Без любви здесь не выжить - Саммер Холланд

– Не стоит сравнивать с пребыванием в полиции, – сверкнул на меня глазами Рэй. – Пока тебя не было, мы тут не сдерживались в выборе методов.

– Все равно хочу посмотреть.

– Я отведу, – перебил Эрик. – Но готовься, зрелище действительно так себе.

Мы спустились все вместе. В подвале жутко несло мочой, и стоило двери открыться, я поняла: то, как со мной обращались в полиции, – пятизвездочный курорт по сравнению с тем, что происходило с Гауравом.

Эрик держал его в помещении, где хранил инструменты, газонокосилку и прочие вещи, без которых невозможно выжить в собственном доме. На старом садовом столике, как я могла догадаться, были разложены орудия пыток. Узнала не все из них – плоскогубцы, садовые ножницы, молоток.

Но главным зрелищем оказался сам Гаурав. Он был привязан к стулу, офисная одежда залита кровью и чем-то еще: бурые, серые и коричневые пятна на стоявшей колом ткани напоминали картины из ужастиков. Когда мы зашли, он открыл один глаз и уставился на меня – второй опух настолько, что веко не двигалось.

– Познакомься, – спокойно произнес Рэй. – Детектив-сержант Аджит Верма, который полтора года назад внедрился в «Рид солюшнс» с целью выяснить, как именно компания зарабатывает деньги.

Тот, кто даже не был Гауравом, открыл рот, чтобы ответить, но смог только прохрипеть, обнажив окровавленные десны. Теперь я заметила, что у него больше не было зубов… И нескольких ногтей на руках тоже.

– Проблемой стало то, – как ни в чем не бывало продолжил Рэй, – что Аджит Верма оказался херовым расследователем и за полтора года не сделал то, что тебе удалось за месяц.

– Надо было прийти ко мне, – погрозил Гаураву пальцем Эрик. – Я бы тебя всему научил.

– Ой, да хватит, – возмутился Рэй. – Я не уверен даже, что простил тебе Уну.

Я не слушала их перепалку. Уставилась в единственный раскрытый глаз Гаурава, понимая, что он тоже смотрит на меня. Внутри болезненно ныло: мы не стали настоящими друзьями. Кофе, совместные обеды, помощь на работе, даже попытка потанцевать на Рождество – все было ложью, которую я так усердно не замечала.

Знала ли Фелисити? И, что еще хуже…

– Хэмиш знает? – спросила я тихо, но меня услышали.

Гаурав кроваво усмехнулся и еле заметно покачал головой. Полицейский под прикрытием, боже, я думала, они существуют только в фильмах. И все же один из них был прямо передо мной.

– Где его зубы? – спросила я вслух, не заметив, что говорю сама с собой.

– Здесь. – Рэй ткнул пальцем в небольшую жестяную коробку на столе. – Хочешь посмотреть?

– Нет, – отвернулась я. – Вы выяснили все, что он мог сказать?

– Да, мы здесь закончили, – откликнулся Эрик. – Осталось понять, куда его деть.

– Еще одна нерешенная задача, – мрачно добавил Рэй.

– Думаю, мы можем что-нибудь придумать.

Я затолкала боль от предательства поглубже, не давая ей выйти наружу сейчас. Еще найдется время и расплакаться, и раскричаться. Сейчас пора было возвращаться на работу, и предстояло убедить себя, что Гаурав Чакраборти просто уволился и нашел команду круче нас. Это не могло быть слишком сложно: Гаурава не существовало нигде, кроме нашей памяти. А здесь, окровавленный и злой, сидел Аджит Верма… Абсолютно незнакомый мне человек.

– Давайте у него выясним. Эй, ты вообще хочешь жить? – повернулась я.

– Да. – Боже, это не голос Гаурава. Он был чужим и слишком резким.

– Нашла, у кого спрашивать, – хмыкнул Эрик. – Это как спросить у тебя, хочешь ли ты торт.

– Хочу, – тут же откликнулась я. – Но это другое.

– Абсолютно то же самое, – ответил Рэй. – Ты хочешь торт, а коп – выжить, посадить всех нас троих и получить новое крутое звание. Этому государство еще и зубы вставит на твои же налоги.

– Ладно, мне здесь хватило, – вздохнула я. – Мы можем решить эту проблему вечером?

На незнакомых людей мне всегда было плевать. Почему мне должно быть не насрать на судьбу какого-то Аджита Верма, который, к тому же, первым на меня напал?

– День точно протянет, – с сомнением произнес Эрик. – Но мне, если честно, не хочется, чтобы он здесь сдох.

– Ну и отлично, тогда подумаем об этом вечером.

– Идем, Скарлетт, – повернулся к двери Рэй. – Опоздаем.

Я не поняла, как это произошло. Даже не заметила движения краем глаза. Просто повернулась, а меня сзади за плечи схватила чья-то рука, а шеи коснулось что-то острое и холодное.

Рэй и Эрик обернулись на шум и застыли, глядя на меня. Не в лицо, нет, немного ниже. Я пыталась скосить глаза, чтобы понять, чем мне угрожают, но ничего, кроме рук, не видела.

– Я убью эту суку, – шепеляво просвистел над ухом Гаурав, – если не дадите уйти.

– Спокойно, – поднял ладони Рэй. – Никаких проблем. Я открываю дверь, ты выпускаешь Уну и уходишь.

Гаурав резко и неприятно засмеялся. Боже, это никогда не был он – ни такого голоса, ни смеха я не помнила. Вся личность моего друга была выдумана и только заполняла пустую оболочку.

Я не верила, что мне угрожал тот же человек, который еще недавно поддерживал. Тот, кому я помогала… Теперь даже казалось, ничего из нашей дружбы никогда не существовало, и почему-то очень хотелось обнять Фелисити, почувствовать, что хотя бы она настоящая.

– Мы уйдем вместе, – произнес Гаурав и сильнее ткнул своим оружием мне в горло. – Или здесь останется минимум два трупа.

Его речь было сложно разобрать из-за шамкающих беззубых звуков.

– Ладно, – кивнул Рэй. – Ты готов? Я открываю дверь.

Я с мольбой бросила взгляд на Эрика, но тот застыл каменным изваянием и продолжал смотреть на мою шею. Черт, от них никакой помощи… Только теперь мне стало по-настоящему страшно. Гаурав не планировать оставлять меня в живых, так же как Рэй и Эрик не хотели этого для него самого.

Скрип тяжелой подвальной двери показался оглушительно громким, но в ту же секунду оружие процарапало мне кожу, а что-то другое отбросило в сторону, заставив упасть прямо в руки Рэю. Я резко обернулась, пытаясь понять, что произошло.

К моим ногам подкатилась отвертка. Я подняла пальцы к шее и нащупала царапину – но кровь не хлестала, как в фильмах. Она только проступала маленькими капельками. Получается… я выжила?

– Это за то, что прикоснулся к ней, – послышался до боли родной голос.

Я подняла взгляд: Гаурав лежал на полу, пригвожденный за руки коленями Эрика. Тот потянулся и с отвратительным хрустом сломал ему правую руку.

Гаурав ужасно заорал, и от этого крика кровь застывала в венах. Рэй притянул меня ближе