Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

— Выросшая, — грустно повторил шериф. — Это точно, Фрэнк. — Он медленно поднялся со ступеньки и нахлобучил шляпу. — Не забудь передать отцу, чтобы позвонил мне, слышишь?

— Не забуду.

— Тогда ладно.

Он спустился с крыльца и подошел к машине, припаркованной на подъездной аллее перед нашим гаражом, выехал задним ходом и укатил по Тайлер-стрит. Сразу после этого по рельсам прогрохотал поезд. Я сидел на трясущемся крыльце, и когда раздался гудок локомотива, понял, что тоже трясусь, но к проходящему поезду это не имело никакого отношения.

Я стоял на веранде, высматривая наш «паккард», но дождался его только к вечеру. Как только отец припарковался, Джейк выскочил с пассажирского сидения, кинулся к двери, пробежал мимо меня и скрылся в доме. Я услышал, как молотят по ступенькам его ноги, потом хлопнула дверь в туалете на втором этаже. Джейк славился своим маленьким мочевым пузырем. Отец шел гораздо медленнее.

— Шериф приходил, — сказал я.

Поднимаясь по старым ступенькам, отец смотрел под ноги, но теперь поднял глаза.

— Чего он хотел?

— Он точно не сказал. Просто задал мне несколько вопросов, а потом попросил, чтобы ты позвонил ему, когда вернешься.

— Что за вопросы?

— Об Ариэли и Карле.

— О Карле?

— Да. Он очень интересовался Карлом.

— Спасибо, Фрэнк, — сказал отец и вошел в дом.

Я тоже вошел, плюхнулся на диван в гостиной и взял в руки комикс, который читал перед визитом шерифа. Я был совсем недалеко от телефонного столика, стоявшего у основания лестницы, и поэтому слышал разговор отца.

— Это Натан Драм. Мой сын сказал, что вы заходили.

На втором этаже в туалете раздался звук слива, и по трубе внутри стены потекла вода.

— Понятно, — медленно проговорил мой отец, и ничего хорошего это не предвещало. — Если удобно, можем через несколько минут встретиться в церкви, у меня в кабинете. — Наверху, в туалете, открылась дверь, и Джейк затопал по коридору.

— Отлично. Буду ждать.

Отец положил трубку.

— Чего он хотел? — спросил я.

В гостиной было темно. Хотя матери целый день не было дома, я оставил шторы задернутыми. Отец стоял в дверном проеме, словно в прямоугольнике солнечного света. Стоял спиной ко мне, и лица его я не видел.

— Провели вскрытие, Фрэнк. Он хочет поговорить.

— Что-то плохое?

— Не знаю. Ты видел мать?

— Нет, сэр.

— Если она позвонит, я через дорогу.

Он вышел из дома. Я проследовал за ним до входной двери и наблюдал, как он шагает к церкви. На полпути он остановился и замер посреди улицы. Он выглядел каким-то потерянным, и я испугался, что его запросто может сбить проезжающая машина. Я открыл дверь, чтобы его окликнуть, но он собрался с духом и двинулся дальше.

Джейк галопом проскакал вниз по лестнице и бочком подкрался ко мне.

— Мы с папой пили молочные коктейли, — сказал он. — В Манкейто, в «Дэйри-Квин».

Я знал, что Джейк меня дразнит, но мои мысли были далеко. Я даже не потрудился ответить.

— Где папа? — спросил Джейк.

Я кивнул в сторону церкви.

— Ждет шерифа.

Я шагнул на крыльцо.

Джейк вышел следом, как приклеенный, и спросил:

— Шериф приходил? Чего ему было надо?

— В основном увидеть папу. А мне задал несколько вопросов о Карле и Ариэли.

— Каких вопросов?

— Неважно.

Я отвечал Джейку коротко, чтобы прекратить его расспросы, поскольку мое внимание привлекло кое-что еще. После смерти Ариэли я замечал вокруг какие-то необычные совпадения, которые воспринимал как некие знаки. Не обязательно от Бога, но явно от сил, неподвластных моему ограниченному разумению. Прошлым вечером я видел две падающие звезды, пути которых пересеклись в небе на востоке, и понял — это нечто исключительное, но что именно, я не знал. А когда отец и Джейк уехали в Манкейто, а я слушал по радио матч с участием «Близнецов», в трансляции возникли помехи, на несколько секунд радио переключилось на другую волну, и я разобрал только одно слово, не вполне отчетливо: «Ответ». Ответ на что? Я задумался.

Теперь, стоя на крыльце, я увидел, что солнце встало прямо за церковным шпилем, тень от шпиля падала через улицу и указывала прямо на меня, словно длинный предостерегающий перст.

— Фрэнк, с тобой все хорошо?

Машина шерифа проехала по Тайлер-стрит, свернула на Третью стрит и вырулила на церковную парковку. Шериф вылез и направился к церкви.

Джейк схватил меня за руку.

— Фрэнк.

Я вырвался и торопливо спустился с крыльца.

— Ты куда?

— Никуда, — ответил я.

В одно мгновение он оказался рядом со мной. Я не хотел пререкаться и позволил ему пойти. Я побежал к боковой церковной двери, ведущей в подвал. Мотоцикла на парковке не было с самого утра — значит, Гас уехал, и, спускаясь в прохладу церковного подвала, я знал — меня никто не остановит. Я подошел к неработающему вентиляционному каналу, ведущему в кабинет отца, и вытащил тряпки, которые сдерживали поток звука. Джейк наблюдал, и его глаза говорили мне, что он считает это огромным преступлением.

— Фрэнк, — прошептал он.

Я метнул на брата взгляд, заставивший его заткнуться.

В дверь кабинета постучали, и половицы над нами скрипнули, когда отец подошел к двери встречать посетителя.

— Спасибо, что пришли, — сказал он.

— Присядем, мистер Драм?

— Разумеется.

Они подошли к отцовскому столу, и стулья шаркнули по полу.

— Что обнаружил медицинский эксперт? — спросил отец.

— Он подтвердил первоначальный вывод Ван дер Вааля, — ответил шериф. — Вашу дочь ударили по голове каким-то продолговатым предметом, возможно, монтировкой, но фактической причиной смерти стало утопление. В легких у нее обнаружилась вода, такая же, как в реке Миннесота. Но есть еще одно обстоятельство. Мистер Драм, ваша дочь была убита не одна.

— Не понимаю.

— Я от всей души хотел бы избежать огласки, но городок у нас маленький, и рано или поздно все станет известным, поэтому я хочу, чтобы вы узнали первым. Ариэль была беременна, когда погибла.

Наверху не раздалось ни звука, но Джейк рядом со мной издал изумленный вздох. Я схватил его и зажал рот ладонью.

— Вы знали, мистер Драм?

— Понятия не имел, — ответил отец, и в его голосе слышалось потрясение.

— Медицинский эксперт установил, что Ариэль была на пятом или шестом месяце беременности.

— Ребенок, — сказал отец. — Боже правый, какая трагедия…

— Я искренне сожалею, мистер Драм. Сожалею, но при этом должен задать вам еще несколько вопросов.

Последовало мучительное молчание, а потом отец ответил:

— Хорошо.

— Долго ли ваша дочь была знакома с Карлом Брандтом?

— Они встречались примерно год.

— Вы считаете, они бы поженились?

— Поженились? Нет. У