Гранитная гавань - Питер Николс

– Можно к тебе приехать?

– Зачем?

– Мне нужна твоя помощь.

Когда он постучал, залаял Флинн. Стоя у двери, он наблюдал, как она открывает дверь на заднюю террасу и выпускает собаку. Вид у нее был ненамного лучше, чем у Кэти. Она была в джинсах и толстовке. Без головного убора.

– Что это? – сразу же спросила она.

– Это скейт Джареда. Я подумал, что… Может быть, ты могла бы…

– Это так не работает, Алекс.

Казалось, она была чем-то раздражена.

– Я знаю… или не знаю. Я просто подумал…

Она вновь посмотрела на скейт, отошла в сторону и открыла дверь шире.

– Ладно… хорошо. Конечно.

Пройдя на кухню, он спросил:

– Где Итан?

– Внизу. В своей мастерской.

Он последовал за ней в гостиную. Она села на диван, так хорошо ему знакомый.

– Вряд ли у тебя есть что-то из вещей Роджера…

Она посмотрела на него.

– Нет.

Она вытянула вперед руки. Он передал ей скейт. Отошел, сел в кресло лицом к ней.

Она положила доску на колени, руки – на черную наждачную липкую ленту, там, где стояли ноги Джареда. Перевела взгляд на Алекса. Их глаза встретились.

Спустя где-то полминуты она переместила руки к бокам скейта, сжала его там, где его мог бы держать Джаред. Вновь посмотрела на Алекса. Ее лицо было изможденным, осунувшимся, бледным – сильно изменилось за эти пять лет. Они состарятся, думал Алекс, не вместе, и будут видеть друг друга лишь мельком, но он всегда будет любить ее лицо.

Ее глаза тоже быстро бегали по его лицу. Что она видела?

– Прости, Алекс. – Она опустила скейт на пол.

Алекс принес его обратно. «Боюсь, ничего», – сказал он Кэти. Он провел у нее еще час. Они пили чай и смотрели на дверь.

– Алекс, ты ничем не сможешь помочь. Я очень ценю все, что ты делаешь. Но ты совсем не спал. Иди домой.

Он не мог пойти домой. Он вернулся в участок. Беспомощно сел перед компьютером и застыл, глядя на заставку. Посмотрел, какая ожидается погода на Мон-Мегантик и в Поселении. Признавать отсутствие доказательств было ужасно, и Джаред, насколько ему было известно, не любил бродить по лесу в одиночестве, но совсем ничего не делать Алекс не мог. Прогноз обещал прохладную погоду, временами солнечную.

Алекс разогрел в микроволновке рамен, начал есть, попутно просматривая другие дела о пропавших без вести.

Дата: 14.11.2004. Аспин, Джонатан (08.04.1986). В последний раз видели бегущим по сельской дороге в Уоррене, штат Мэн, в неадекватном состоянии. Никто больше не слышал о Джонатане с тех пор, как…

Дата: 04.10.04.1973. Льюис, Уильям (04.11.1958). О пропаже без вести объявил его отец. 03.10.1973. В последний раз его видели 03.10.1973 в Портере, штат Мэн. Предположительно, он собирался провести день на ярмарке Фрайбурга…

Дата: 14.6.1993. Уилкинсон, Гретхен (19.03.1978). В последний раз видели играющей с друзьями в Белфаст-парке 13.6.1993. Она сказала, что идет домой…

Старые фото из школьных альбомов. Тридцать четыре нераскрытых дела. Примерно половина пропавших без вести – дети, подростки. Последний раз их видели… десятки лет назад. Они ушли навсегда.

У него было чувство – нехорошее, – что над Джаредом занавес тишины навис ненадолго.

Рамен оказался перемороженным и гадким на вкус. Алекс отодвинул его в сторону.

Пролистал дела местных половых преступников – и вновь признал свою полную беспомощность. Все фото напоминали портреты Дориана Грея, отмеченные не столько моральным разложением, сколько патологической неухоженностью, озлобленностью, несчастьем, всевозможными злоупотреблениями. Мог ли кто-то из них одолеть накаченного юношу ростом метр восемьдесят? И чего ради? Не того ли, чтобы запихнуть в него жабу?

Он задумался, что еще можно сделать с помощью компьютера, и тут зазвонил его телефон, лежавший перед ним на столе.

Он уснул – было семь часов двадцать шесть минут.

– Да, Марк?

49

– Двое туристов с собакой нашли тело. Возле базы отдыха на краю пруда Муди. Они только что позвонили мне. Будут там, пока мы не приедем. На Торндайк-роуд, двадцать семь. Я вышлю тебе адрес. Это юго-западное направление. Я сейчас туда еду. Джуди вызывает бригаду.

– Мужчина? Женщина? – Алекс уже вышел из участка и садился в машину. – Есть какие-нибудь особые приметы?

– Оно голое. Туристы особенно не присматривались. Пытаются удержать собаку. Им кажется, что это мужчина.

– Я еду.

Жители штата Мэн называют базой отдыха любое жилое строение возле озера, будь то рыбацкая хижина или роскошный особняк в стиле хэмптон. По адресу Торндайк-роуд, 27 расположился большой дом из кедра и стекла, со сводчатыми потолками. Он был закрыт на сезон. В него не вламывались и не проникали. Марк уже связался с владельцами, которые жили в Нью-Йорке и в последний раз сюда приезжали на День труда.

Патрульная машина Марка стояла на подъездной дорожке, других пока не было. Алекс обошел дом. Марк стоял там рядом с парой средних лет, державшей на поводке лабрадора.

Они были на полпути между скалистым берегом и палубой, вдоль которой шла стена дома. Газон был усеян коричневыми листьями.

Алекс увидел тело. Оно лежало на боку, согнутое в позе эмбриона, спиной к нему. Голое, белое. Мускулистые плечи, узкая талия.

Собака скулила, тянула поводок, рвалась к Алексу, пока он говорил с Дэвидом и Мэри Чепменами из Южного Фэрхейвена, совершавшими утреннюю прогулку.

– Логан подбежал к нему и начал скулить, мы его увидели и сразу же позвонили в девять один один…

– Логан его касался?

– Нет. Поскулил и прибежал обратно…

Алекс медленно направился к телу, внимательно следя, куда ставит ноги. Он не видел никаких признаков следов или борозд, трава была не примята. Утро выдалось ветреным, листья кружились в воздухе, оседая на газоне. Приблизившись на два с половиной метра, Алекс внимательно всмотрелся.

Да, мужчина – вернее, мальчик. Подросток. Длинные волосатые ноги скрещены, мускулистые руки прижаты к груди, словно он пытался согреться, ладони сложены под подбородком – казалось, он спал на боку. Под локтями, прикрывшими живот, Алекс увидел длинную линию разреза, разделившую темные волосы. Края приподнялись, сморщились, обнажив эпидермальные и подкожные слои, живот был вздут там, где у такого накачанного молодого человека должны были быть кубики пресса.

Алекс обошел тело. Еще несколько шагов, и он увидел на лбу юноши надпись ШЕЙН, выцветшую, но еще отчетливо заметную.

Бедная Кэти. Одна, совсем одна. Ни сестры, ни других детей. Разговор с ней обещал быть