Предначертанная. Часть 2 - Шахназ Сайн

скромно отпразднуем моё почти сорокалетие. – В зале послышался смех. Микаэль фальшиво кашлянул, сделал вид, что оговорился, и поправился: – Ну ладно, минус два годика. Так что сегодня мы празднуем мои тридцать восемь годиков, и я надеюсь, вы сполна насладитесь этим вечером.

Гости зааплодировали, кто-то улыбался, кто-то перешёптывался, а с задних рядов даже раздался свист. Микаэль широко улыбнулся.

– И сейчас я передам микрофон моей коллеге, по совместительству прекрасному другу и надёжному тылу – нашему несравненному реаниматологу-анестезиологу, Тамаре…

Тамара затаила дыхание, чувствуя, как от волнения готова была задохнуться. Бабочки в животе взметнулись с невероятной силой. Адреналин разлился по крови.

– Спасибо, что согласилась, мой друг, очаровать нас своим голосом и тем самым открыть этот прекрасный вечер.

Тамара смущённо кивнула, чувствуя, как её щёки заливал яркий румянец. После короткой паузы голос Микаэля изменился – стал ниже, мягче, наполнился особенным теплом.

Сердце Тамары замерло. Все её чувства были напряжены до предела. Казалось, в этом огромном мире не существовало никого, кроме этого прекрасного мужчины, смотревшего на неё с особым уважением.

– Но прежде чем я приглашу Тамару на сцену и зазвучит красивая мелодия, я хочу сделать ещё одно небольшое объявление, – продолжил Микаэль, прочистив горло.

Тамара почувствовала, как её плечи расправились, а спина выпрямилась. Сердце забилось чаще. Она прижала сцепленные руки к груди, не отрывая взгляда от Микаэля.

– Мне посчастливилось встретить невероятную женщину. Прекрасную, стойкую, сильную, которая вдохновляет и освещает мой скромный путь.

Зал замер в ожидании.

– Я сам не понял, как влюбился, потеряв и сердце, и разум. Мне немного неловко говорить о своих чувствах вслух, но я уверен: такие эмоции можно испытать лишь к той, с которой хочется прожить до конца жизни. – Микаэль сделал паузу. В его голосе чувствовалось волнение, но он держался стойко. – И эта прекрасная леди сегодня здесь, среди нас.

Тамара задержала дыхание, но что-то во взгляде Микаэля, устремлённом не на неё, встревожило её.

– Сегодня я хочу сделать всех вас свидетелями и сделать ей предложение.

Глаза Тамары медленно расширились, пальцы сжались сильнее, а грудь, до этого момента взволнованно вздымавшаяся и опускавшаяся, замерла.

– Моя Диляра, выйди, пожалуйста, к нам.

Взрыв аплодисментов заполнил зал. В ушах Тамары зазвенело, будто её оглушили сильным ударом по голове. Сердце сжалось, воздух выбило из груди. Она не почувствовала ни руки Елены, ошеломлённо коснувшейся её плеча, ни растерянного взгляда Георгия Айдаровича, устремившегося на побелевшее лицо своей давней лучшей ученицы, ни молчаливого наблюдения Давлата, видевшего застывший профиль её лица.

Тамара попыталась сделать вдох, заставляя себя посмотреть в сторону утончённой фигуры на высоких каблуках. Диля в облегающем бордовом платье, с прямыми распущенными волосами, со счастливой улыбкой на лице, грациозно вышла из-за стола и направилась к Микаэлю, протянувшему ей руку. Она не шла – она плыла, уверенная и прекрасная, с сияющими глазами, в которых читался триумф.

Гости восторженно аплодировали, Микаэль светился от счастья, а Тамара всё ещё не могла заставить себя дышать. В груди давило. Елена испуганно протянула ей стакан с водой; Тамара, не глядя, молча взяла его и сделала глоток. Её трясло.

Микаэль взял руку Дили, их пальцы переплелись, и они встали рядом друг с другом.

– Тами, ты меня пугаешь… – обеспокоенно прошептала Елена, оценив состояние подруги.

Тамара была не просто не в порядке. Впервые в жизни она ощутила, как земля ушла из-под ног, а мир, который так тщательно выстраивался в её голове долгие годы, рухнул в одночасье. Её реальность рассыпалась как карточный домик. И она молча наблюдала за этим, не в силах что-либо сказать.

Под громкие аплодисменты Микаэль надел на безымянный палец Дили кольцо. Он что-то тихо сказал ей, она улыбнулась, и они обнялись.

Новая волна оваций. Георгий Айдарович и Лана Беридзе встали и подошли к ним с поздравлениями. Микаэль аккуратно помог подняться пожилому мужчине и, обращаясь ко всем, представил его:

– Разрешите представить отца моей невесты, Мурада Давидовича.

Тот опёрся на трость, на его лице застыла сдержанно-довольная улыбка, а взгляд не отрывался от счастливой дочери.

Непонимающе покачав головой, Тамара встала на ватные ноги, чтобы уйти. Убежать. Скрыться. Лишь бы не видеть, не чувствовать, не переживать этот ад, в котором она вот-вот окажется. То, что произошло, выбило её из колеи. Она не знала, что делать и тем более как себя вести.

Микаэль, заметив фигуру вставшей из-за стола Тамары, произнёс в микрофон:

– Тамара, прошу тебя, спой для нас свою прекрасную песню о звёздах. Укрась наш вечер.

Подняв на него ошеломлённый взгляд, Тамара застыла. Ноги налились свинцом. Если все взгляды были устремлены на Микаэля и его невесту, то Давлат наблюдал только за Тамарой. Он видел, что она не в порядке, и догадывался почему.

– Не делай этого, – прошептала Елена, умоляюще глядя на неё. – Прошу…

Тамаре понадобилось несколько секунд, чтобы сделать вдох, расправить плечи и пойти на самый абсурдный поступок в своей жизни. На неё устремились взгляды всех гостей.

Она направилась к центру зала с замершим сердцем. Чем ближе она подходила, тем сильнее ощущала, как пол под ногами становится мягче, а картинка происходящего вокруг теряла чёткость.

Родители новоиспечённых жениха и невесты вернулись за свои столики. Георгий Айдарович взволнованно смотрел то на Тамару, то на Микаэля, обнимавшего женщину, чья красота была безупречна, а улыбка – обворожительна.

Виновник торжества передал Тамаре микрофон. Та молча взяла его, на мгновение почувствовав прикосновение мужских пальцев. Её передёрнуло – будто тысячи бабочек в животе взметнулись разом, только не вверх, а вниз. В дыру в душе, что готова была поглотить весь зал.

Микаэль же улыбался. На душе у него было как никогда хорошо.

В зале заиграла музыка. Это была не та песня о звёздах, которую договаривалась исполнить Тамара – песня турецкой певицы Сезен Аксу, – а другая, под названием Vay, которую, впрочем, Тамара знала не хуже. Произошла ошибка, которая стала ещё одним острым ножом, вонзившимся в и без того разбитое сердце Тамары.

Гости притихли. Микаэль и Диля сделали несколько шагов к центру зала и начали медленно кружиться в танце. Руки Дили доверчиво лежали на его плечах, а ладони Микаэля обхватили тонкую талию невесты. Они не отрывали друг от друга влюблённых взглядов.

Свет погас, оставив в полумраке весь зал. Лишь танцующая пара оставалась освещённой тёплым светом прожектора.

Красивые ноты мелодичной песни заполнили пространство. Сделав глубокий вдох, Тамара нашла в себе силы разомкнуть онемевшие губы и запела. Сначала тихо и неуверенно, но затем, казалось, проснулась сама её душа, решившая в