Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

— А я могу лишь повторить свой отказ, — ответил я. — Я не расстаюсь с этой картиной со дня смерти моей матери. Она слишком много значит для меня. Я не намерен расставаться с ней.

— Поверьте, мне очень жаль. Если вдруг когда-нибудь передумаете, не стесняйтесь, позвоните мне.

Я молча кивнул. От его настойчивости мне становилось не по себе. Со вчерашнего дня я знал, что автопортрет Орацио Борджанни не стоил таких денег. За эту сумму Д'Изола мог купить едва ли не все его наследие.

Чтобы скрыть замешательство, я встал и подошел к гипсовой скульптуре Клодель. Издали я не рассмотрел ее, но теперь увидел, что она изображала старуху, разрезающую нить. Я не устоял перед искушением и дотронулся до нее кончиками пальцев.

— Интересно, правда? — заговорил Д'Изола. — Эта тема вовсе не характерна для творчества Клодель. Это одна из трех Парок, перерезающая нить жизни. Она вылепила это за несколько дней до расставания с Роденом. Своего рода предчувствие, несомненно.

Услышав упоминание о Парках, я вздрогнул.

— Парки — это центральный элемент на гербе моей семьи, — продолжал Д'Изола. — Подобно им, мы, банкиры, держим в руках жизни нам подобных. Символика, конечно, грубоватая.

Сигнал тревоги в моем мозгу звенел все сильнее. В этот момент я понял, почему Д'Изола так стремился купить у меня автопортрет Орацио Борджанни.

Кто, как не банкир, ищущий клиентов среди самых богатых семей Рима, мог располагать самой лучшей картотекой потенциальных покупателей ворованных картин? Томмазо Д'Изола — вот недостающее звено цепочки!

Наставленный на меня револьвер лишь подтвердил мою догадку.

— Не пытайтесь выкинуть что-то смешное, Алекс. На прошлой неделе я наблюдал за вашими подвигами в схватке с Марио Монти. Без вашей помощницы вы были бы уже мертвы. Вы не способны обороняться даже против чахоточной монашенки. И не пытайтесь кричать. В ожидании вашего посещения я распустил всех слуг по домам.

Хотя мне ужасно хотелось броситься на него, я осознавал, как ограничены мои силы в ближнем бою. Кроме того, зная, что пуля всегда опередит кулак, я предпочел замереть на месте.

— Но ведь вы не убьете меня здесь? — осведомился я, пытаясь справиться с дрожью в голосе.

— Да, мне будет сложно объяснить секретарше, откуда взялось пятно крови на ковре. Поэтому я предпочел бы обойтись без стрельбы. Я просто хочу поговорить с вами.

— Но для этого не нужно оружия. Я вполне доступен. Мы могли бы поговорить даже по телефону.

— Алекс... Можете вы перестать шутить хоть на минутку? К сожалению, нехватка времени не позволяет мне насладиться беседой с вами. Мне нужна эта картина. И как можно скорее. Я не хочу умирать, и вы тоже не хотите. Поэтому вот что мы с вами сделаем: вы забираете картину и спокойно ждете у себя в номере, когда я снова свяжусь с вами. И не вздумайте посвящать во все это милейшего Тененти. Мне не хотелось бы, чтобы он путался у нас под ногами, когда произойдет обмен.

— Какой обмен? У вас нет ничего, что могло бы заинтересовать меня.

— Я бы на вашем месте не был так в этом уверен. Вы ведь знакомы с капитаном Новак? Так вот, она уже три дня находится в Риме. Вчера она даже явилась ко мне без приглашения. Одним словом, я ей немного помог.

— И что же?

— Вы любите крыс, Алекс? Вряд ли... И она не любит. А там, где я ее запер, полно крыс. И в стенах, и под полом. Десятки голодных крыс. Она всю ночь пыталась не дать им полакомиться своим нежным телом. Но она не может вечно бодрствовать. И в тот момент, когда ее сморит сон, кто-нибудь из моих подопечных вцепится ей в ушко. Если повезет, она сможет бороться со сном до сегодняшнего вечера.

— Плевать мне на эту легавую. Она подозревает меня в убийстве Наталии. Пусть ее сожрут ваши чертовы крысы.

На самом деле Сара Новак вовсе не оставляла меня безразличным, особенно когда надевала обтягивающие кожаные брюки.

— Ну, сколько же красивых девушек из вашего окружения мне придется убить, чтобы склонить вас к сотрудничеству? — спросил Д'Изола. — Я убил Наталию, если понадобится, я убью Сару Новак, а потом настанет через вашей прелестной помощницы. Я хочу эту картину, Алекс. Я не остановлюсь ни перед чем. Не лучше ли положить конец этому мучительному пути?

В этот момент я вспомнил, что учился в немыслимо дорогой коммерческой школе. Среди того, чему меня научили, числились переговоры, в том числе такой их вариант, как «детальное обсуждение вопроса с полными ублюдками». Сейчас, когда один из них сидел передо мной, настало время воспользоваться этим и применить знания на практике.

Я постарался изобразить полное безразличие.

— На эту дуреху из полиции мне начхать. Предложите мне что-то другое.

— Чего вы хотите?

— Мне нужны сведения об отце. И доказательства моей невиновности в убийстве Наталии.

Д'Изола расхохотался. На минуту я решил, что сейчас он выстрелит в меня, чтобы проверить, правда ли, что воздушные шарики сдуваются, когда их протыкаешь.

— Неужели я предоставлю вам доказательства собственной вины? Вы что, дурак?

— Но вы же не один были в ее квартире в ту ночь. Наталия ни за что не открыла бы вам дверь. Кто вас провел туда?

— Фарг, адвокат Кемпа. Из него вышел бы отличный виновник, но мне пришлось убрать и его.

— Тем лучше. Он не станет защищаться. А если вы пришьете инспекторшу, никто не станет приставать к вам со всей этой историей. Помогите мне отмыться, дайте доказательства вины Фарга, а я отдам вам картину.

— И вы спокойно позволите мне убить Сару Новак?

Я кивнул, глядя ему прямо в глаза. Сейчас нельзя было отступать. Я думал о Такеси Китано. Я даже улыбнулся, как он, правым уголком рта. Я стал настоящим мерзавцем. Я мог победить сукина сына банкира на его собственном поле.

— Я же вам сказал. Мне плевать. С ее смертью у меня все наладится. Но мне надо стребовать с нее один должок. Из-за нее я провел скверную ночь. Хочу увидеть ее прежде, чем вы с ней разберетесь. Ведь ваши крысы все равно съедят ее, даже если у нее будет сломана пара костей?

Я подошел к краю пропасти. Дальше хода не было. В