Зарубежный детектив-3 - Виктория Дауд

– На твоем месте, Шарлотта, я бы не высовывалась, – холодно улыбнулась Бриджет.

– Что?

– Ну смотри. Сперва сегодня умер Ангел, потом Бутылконос. Убийца, очевидно, испытывает особое пристрастие к алфавиту. Так что ты, возможно, будешь следующей[39], – рассмеялась она.

– Почему она так сказала? – растерянно проговорила тетя Шарлотта. – Почему?

Я бросила последний взгляд на сцену смерти Бутылконоса и закрыла дверь в комнату. Спир все еще находился на лестничной площадке, в полоске света, падающего из грязного окна. Он стоял у входа в маленькую спальню, где спал и умер Ангел. Дверь туда была открыта, являя взорам пустое смертное ложе.

– Полагаю, нужно решить, что делать с телом Бутылконоса. – Спир сосредоточенно потер лоб, как будто это могло помочь ему собраться с мыслями.

– Нужно, – кивнула я.

– Он хотел бы, чтобы мы следовали дорогим его сердцу обычаям. – Спир опустил взгляд на свои ноги. – В голове не укладывается…

– Да, пожалуй.

Он поднял голову и посмотрел на меня.

– Хочу кое-что спросить.

Я молчала, ожидая его дальнейших слов.

– У тебя есть кто-то… Прости, я имею в виду… ну, хочу понять, почему ты все время держишься рядом с этими жуткими женщинами?

– Ты имеешь в виду мою маму, тетю и крестную?

– Да, именно. Извини, я не собирался грубить. Просто я слишком напряжен… не обращай внимания. Вы же постоянно спорите, ругаетесь…

– Ты прав, – улыбнулась я. – Они в самом деле бывают жуткими. И, наверное, со стороны смотрится немного странно, но… они – все, что у меня осталось. К тому же я нужна маме.

– Правда? Не очень похоже.

– Слушай, никто ведь не лезет в твои отношения.

Спир сделал шаг назад.

– Еще как лезут. Мой брак, безусловно, вызывал кучу вопросов.

– Несмотря ни на что, мама очень… преданная.

– Как и все преследователи. – Он взглянул на меня. – Ты, конечно, думаешь, что смерть жены на моей совести. Знаю, я тут главный подозреваемый. Однако вы ошибаетесь. Она была для меня всем. И пусть наши отношения закончились, я не собирался причинять ей вред.

– Вовсе я так не думаю, – покачала я головой. Прозвучало весьма похоже на ложь.

– Давай начистоту. Мы все подозреваем друг друга. Убийца либо среди нас, либо на острове есть кто-то еще. По правде говоря, я сомневаюсь даже в тебе и твоих спутницах, поскольку ничего о вас не знаю. Вы не должны были сесть на мою яхту.

– Справедливое замечание. – Мне кое-что пришло в голову. – Список. Список участников твоей поездки. Ты сказал, он у Бутылконоса.

Спир покачал головой.

– Список исчез. Я проверил его карманы.

– А остальные об этом знают?

– Нет. Я понятия не имею, кому можно доверять.

Я попыталась представить, как Спир вбегает в дом и поднимается по ступенькам. Успел обшарить карманы Бутылконоса, прежде чем появились остальные? Бриджет довольно точно сообщила время нахождения Спира в комнате: четыре минуты. Всякий раз, как я была готова ему поверить, на него снова падала тень подозрений. Вдруг мама не зря опасалась этого мужчину?

Мы заглянули в брошенную спальню, где Ангел попрощался с жизнью. Лоскуты выцветшего розового шелка тонкой паутиной ниспадали вниз с матраса. Во всем здешнем упадке ощущалась некая изысканность, великолепие, брошенное стареть и умирать. Я посмотрела в сторону окна: вдали виднелся мрачный фасад маленькой часовни, полной тех, кому уже не суждено состариться. Все они ушли из жизни молодыми.

– Наверное, меня кто-то ударил. – Спир поднес руку к голове.

– Знаю.

– Ты? – сверкнул он глазами в мою сторону.

– Нет.

– Я вошел в ту комнату… что-то услышал. Неясный шум. Над головой кружилось множество птиц, поэтому я почти ничего не видел. До меня лишь долетал свистящий звук. Потом из ниоткуда возникла фигура. – Спир немного помолчал. – А дальше пустота. Следующее, что я помню: вы тащите меня наружу. Кто-то находился в комнате до вашего прихода. Я уверен, что заметил чей-то силуэт. – Он перевел дыхание и посмотрел на меня. – Урсула, я мог бы поклясться, что видел призрака.

Я всмотрелась в его лицо и не заметила ни следа лжи. Спир, похоже, вновь переживавший тот момент, выглядел скорее сбитым с толку.

– Знаю, звучит безумно, но я видел кого-то или что-то в углу комнаты.

Спир говорил искренне. Здесь, в доме и на острове, легко было поверить в существование всевозможных противоестественных сущностей, бродящих по темному миру и обитающих вокруг нас в некоем подобии жизни.

Я обвела взглядом тускло освещенную комнату. На полу, словно брошенный рождественский подарок, валялись украшения и другие безделушки Ангела, которые в полумраке поблескивали серебром, напоминая елочную мишуру. Мой взгляд притянуло изделие из красных бусин, все еще цеплявшихся за нити. Возможно, какой-то браслет. Я представила лежащего на кровати Ангела, увешанного побрякушками, будто мертвая сорока в маленьком гнезде. Кажется, я видела нечто подобное на его запястье. Я шагнула вперед, чтобы рассмотреть поближе, однако Спир закрыл рукой дверной проход, преграждая мне путь.

– Ты ведь не знаешь, что его убило. Хватит уже смертей.

Я пристально посмотрела на него, но он не дрогнул.

– Мы все несли тело. Никто не заболел…

Спир отвернулся и обвел взглядом комнату.

– По-моему, я поняла, что его убило, – призналась я. – Ртуть. Из серебристого флакона, висящего на шее.

– Очень интересно.

Я резко обернулась. Трудно сказать, как давно тут находилась Бриджет, но по лестнице ей удалось подняться совершенно бесшумно. Я могла бы поклясться, что она пошла вниз вместе с остальными. Неужели я ошиблась, и она просто укрылась в одной из соседних комнат, откуда слышала каждое наше слово?

– Что ж, вам, похоже, есть что сказать, доктор Скарпетта…[40]

– Кто? – Тетя Шарлотта высунула голову из комнаты с лошадью-качалкой – значит, и она осталась на верхнем этаже. – У нас есть врач?

Неужели все они просто затаились и подслушивали за дверями? В моей семье очень ценят секретность, только не верят, что остальные в ней тоже нуждаются.

– Она патологоанатом, – пояснила Бриджет.

– Вот как, Урсула? А я все гадала, чем ты занималась весь день.

– Нет, тетя Шарлотта, – вздохнула я. – Доктор Скарпетта…

– Выходит, у тебя есть какая-то теория? – улыбнулась Бриджет. – Полагаешь, любовный амулет Ангела на деле был не тем, чем казался. Так? – Она кивнула мне, побуждая продолжать.

– О, ради бога, Урсула, не тяни резину! – Из птичьей комнаты выглянула мама, пронзая меня своим фирменным взглядом.

– Мама! И ты здесь? Что вы тут делаете?

– Собираем улики.

Как по мне, это напоминало плохую пародию на прятки. Терпеть не могу эту