Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

прощения и понимания. Заслуживаешь? Нет, не заслуживаешь. – Напыщенное выражение вмиг исчезло, и на лице Цзян Я вновь отразилось хладнокровие палача. – Ему не нравится; он считает, что это несправедливо.

Фан Му с изумлением смотрел на этого то безумного, то нормального человека.

Цзян Я медленно подошел к окну и, откинув занавеску, выглянул наружу. Сейчас было самое шумное время дня: на улицах большое движение, беспрерывный поток людей, шумная и оживленная обстановка.

– Знаешь, ему нравится этот город. Он дал ему новую жизнь, любимую женщину и ощущение покоя и стабильности. Поэтому он хотел, чтобы здесь все было хорошо. Поэтому хотел, чтобы все были равны. Поэтому хотел, чтобы все были добры друг к другу. Поэтому чувствовал себя вправе очистить город от всей грязи… Даже если это всего лишь мизерная пылинка. – Цзян Я обернулся и с улыбкой посмотрел на Фан Му. – К тому же ты должен признать: этот город нуждается в нем, нуждается в луче света.

Фан Му несколько секунд не сводил с него глаз. Затем, медленно выдохнув, спросил:

– Закончил?

Цзян Я слегка кивнул.

– Хорошо. – Фан Му встал и, тщательно выговаривая каждый слог, продолжил: – Запомни: я сделаю все, чтобы погасить этот свет.

С этими словами он развернулся и направился к двери. Открыв ее, услышал голос Цзян Я:

– Офицер Фан, ты так и не рассказал мне, как погиб его лучший друг…

Фан Му обернулся. Цзян Я смотрел на него с грустью, в его глазах блестели слезы. Это был уже абсолютно другой человек.

– Авария на шахте. – Небрежно выплюнув эти три слова, Фан Му открыл дверь и вышел.

* * *

На обратном пути Фан Му долго не мог успокоиться. «История» Цзян Я подтвердила его догадки. Этот человек и есть «Огни города». Все это произошло так легко и так неожиданно, что Фан Му вдруг начал сомневаться в правдивости этого вывода.

Несомненно, Цзян Я был самым смелым противником, с которым профайлер когда-либо сталкивался. Он практически во всем признался, но доказательств для привлечения к ответственности все равно не хватало. И Цзян Я прекрасно это понимал, иначе не стал бы открываться в такой почти провокационной манере.

Что делать? Терпеливо ждать, пока он совершит еще одно преступление, а потом искать доказательства?

Полиция хоть и не располагала неоспоримыми доказательствами, но, безусловно, будет внимательно следить за ним. Маловероятно, что в ближайшее время произойдет еще одно преступление. Кроме того, кто станет следующей жертвой? Спекулянт, торгующий токсичными пищевыми продуктами, чэнгуань, жестоко исполняющий закон, или безответственный врач? Но суть проблемы не в этом. Больше всего Фан Му беспокоило другое: есть ли еще люди, готовые осуждать «Огни города»?

«Этот город нуждается в нем, нуждается в луче света».

Фан Му вынужден был признать, что во время их разговора был по крайней мере один момент, в котором он согласился с Цзян Я.

Люди, живущие в этом городе, за свою долгую или короткую жизнь в той или иной степени подвергались плохому обращению со стороны окружающих. Значительная часть этих злодеяний может быть осуждена только моралью. В то время и в том месте закон оказался бледным и бессильным. Мы можем сочувствовать, можем злиться, но нам и в голову не придет убивать тех злодеев, которые изначально не имеют к нам никакого отношения. Страдания других людей – это лишь страдания других людей, и в основном наша сдержанность объясняется отсутствием сопереживания. Однако стоит кому-то сделать это, как мы неизбежно почувствуем удовлетворение. И это касалось как народа, так и полиции.

В расследовании серии убийств «Огней города» то, что поддерживало готовность полицейских действовать, в основном проистекало из своего рода профессионального инстинкта. Жертвы действительно отвратительные, а убийца оказал всему миру услугу. Стало ли меньше таких голосов в рядах полиции?

Фан Му выглянул из окна машины: ярко светило зимнее солнце, непрерывно раздавался гул голосов. Наступающий новый год наполнял город атмосферой гармонии и радости. Будь то мужчины или женщины, старики или дети, – на лицах каждого читалось спокойствие и внутреннее умиротворение, а сами они сияли, как ярко-красные фонари, развешанные повсюду.

Неужели это чудное время и место охраняет не закон и порядок, а воздаяние за грехи, не анализ своих действий и терпимость, а жестокие убийства по принципу «зуб за зуб»?

«Такой яркий свет… Можно ли его погасить?»

* * *

Припарковав машину на стоянке Департамента общественной безопасности, Фан Му, по-прежнему пребывая в задумчивости, совершенно не заметил человека, выпрыгнувшего из «Пассата» позади него.

– Парень, ты там сознание потерял?

Фан Му вздрогнул. Оглянувшись, он увидел Тай Вэя, сжимающего в руках архивную папку.

– А, это ты! Что здесь делаешь?

Тай Вэй расплылся в улыбке и хлопнул его папкой.

– Приехал проверить пропавших без вести. В нашем районе нашли обезглавленный труп мужчины…

– Такой пустяк требует участия заместителя комиссара? – с улыбкой спросил Фан Му. – Чем же занимаются ваши оперативники?

– Ох, они для такой работы не годятся. – Тай Вэй обнял его за плечи. – А я от безделья в этом месяце чуть плесенью не покрылся. Наконец-то появилось большое дело, вот и вышел размяться…

– Нет, ну вы только гляньте на него, – усмехнулся Фан Му, и они вошли в здание Департамента общественной безопасности. – Как продвигается следствие?

– Выясняем происхождение тела. – Тай Вэй похлопал по папке. – Есть кое-что интересное. Судмедэксперт сказал, что труп пролежал в растворе формалина не менее пяти месяцев.

– Может, какой-нибудь медицинский институт выбросил образец?

– Непохоже. Тело очень сильно повреждено. Есть подозрение, что после смерти его неоднократно хлестали.

– Порка? – Глаза Фан Му расширились. – Насколько же велика должна быть ненависть…

– Да, поэтому и сказал, что интересное дело. Кстати, на каком этаже архив?

– На шестом, – Фан Му указал на табличку с нумерацией этажей. – Несколько месяцев назад я занимался поиском пропавших без вести, так что, возможно, смогу тебе помочь…

Упомянув об этом, профайлер внезапно остановился, и в его голове стремительно всплыло другое дело.

Расследуя дело средней школы Д., он изучил нераскрытые уголовные дела на территории провинции, пытаясь найти похожие случаи. Никаких ценных улик тогда обнаружить не удалось, но Фан Му смутно припоминал, что последний случай исчезновения был связан с врачом из Городской народной больницы. Может ли он быть тем самым лечащим врачом, из-за которого Вэй Вэй оказалась в вегетативном состоянии?

Цзян Я очень злопамятный человек и терпеть не может, когда один человек причиняет вред другому без причины. Если медицинская халатность врача привела к тому, что Вэй Вэй до сих пор в коме, он, скорее всего, предпринял бы ответные меры.