Искатель, 2011 № 10 - Журнал «Искатель»

ним анатомически. Лео вспомнил рассуждения ксенологов-антропоцентристов и признал справедливость утверждения о сходстве развития жизни на планетах земного типа. Главное внешнее отличие заключалось в лице: огромные глаза почти правильной овальной формы, словно вобравшие в себя всю темноту местных ночей, смотрели на землянина без страха, но настороженно, с немым вопросом. Нос или его видимый аналог отсутствовал, губы клювообразно выдавались вперед, придавая лицу сходство с земной птицей. Черные, с медным отливом волосы обрамляли этот необычный портрет, касаясь длинной точеной шеи, падали на плечи, спину туземки. Чем дольше смотрел на нее Лео, тем меньше он замечал непривычные и неприятные на первый взгляд нечеловеческие черты, зато другие, вызывающие симпатию и восхищение, властно выступали на первый план.

— Идем, — произнес Йей знакомое слово, прерывая созерцание Лео.

Сестра пошла впереди, указывая неприметную глазам землянина тропинку в зарослях, а Йей и его ночной гость ступали за нею след в след.

Солнце покатилось к закату, когда они только пришли к цели. Лео решил не настаивать на немедленном выступлении к Башне. Пока он отдыхал под крышей из переплетенных ветвей, Йей тщетно пытался уговорить Ай отправиться к родичам до их возвращения из опасного и трудного похода.

— Нет, — сказала Ай. — Ты забыл, брат: я вольна распоряжаться собой, как все женщины речных охотников. Я иду с вами к Башне. Я сказала все.

Йей вынужденно смирился: не в обычаях племени было навязывать свою волю женщинам. Но как отнесется к появлению спутницы Дух Неба? Йей поспешил высказать сестре свои сомнения. Если Ай хочет идти с ними, это ее право, но прежде она должна исполнить заклинание Духа.

Здесь же неподалеку, на сухом пригорке, свободном от кустарника, Йей развел в сумерках обрядовый костер и жестами пригласил Духа на почетное место. Лео чувствовал легкое недомогание и предпочел бы поспать до утра под кровом незатейливой хижины, но торжественный вид Йея и подчеркнутая официальность церемонии возбудили в нем любопытство. Едва землянин вытянул ноги у огня, Йей подбросил в костер сучьев, присел сбоку и затянул на одной ноте напев без слов, помогая себе ритмичными хлопками ладоней. Взметнувшиеся языки огня выхватили из сгустившейся тьмы фигуру девушки, стоящей поодаль. Грациозно сбросив накидку из звериных шкурок и распустив поясок короткой юбки из широких остроконечных листьев, Ай предстала взору землянина совершенно обнаженной. Пританцовывая под мелодию Йея, девушка поднялась на пригорок и приблизилась к Лео, низко поклонившись ему в зареве костра.

Ай запела, изгибаясь под участившиеся ритмичные хлопки Йея, двигаясь по кругу, едва не касаясь горящих сучьев. Она пела старинное заклинание Духа Неба, передаваемое от женщины к женщине, от матери к дочери из поколения в поколение речных охотников:

О могущественный Дух Неба!

Не будь столь жесток и беспощаден.

Снизойди к нам хоть на один день

Без вражды и жажды убийства.

О, яви же нам свое могущество

И силу в благих делах,

Будь милосерден и добр.

Дай нам утеху и радость,

Ниспошли удачу в охоте,

Отдых после долгого пути,

Отврати болезни и немочь,

Дай силы в жизни

И смерть легкую в свой час.

Снизойди до нас, молящих тебя.

О, могущественный Дух Неба!

Одари нас благодатью своей,

Не помни зла и не держи обиды,

Будь милостив и великодушен...

Языки пламени колыхались, озаряя лицо и фигуру танцующей, блестящие глаза то вспыхивали, то исчезали под россыпью черных^ как прогоревшие угли, волос. Ай извивалась перед Лео, протягивала к нему руки, отступала, кружилась на месте, не прекращая напева. Она молила, заклинала не только голосом, но и каждым движением тела. Сидящий неподвижно Лео завороженно, едва дыша, следил за этим священнодействием, боясь пропустить хоть один шаг, хоть один жест девушки. Он почти не понимал слов, но ему передалось торжественное неистовство мольбы, он осознал, что это вовсе не любовное признание и не застольная песня. В какой-то миг у него промелькнуло сожаление, что нет возможности записать этот ритуал на аппаратуру, уж он бы утер тогда носы ксенологам! И тут же бесследно исчезло, уступив место всепоглощающему восхищению действом у костра. Он не отрывал взгляда от лица девушки, казавшегося теперь в отсвете пламени необыкновенно прекрасным в своей одухотворенности, несмотря на совершенно неземной вид.

О звезды, подумал впервые Лео, а ведь она красавица! И то был миг торжества истинной всекосмической красоты, которая, явившись результатом неустанной работы природы над поколениями живых существ, пробила препоны инопланетного разума, открывшись ему в своем подлинном качестве.

Словно черная молния мелькнула в воздухе и ударила в землю подле танцующей девушки, промахнувшись на две вытянутые руки. Йей издал вопль ужаса и, выхватив из костра головню, ткнул в горящие ненавистью и голодным вожделением глаза. Запахло паленым. С жутким воем нападавший отполз прочь, пятясь от огня, исступленно молотя толстым чешуйчатым хвостом, но тут же изготовился к новому прыжку. Лео успел разглядеть злобный оскал щетинистой морды, два красных блюдца-глаза с сумасшедшими от боли зрачками, короткую шевелящуюся чешую на гибком теле, огромные когти, пропахавшие землю наподобие плуга... Йей размахивал огненной палицей, загораживая сестру, сердце юноши сжалось от страха, но отступать он не собирался. «Это моя смерть!» — тоскливо подумал он, делая шаг навстречу когтистому мясоеду, ночному кошмару речных охотников, всегда неожиданно появлявшемуся из глубин пустыни, чтобы оборвать чью-то жизнь. Он даже забыл о небесном Духе и, чем большее отчаяние испытывал, тем яростнее размахивал своим случайным оружием.

Зверь снова взвился в воздух, но не закончил прыжок. Едва его темное тело вытянулось в полете, тускло отразив чешуей отсветы костра, раздалось легкое мгновенное шипенье, почти шелест, словно коснулись сухих опавших листьев, и он тут же исчез, даже когтей не осталось. Только несколько темных капель брызнули во все стороны и пропали, не долетев до земли. Одна из них угодила Йею на руку, и он увидел, что это кровь. Не было больше зверя, лишь запах его последним напоминанием рассеивался в воздухе. Йей вспомнил о Небесном Духе и растерянно обернулся.

Лео, стараясь сохранить невозмутимый вид, убрал в кобуру дезинтегратор. «Всего лишь местный дракончик», — подумал он про себя, утирая моментально вспотевший лоб. Ай торжествующе улыбнулась, страх совершенно не коснулся ее: она верила, и Небесный Дух явил свое могущество, ее заклинание подействовало. Она нараспев произнесла только что придуманное имя для Лео и неспешно подобрала с земли свою экзотичную юбку. Брат, только теперь опустивший дымящуюся головню, повторил