиной. Мой муж постоянно возмущался: «Чего она такая злая?», но я понимала ее безоговорочно.

– Простите, что беспокою, – сказала я, выходя на крыльцо, – но у меня сложилась деликатная ситуация.

Почтальонша не дрогнула. На вид ей было лет пятьдесят; длинная седая коса до попы, розовая помада ледяного оттенка.

– Вряд ли вы меня шокируете.

Я понизила голос:

– Понимаете, кое-кто может прислать мне письмо из тюрьмы. И я хотела бы сохранить это в тайне, так что…

– Вам придется говорить погромче. Мои слуховые аппараты работают только наполовину, и я уже три месяца не могу записаться на прием, чтобы заменить их. Всем плевать, что я работник социально значимой сферы.

Соседка с мужем вроде бы осматривали во дворе ягодные кусты, но вдруг подслушивают?

– Мне могут приходить письма из тюрьмы. Из учреждений штата. Возможно, из юридической конторы. Я не хочу, чтобы кто-то их видел – кроме меня, разумеется. Всю корреспонденцию, которая выглядит как письма из тюрьмы или юридической фирмы, должна получать исключительно я.

– Моя сестра вышла замуж за парня, отбывающего срок. Никогда не видела ее такой влюбленной. Я спросила: неужели тебе все равно, что он натворил? Но она уперлась, что он невиновен. Сестрица глотает книжки о реальных преступлениях, как сказки на ночь, хотя я сказала ей: лучше бы такое не читать, это вредно для мозгов.

– Тут немного другая история, – осторожно возразила я, и она безучастно посмотрела на меня. – Я просто интересуюсь, не могли бы