Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи

– Капитан Цзян провел экспертизу образцов еды с того вечера. В курином супе обнаружены компоненты смертельно ядовитого гриба «огненный коралл». – Тань Юн обвел всех взглядом. – Вспомните – попадались ли вам на глаза в тот вечер грибы подозрительного вида?

– «Огненный коралл»… Я слышал об этом грибе, – сказал Гу Лэй. – Он похож на красные пальцы, да? Если бы за ужином было что-то столь необычное, все бы обратили внимание.

– Снаружи этот гриб красный, а внутри белый, – пояснил Ли Бинь. – Убийца, конечно, не стал бы класть в суп грибы с такими характерными признаками. Скорее всего, он срезал красную часть, а оставшуюся измельчил в порошок. Попробуйте вспомнить, видели ли вы незнакомые грибы.

Все покачали головой. Ся Ци сказала:

– Все грибы, которые мы ели тем вечером, мне знакомы. Если не ошибаюсь, их было четыре вида. Я их прекрасно знаю.

– Верно, я купила четыре вида съедобных грибов, – подтвердила Ли Сюэли.

– Эти грибы я ела сотни раз. Среди них не могло быть ядовитых, – добавила Фань Линь.

Тань Юн кивнул:

– Как я и предполагал, ядовитые грибы добавили уже во время ужина, а не при приготовлении. Иначе бы и дети пострадали. В тот вечер ведь они вышли из-за стола раньше?

– Да. Мы пили алкоголь, детям нечего было делать за столом так долго, – ответила Фань Линь. – Вэньцзин и Сяолян ушли в комнату – заниматься уроками и играть.

– Видимо, у убийцы осталась совесть – не стал травить детей, – заключил Тань Юн. – Специально дождался, когда они уйдут.

– Разве нет другого объяснения? – вдруг не выдержала Шэнь Фэнся.

– Какого? – спросил Тань Юн.

– Даже тигр не съест своего детеныша.

Смысл этих слов был слишком очевиден. Фань Линь тут же отреагировала:

– Фэнся, ты намекаешь, что если убийца не я, то это либо Су Сяотун, либо Гу Лэй?

– Тебе лучше знать.

– Ты!..

– Хватит! – резко прервал их Тань Юн. – Полиция будет учитывать все обстоятельства. Мои вопросы еще не закончились.

Обе женщины замолчали. Тань Юн продолжил:

– Раз мы установили, что ядовитые грибы добавили позже, попробуйте вспомнить, кто вел себя подозрительно после того, как дети вышли из-за стола.

Присутствующие растерянно переглянулись.

– Мы тогда обсуждали планы на отпуск, – сказала Ся Ци. – Взрослые сидели за столом – все у всех на глазах. Кто бы сумел подсыпать яд при таких условиях?

– Именно, – поддержал Ван Синсин. – Незаметно добавить ядовитые грибы в суп было невероятно сложно.

– Открыто, конечно, нельзя. Значит, человек сделал это, когда все отвлеклись, – рассудила Су Сяотун.

– В супе не нашли кусочков «огненного коралла», только порошок, – пояснил Ли Бинь. – Значит, убийца ждал удобного момента, чтобы подсыпать заранее измельченные грибы. Так яд равномернее распределился и быстрее всосался. Убийца продумал детали. Это был хладнокровный расчет.

– Порошком отравить проще, – добавил Тань Юн. – Можно спрятать его в рукаве и подсыпать, когда наливаешь суп или накладываешь себе еду. Запястье прикроет это движение. Так что провернуть это при всех вполне реально.

– Лао Тань, выходит, вычислить отравителя невозможно, – сказала Фань Линь. – Все тогда оживленно общались, каждый наливал суп и брал закуски. Никто же не следил за чужими руками.

Несколько человек кивнули.

– Пока оставим этот вопрос. Следующий – в каком порядке вы почувствовали симптомы отравления?

– Никакого порядка не было, нам поплохело почти одновременно, – сказала Хань Лэй.

– Но кто-то же был первым? Кому стало плохо раньше всех?

– Учителю Юаню. Потому что… я налила ему несколько порций супа. Знала, что он его любит, – с горечью произнесла Шэнь Фэнся.

– А затем?

– Наверное, мне, – сказала Ли Сюэли. – Меня прихватило вскоре после того, как Юань Дун пожаловался на боль в животе.

– Честно говоря, у меня закружилась голова еще до того, как Юань Дун заговорил, – добавил Гу Лэй. – Я просто не подумал, что это может быть отравление. Когда все начали жаловаться, стало страшно, тело уже не слушалось.

– У меня так же, – подтвердил Ван Синсин.

– Симптомы проявились у всех за каких-то десять секунд, трудно определить очередность, – заверила Су Сяотун. – Я только помню, что теряла сознание, когда больше половины уже лежали без сил.

– Понятно. Тогда скажите – кто вызвал «скорую»?

Это был ключевой вопрос, но он постарался задать его максимально непринужденно.

Все переглянулись. Прошла пара томительных секунд, но никто не признался.

– В чем дело? – нахмурился Тань Юн. – Почему никто не отвечает?

– Странно… – удивилась Ся Ци. – Ведь тот, кто вызвал «скорую», фактически спас всех нас. Зачем скрываться?

Прошла минута тягостного молчания, но никто так и не заговорил.

– Ладно, на сегодня вопросов достаточно, – сказал Тань Юн. – Если кто-то вспомнит важные детали – сразу свяжитесь со мной. До завершения расследования никто не покидает Лиши. И постарайтесь не собираться вместе за едой – оставайтесь дома.

– Лао Тань, после такого они и сами ко мне не придут, – горько вздохнула Ли Сюэли.

– Тогда мы…

Тань Юн не успел закончить, как Фань Линь перебила:

– Подожди, Лао Тань.

– Что такое?

– Ты велел сообщить, если что-то вспомним. Я сейчас кое-что важное вспомнила.

– Что именно? – Тань Юн внимательно посмотрел на нее.

Фань Линь заколебалась.

– Изначально я хотела поделиться с тобой этим лично – по телефону или в «Вичате». Но подумала, что лучше сказать при всех, так как нужны свидетели.

– Говори, в чем дело.

– На самом деле среди нас один человек вызывает подозрения.

Эти слова вызвали всеобщее потрясение.

– И кто же? – спросил Тань Юн.

– Ся Ци.

– Что?! – Ся Ци побледнела. – С чего ты взяла?

– У меня есть основания.

– Какие?!

– Ся Ци, среди всех нас только ты одна бывала у сестрицы Ямэй дома, верно? Она сама мне об этом рассказывала.

– Ну и что? Я просто забегала к ней поболтать. Разве это преступление?

– Кто-нибудь еще бывал у сестрицы Ямэй? – Фань Линь обвела взглядом присутствующих. – Или знает о таких визитах?

В гостиной повисло молчание. Фань Линь снова обратилась к Ся Ци:

– Видишь? Я права. Только ты оставалась с сестрицей Ямэй наедине.

– Даже если так, что это доказывает?

Фань Линь повернулась к Тань Юну:

– Лао Тань, я не следователь и не могу делать выводы. Просто сообщаю подозрительный факт. Ся Ци была ближе всех к сестрице Ямэй, часто называла ее второй матерью, а та относилась к ней как к дочери. Плюс только Ся Ци бывала у нее дома. Не исключено, что сестрица Ямэй рассказала Ся Ци о завещании и двухстах миллионах. То есть только Ся Ци могла знать о них заранее. Разве это не основание для беспокойства?

В словах Фань Линь была логика. Тань Юн посмотрел на Ся