Кошмарная вечеринка - Эммелин Дункан

— Да, вы правильно поняли. Слушайте, мне пора, но я готова поговорить с вами или с Ларк после Хэллоуина.

Мы с Джеком наконец сбежали, но мне, похоже, действительно надо перекинуться с Ларк парой слов о ее отце.

Однако сперва я должна поймать убийцу и вызволить мою лучшую подругу из тюрьмы.

Глава 24

Я направилась прямиком в «Маленькие опасные талисманы». Конечно, я понимала, что беседу с Джет надо вести деликатно. Уговорить ее рассказать мне все.

Но времени у меня было в обрез.

— Слушай, Джет, — сказала я. — Я не хочу быть невежливой, но я видела, как ты развернулась и убежала, едва заметив Айви в пабе. Это было за пару дней до ее смерти. Мне нужно знать почему. Клянусь, это важно, и дело вовсе не в моем праздном любопытстве.

Джет заморгала.

— Я не знакома с Айви, — сказала она. — В пабе я пыталась избежать встречи вовсе не с ней. Но ты права: я убежала. Потому что я трусиха. И я не выдержу, если придется прятаться еще один год.

Я мысленно перебирала гостей Рэйвен и Эмметта, которые тогда были в пабе. Гармони? Они вместе работали как дизайнер и инфлюенсер и что-то пошло не так?

— С кем ты не хотела пересекаться? — спросила я.

— С Нейтом. — Она подошла к диванчику, опустилась на него. Скрестила руки на коленях.

Я села рядом с ней.

— Почему?

— Не уверена, что слово «сталкеринг» подойдет. То есть Нейт не сделал ничего такого, чтобы я могла обратиться в полицию. — Джет потерла затылок. Она не сводила взгляда со стоящего перед ней столика. — Как-то бессвязно выходит. Сестра Нейта была моей подругой детства, и после того, как у нее случился тяжелейший эпилептический припадок, во мне что-то надломилось. И Нейт сломался. Она была еще подростком, у нее никогда прежде не случалось никаких припадков.

Джет посмотрела на свои руки. На одном из ее колец были изображены два переплетенных сердца.

— Она умерла? — Джет, наверное, меня возненавидит.

Джет покачала головой:

— Так даже, наверное, было бы проще. Она получила серьезное повреждение мозга. Девочки, которую мы знали, не стало, хотя физически она еще жива. Это тяжело. Она все еще рада меня видеть, но неспособна как-либо коммуницировать. И я чувствую себя виноватой: я здесь, воплощаю свою мечту, а она в интернате. Я не встречала никого умнее ее. Она окончила школу в шестнадцать. Хотела стать педиатром. У нее бы все получилось, она была почти гением.

— Это очень больно. — Меня захлестнуло сострадание. Биологически Дэнби не была моей младшей сестрой, но, если бы с ней что-то случилось, меня бы это раздавило. Или если бы что-то случилось с Колби, если уж на то пошло.

— Я поддерживала связь с Нейтом — в память о нашей с его сестрой дружбе. Несколько лет назад мне понадобился фотограф, и я написала ему. Не надеясь, что он заинтересуется, — просто подумала, что он может кого-то порекомендовать. И когда он сказал, что будет счастлив помочь, я с нетерпением ждала новой встречи с ним.

— Но все изменилось?

— Нейт сделал отличные фотографии, но я как будто его раздражала. Я подумала, может, я слишком навязчива, и стала общаться с ним меньше. Но потом я поняла: он злился на меня за то, что я живу полной жизнью, а его сестра уже никогда не поправится. Я тогда узнала, что его семья с трудом оплачивает уход за его сестрой. Само заведение очень хорошее, и они не хотят переводить дочь туда, где ей будут уделять меньше внимания. Как я понимаю, Нейт просто не смог справиться с обидой.

— Ты сказала, что он тебя сталкерил.

— Да, вроде того. Раз в несколько недель Нейт появлялся в тех же местах, что и я, хотя мы жили в разных городах. Это очень пугало, у меня буквально паранойя началась, было страшно выходить из дома. Но он ничего не предпринимал. Иногда он даже не заговаривал со мной, просто потягивал коктейль в баре, и я время от времени чувствовала на себе его взгляд. И когда я смотрела на него, он не отводил глаз, просто ухмылялся. В итоге я купила новый телефон и новый ноутбук. Переехала. И целый год не видела Нейта.

— До прошлой среды.

— Именно. Мне от этого стало дурно.

— Прости, мои вопросы были грубыми и бесцеремонными, — все это меня не касалось, а я взяла и сунула нос не в свое дело.

— Все в порядке. Я рада, что теперь кто-то здесь в курсе ситуации. Мне было трудно говорить об этом с друзьями, они не принимали мои страхи всерьез. Но я так нервничала.

— И теперь этот кошмар снова начался. Если я могу хоть чем-то тебе помочь, только скажи.

— Я больше не позволю Нейту меня изводить, — сказала Джет. Наши взгляды встретились. — Знаешь, с кем тебе следует поговорить?

Я вскинула брови.

— С Оливией. Блондинка, с которой приехал Нейт, что-то ей дала, а Оливия швырнула это блондинке в лицо. Попала прямо по носу. И когда Оливия ушла, блондинка сказала, что та еще пожалеет. А на следующий день умерла.

— Похоже, мне нужно срочно найти Оливию.

Глава 25

Прежде чем пойти расспрашивать Оливию, я заглянула на страничку «Вампирито» в социальных сетях. Я была в дружеских отношениях с Миланой, сокращенно Милой, и Оливией с тех пор, как они приехали в Элиан-Холлоу и открыли фудтрак во дворе паба. Обе они приходили на наши вязальные вечера, хотя чаще поодиночке: обычно одной нужно было работать на тележке. Сэм напомнил мне, как Мила проводит свободные вечера, которые у нее выдаются нечасто: волонтерит на программе помощи русским эмигрантам. Она приехала в Америку еще совсем ребенком и как-то рассказывала, что русский — четвертый по распространенности язык в округе Малтнома, к которому относится и Портленд, крупнейший город в нашем штате.

Местный шеф-повар опубликовала подборку фотографий, и под постом отметил Оливию. Она была на одной из последних фотографий: в центре, приобнимала женщину в поварском кителе — шефа, выложившего снимки, — а вокруг стояли еще шесть человек.

«Я уже говорила, что мне досталась самая лучшая команда на свете?» — писала шеф-повар.

А в заднем ряду с таким видом, словно хочет провалиться сквозь землю, была Айви.

Или я слишком большое значение придала повороту головы и позе — как будто она пыталась отступить.

Должно быть, Сэм упоминал именно эту фотографию.

Я мысленно вернулась к Миле и Оливии.

Мила как-то рассказывала мне о своей учебе на технолога пищевого производства в Университете штата Орегон, но