Искатель, 2011 №1 - Василий Павлович Щепетнёв

В июле 1944 года немцами было издано постановление о мерах по обеспечению сохранности ценного имущества: сокровища из коллекций Кенигсберга (с учетом опыта Первой мировой войны) следовало разместить в поместьях и замках Восточной Пруссии.

В сорока километрах к востоку от Кенигсберга находился замок Вильденхоф, родовое имение графа фон Шверина. Сохранилось письмо доктора Роде к хозяину замка: «Уважаемый г-н граф! В ближайшее воскресенье я рассчитываю приехать в Вильденхоф, чтобы осмотреть помещения, предназначенные для размещения наших картин...»

Интересно, что фронт в это время приблизился уже вплотную к Вильденхофу, и решение доктора Роде привезти сюда художественные коллекции, по мнению некоторых исследователей, говорит о его стремлении сохранить их для законных владельцев.

В начале января 1945 года граф Шверин с семьей покинул замок, а во второй половине января замок сгорел. Есть сведения, что его подожгли эсэсовцы, которые предварительно перепрятали часть сокровищ: закопали в окрестностях или утопили в ближайших озерах. Если верить показаниям господина Адольфа Рихтера, Альфред Роде лично рассказывал ему о том, что в замке Вильденхоф погибли замечательные картины и... Янтарная комната.

В августе 1960 года в замке провели раскопки. В них участвовали польские археологи, эксперты-криминалисты. Было найдено множество пострадавших от времени и от огня предметов: фарфор, старинные медали, металлические оклады икон. Но никаких следов Янтарной комнаты! А ведь металлические крепления янтарных панелей не могли сгореть.

Всего в восьми километрах западнее Кенигсберга находилось поместье Гросс-Фридрихсберг, которое Кох считал своей собственностью. Здесь располагался опорный пункт второго гарнизона Кенигсбергской крепости. Бывший военнослужащий этого гарнизона сообщил, что офицеры вскрыли в поместье какие-то подозрительные ящики, где были замечены детали Янтарной комнаты. Очевидец находился в поместье десять дней (во второй половине февраля), и за это время оттуда было вывезено много разнообразных грузов. Может, тогда же была перевезена и Янтарная комната?

В 1960 году в прессе появилось сообщение о том, как в поместье Гросс-Фридрихсберг под дулами фашистских автоматов работали советские военнопленные. Одного из тех бывших пленных удалось разыскать. Этот человек приехал в Калининград и рассказал, что пленные устанавливали в земле — вертикально — трубы большого диаметра и накрывали их крышками. Он указал место, где шли работы, и там действительно обнаружили эти трубы — к сожалению, пустые.

Итак, в окрестностях Кенигсберга не смогли обнаружить никаких следов Янтарной комнаты. А что, если ее вообще не вывозили из города? Есть и такая версия, которая опирается на показания трех очевидцев.

Вольфганг Роде, сын директора кенигсбергского музея, в 1955 году сообщал, что отец говорил ему в конце войны, будто не боится прихода русских, ибо совесть его чиста и он укажет им, где искать похищенные у них ценности — киевские и минские. Но поскольку отец не упомянул о Янтарной комнате, Вольфганг Роде предположил, что доктор Роде, вероятно, спрятал Янтарную комнату в потайных подвалах Кенигсбергского замка, так как очень не хотел с ней расставаться.

Заведующий гостиничными номерами в этом замке, Альфред Файерабенд, уверял, что в марте 1945 года он был свидетелем того, как Эрих Кох лично установил, что Янтарная комната все еще в замке.

И третий свидетель — Эрих Кох, собственной персоной.

Долгие годы после войны, находясь в заключении в Польше, он не желал давать показания о судьбе Янтарной комнаты. Лишь в 1965 году вдруг «вспомнил», что в апреле 1945 года Янтарную комнату спрятали в бункере на окраине города. В 1967 году Кох заявил, что существовал документ, в котором он выражал недовольство тем, что Янтарная комната до сих пор еще не эвакуирована.

О существовании какого-то бункера вне замка знала и фрау Крюгер, управляющая. Она полагала, что именно сюда после воздушных налетов перенесли ящики с Янтарной комнатой. По ее словам, бункер находился в Ботаническом саду. К сожалению, эти сведения были получены лишь в конце 1970-х годов.

Янтарную комнату искали и под руинами замка, и во внутригородских подземельях, используя все новые и новые технические средства, но безрезультатно. Сразу после того, как город заняли советские войска, началась тщательная проверка подземных военных сооружений. Находили взрывчатку, оружие, всевозможные предметы — только не Янтарную комнату.

В 1967 году польская печать сообщила, что Кох наконец указал точный адрес, по которому следует искать пропажу: «в Калининграде, в городском районе Понарт, в бункере под старой польской римско-католической церковью». По словам Коха, над бункером были взорваны бомбы, чтобы уничтожить его внешние приметы. Однако в районе Понарт не было такой церкви, здесь находилась евангелическая церковь, не пострадавшая ни от каких взрывов. А старая польская римско-католическая церковь действительно существовала в центре города, правда, в другом районе. И ее, по рассказам местных жителей, в начале апреля 1945 года действительно разрушил какой-то необъяснимый взрыв — она рухнула, когда не было ни артобстрела, ни бомбардировки. Это место тщательно проверили и извлекли из засыпанного подвала две примечательные вещицы: мраморную статую Амура и изысканное старинное кресло. На задней поверхности кресла и на цоколе скульптуры были обнаружены металлические пластинки с номерами и надписью кириллицей: «Музей Пушкина»...

Не этот ли бункер в центре города имел в виду директор Роде? Много замечательных музейных ценностей из Советского Союза было найдено при поисках Янтарной комнаты, однако само янтарное чудо как в воду кануло.

А что, если все же правы были те, кто утверждал: Янтарную комнату нужно искать на дне Балтийского моря?

На дне моря?

Есть очевидцы, наблюдавшие, как в кенигсбергской гавани были затоплены какие-то большие ящики. После войны советские моряки тщательно обыскали дно гавани и нашли запчасти для всевозможного оборудования, ящики с документами, одеждой — что угодно, кроме произведений искусства.

А если Янтарную комнату погрузили на корабль? Ведь рассказывают же о таинственном грузе, прибывшем под усиленной охраной в Данциг в конце января. Большие деревянные ящики, скрепленные металлическими скобами, были до странности легкими. Их погрузили на корабль «Вильгельм Густлофф». Один свидетель утверждал, будто старший боцман судна Эрих Биттнер сказал ему, что в этих ящиках — вещи из дворца русских царей. И еще: эти ящики якобы должны были перегрузить в море на другой корабль.

По рассказу другого очевидца, загадочный груз прибыл не в январе, а гораздо позднее. И погрузили его на судно без названия — оно было закрашено.

С этими таинственными корабельными историями перекликается и рассказ бывшего матроса, опубликованный в немецком еженедельнике «Вохенпост».

В начале 1945 года этот человек готовил к выходу в море парусник. Небольшое грузовое судно было вооружено и полностью оборудовано для дальнего рейса. Матросу стало известно,