Искатель, 2012 №5 - Елена Болотова

— Хорош, зверюга! — воскликнул Тор. — Эх ты, дурашка, на червяка позарился, а про крючок забыл? Интересно, что он сейчас чувствует? Вживить бы модуль в его рыбью голову. Потрясающие ощущения!

Быстро темнело. Солнце садилось в мрачную полосу надвигающихся с запада туч. Краски заката померкли и потускнели, закатная нега растаяла, уступив место тревожной серой мгле расползающихся сумерек.

Нордик сидел в кресле у окна, листая свежие газеты. Телевизор на стене судорожно мигал, чередуя кадры наводнений и землетрясений с хрониками из жизни кинозвезд и политиков. Мир стучался в запертую комнату Нордика, он звал его, тормошил, а Нордик не мог до него дотянуться, чтобы раскрыть ему великую тайну, главную и единственно важную новость из всех новостей. Нордик выходил из своей комфортной комнаты только в сопровождении Дорна и охранника. Сколько он здесь? Неделю? Две? Нордик потерял счет времени. К нему относились уважительно, он ни в чем не испытывал нужды. Но бесконечные вопросы, крутящиеся в его голове, делали его пребывание здесь мучительной пыткой. Вопросы, на которые он так и не получил обещанного ответа.

Его исследовали. Проводили многочисленные тесты, снимали томограммы, сканировали мозг. Потом стали развлекать какими-то детскими компьютерными играми, заставляя переходить с уровня на уровень с возрастающей скоростью. Нордик понимал: они исследуют его мозг, его когнитивные возможности. Он не понимал только, зачем надо делать это тайно, зачем держать его взаперти.

Послышались шаги в коридоре, заскрипел открываемый замок. Вошли Дорн и охранник; Нордик поднялся им навстречу. Они проследовали по знакомому маршруту в исследовательскую аппаратную, заставленную приборами и томографами, но на этот раз Дорн не усадил Нордика в одно из испытательных кресел. Он сел за стол, а Нордику указал на стул напротив. Нордик усмехнулся — так обычно устраивались они в их лаборатории в Центре. Дорн сидел молча, глядя на лист документа, лежащий перед ним. Нордик прервал затянувшуюся паузу.

— Сегодня опытов не будет? — спросил он.

— Нет, — Дорн вздохнул. — На данном этапе исследования закончены.

— И каковы результаты?

Дорн поднял глаза на Нордика и мягко улыбнулся.

— Результаты великолепны, — сказал он. — Ваш мозг достиг уровня Д и, судя по всему, не замедляя темпов, продолжает развиваться. Потенциал огромен.

— Что за уровень Д?

— Придет время, узнаете.

— Я вам не верю, Дорн. Вы уже обещали мне, что я буду знать все, а я до сих пор не знаю ничего, нахожусь в каком-то информационном вакууме, который выматывает меня хуже любой тяжелой работы. Я так больше не могу. Или вы делаете, что обещали, или я объявляю бойкот и отказываюсь подчиняться.

Дорн задумчиво поглядел на Нордика.

— Что ж, — сказал он, — пожалуй, время пришло. Но должен предупредить: то, что я расскажу вам, вряд ли улучшит ваше моральное состояние. И не по злой прихоти я тянул с объяснениями. Я хотел убедиться, что ваш мозг созрел для информации, которую я вам сообщу. Расскажи я это кому-нибудь другому, реакция будет предсказуемо примитивной. А вы готовы. Выслушайте внимательно, не торопитесь с выводами. Постарайтесь воспринять услышанное адекватно. Начну с главного. Мы не люди.

— Кто мы? — Нордик испуганно взглянул на Дорна. — Вы и я?

— Нет, только я и такие, как я. Вы местный житель. И прошу вас, слушайте молча, не перебивайте, иначе мы оба запутаемся. Мы — посланцы далекого космоса. На планете, совсем не похожей на вашу, возникла раса разумных существ. Она развивалась естественным путем и подошла к этапу исследования космического пространства. Была изучена собственная солнечная система, были совершены космические полеты на ближайшие планеты. Эти полеты показали, что, перемещаясь в космическом корабле, дальний космос исследовать невозможно. Для путешествий в другие миры и звездные системы необходимо было использовать скорости, сопоставимые со скоростью света. Тогда родились идеи трансментальных перелетов. Не буду вдаваться в технические подробности, опишу только суть метода. С помощью мощных телескопов исследуются дальние звезды и планеты, вращающиеся вокруг них. На планету направляется пучок импульсов излучения, содержащего алгоритмы молекулярных преобразований. Если на планете есть необходимые химические элементы, их атомы и молекулы, ионизируясь определенным образом, соединяются в субстанцию с заданными свойствами. Субстанция, повинуясь посылаемой программе, выбирает из окружающей среды нужные атомы и соединяет их в небольшой структурный объект. Мы называем его модуль. Модуль может лежать годами и десятилетиями без всякого преобразования, но как только его сенсоры обнаружат рядом движение, модуль сам начинает двигаться — шевелиться, ползти, издавать звуки и светиться, привлекая внимание. Так он бывает схвачен и поглощен какой-нибудь местной живностью. Быстро внедряясь в нейронные и сенсорные структуры аборигена, модуль анализирует их возможности, а затем излучает сигналы о готовности к приему трансментальных данных. Нейронная основа мозга животного преобразуется, совершенствуется и усложняется по программе модуля. Наконец, она становится готова принять цифровую копию мозга одного из наших исследователей, которая внедряется в структуры мозга аборигена. Таким образом на дальней планете, не достижимой для исследований никаким другим способом, появляется путешественник-первопроходец в облике аборигена с интеллектом инопланетянина.

Так было и с вашей планетой. Много тысяч лет назад, внедрившись в мозг животного, первый исследователь приступил к изучению планеты. Она оказалась необычной и чрезвычайно интересной. Такие планеты раса Тан прежде не встречала. Да, Нордик, ваша планета уникальна. Сделало ее такой случайное совпадение многих факторов — химический состав, магнитное поле, расстояние до звезды, влияние спутника. Мы решили обосновать здесь колонию. Для преобразования дикой природы и обустройства планеты необходимо было создать роботов. Эти же роботы должны были служить в качестве носителей модулей с интеллектом прибывающих вновь представителей расы Тан. В качестве основы для создания роботов были выбраны гоминиды — животные, обитавшие стаями на равнинах большого материка. Несколько гоминид получили модули с интеллектом наших исследователей, другие, несколько десятков, подверглись генному воздействию, расширившему возможности их мозга и давшему толчок к быстрому развитию. Мы изучали планету и одновременно руководили преобразованиями, проводимыми нашими роботами — человеческой расой.

— Вы хотите сказать, что причиной появления вида Ното sapience стало ваше вмешательство в мозг обезьян? — спросил Нордик.

— Как ни обидно это для вас, но это так. Вы — наши роботы, созданные нами для освоения планеты и удобства нашего пребывания здесь. Что вас смущает?

— Моральный аспект. Если это не рабство, то что тогда?

— Тогда назовите рабством ваше использование животных. Пища, одежда, работа на износ, медицинские опыты — нет, рабство — это слишком мягко сказано.

— Но мы не животные. Или вы так не считаете? Да, вы запустили процесс ускоренной