Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

Чжоу Липин посмотрел на него и промолчал.

Очевидно, отказываясь отвечать на вопросы помощника следователя, Чжоу Липин давал понять полиции, что реагирует на доброе отношение, но не на грубость.

Главный следователь заговорил:

– Чжоу Липин, ты уже не тот школьник, что раньше. Ты должен понимать, что молчание не решит проблему. Не думай, что если не дашь показаний, полиция ничего не сможет с тобой сделать. Даже если ты откажешься отвечать на наши вопросы, мы все равно можем возбудить против тебя уголовное дело по статье 53 Уголовно-процессуального кодекса. Так что лучше честно расскажи, где ты был вчера вечером, с кем дрался, есть ли свидетели или улики – мы проверим, правда это или ложь. Правительство не отпустит преступника, но и не обвинит невиновного.

Чжоу Липин посмотрел на него и медленно сказал:

– Вчера около одиннадцати, в парке на перекрестке улицы Синьюй. Вот синяк на моей щеке – сойдет за вещественное доказательство?

Из-за ограничивающей панели он не мог поднять руку, но повернул голову – впрочем, даже без этого движения темно-багровая гематома на щеке была хорошо видна… После ареста Чжоу Липина полиция сразу заметила его травму, и Ду Цзяньпин специально опросил всех участвовавших в задержании коллег, но никто не признался, что бил Чжоу Липина по лицу. При задержании преступникам часто наносятся травмы и посерьезнее, полиции приходилось закрывать на это глаза, но они и подумать не могли, что правда окажется такой.

– С кем дрался?

Чжоу Липин поднял брови:

– Разве не поэтому вы меня арестовали?

– Мы хотим, чтобы ты сам сказал, с кем дрался.

Чжоу Липин назвал имя, которое поразило и Линь Фэнчуна в допросной, и Ду Цзяньпина за стеклом!

Ду Цзяньпин немедленно послал подчиненного проверить.

Вскоре тот вернулся с подтверждением: человек, с которым дрался Чжоу Липин, признал факт драки, время и место полностью совпадали.

– И почему он не сказал об этом при аресте? – раздраженно пробормотал Ду Цзяньпин, затем сообщил в микрофон: – Проверено, драка, о которой говорит Чжоу Липин, действительно была, но она произошла около одиннадцати, а убийство на Саошулин – в половине одиннадцатого, так что это не может служить алиби. Продолжайте допрос.

Следующие вопросы главного следователя были не по существу… После нескольких безрезультатных раундов он напоминал льва, готовящегося атаковать носорога, – не знал, с какой стороны подойти и какой силы сопротивления ожидать, поэтому его натиск заметно ослаб. Помощник следователя тоже понимал, что угрозы на Чжоу Липина не действуют, и просто сидел в качестве мебели. Линь Фэнчун понял, что так дело не пойдет, и внезапно обратился к Чжоу Липину:

– Чжоу Липин, ты меня помнишь?

Глядя на усатого полицейского, который все время молчал, Чжоу Липин медленно кивнул.

– Два года назад, во время «Инцидента с поиском оружия», мы беседовали в отделении. Хотя у тебя не было алиби, но и у нас не было доказательств, что пистолет украл ты, поэтому после разговора мы тебя отпустили – ты наверняка помнишь. – Линь Фэнчун смотрел ему прямо в глаза. – Возможно, ты думаешь, что полиция арестовала тебя из-за предвзятого отношения, но факты доказывают обратное. Мы полагаемся только на доказательства. Раз мы тебя арестовали, значит, у нас есть серьезные улики против тебя. Но мы хотим, чтобы ты сам признался, дал себе шанс искупить вину. Если ты этого не делал, тоже говори прямо, чем раньше прояснится, тем раньше выйдешь. Я уверен, что ты, как и мы, предпочел бы пореже встречаться при жизни.

Чжоу Липин внимательно слушал, потом нахмурился:

– Я уже все сказал, что еще вы хотите от меня услышать? Сколько можно мне мстить?

– Полиция подняла такую шумиху из-за обычной мести? – холодно усмехнулся Линь Фэнчун. – Ты считаешь нас идиотами или тюрьма повредила твои мозги?

– Тогда я не знаю. В любом случае, вы не в первый раз меня несправедливо обвиняете.

На месте другого такие слова могли бы вызвать взрыв гнева, но Линь Фэнчуна недаром прозвали «бабушкой Линь» – на любую провокацию он реагировал спокойно и уравновешенно:

– Хорошо, давай пройдемся по твоим вчерашним действиям, я спрашиваю – ты отвечаешь, ничего не пропуская, что скажешь?

Чжоу Липин кивнул.

– Во сколько ты вчера пришел на работу?

– В девять прибыл в компанию.

– Что делал потом?

– Ездил с директором Чжэном по делам.

– Расскажи подробнее, куда ездили? Какие дела?

– В медицинскую компанию «Цзяньи», наша фирма на следующей неделе организует их конференцию, всем участникам будут дарить товары для здоровья. Директор Чжэн поехал посмотреть образцы и обсудить с ними список приглашенных экспертов, ученых, журналистов, а также размер компенсации транспортных расходов и так далее.

– На какой машине ты ехал?

– На корпоративном Audi A6.

– Потом?

– В обед вернулись поесть.

– Подробнее, где, с кем ел?

– В ресторане быстрого питания «Шифэньчжун» недалеко от компании, с директором Чжэном.

– А днем?

– Днем делать было нечего, я играл в компьютерные игры в офисе.

– В какие?

– В CrossFire.

– До скольки играл?

– Не помню точно, в пять часов закончил работу, спросил у директора Чжэна, есть ли еще дела, он сказал нет. Я еще немного поиграл и пошел домой.

– Во сколько пришел домой? Что ел вечером?

– Точное время не смотрел, наверное, как обычно, около шести, съел лапшу с говядиной «Кан Шифу».

– А потом?

– Потом, около девяти, я получил звонок от Син Цишэна, он просил приехать в «Детский приют Тунъю», объяснил, что дело срочное.

Все полицейские внутренне напряглись, понимая, что разговор подошел к ключевому моменту.

– Кто такой Син Цишэн? – спокойно спросил Линь Фэнчун.

– Директор «Детского приюта Тунъю», друг нашего директора Чжэна, но я его не люблю.

– Зачем он тебя искал?

– Он напился и не мог вести машину.

– Ты поехал?

– А что было делать? Я взял такси до приюта, нашел Син Цишэна, он сказал подождать в машине. Я ждал минут двадцать, затем он вышел, потом я повез его…

– На какой машине?

– На Spy.

– По нашим данным, этот Spyker принадлежит вашей компании, значит, ты должен был приехать на нем. Почему вдруг решил подработать личным водителем?

– Spyker был одолжен компанией Син Цишэну, он использовал его как личный автомобиль, но когда машина нужна была компании, я ее забирал.

– Когда ты в последний раз до того вечера водил Spy?

– Вечером предыдущего дня, ездил в аэропорт встречать клиента. У Audi A6 был запрет на движение по номерам[12], поэтому я взял Spy.

– Хорошо, продолжай. Син Цишэн заставил тебя ждать двадцать минут,