Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

— Слушаюсь. А вы где будете?

— Поблизости. Мне надо лишь кое-что уточнить.

— Шеф… — начинает она.

— Я буквально туда и обратно, — перебивает он.

Видно, что говорит Лютер искренне. В глазах у него волнение, настойчивая потребность узнать — причем узнать быстро — нечто такое, о чем ей самой знать не хочется.

Вопросов Хоуи не задает: жизнь научила. Она только смотрит вслед его размашисто шагающей фигуре.

Глава 24

Жена Бэрри Тонги, Гуиана, владеет небольшим цветочным салоном в Хэкни. Салончик называется «Франгпи-пани».

Тусклый зимний свет, сочащийся в венецианское окно, углубляет оттенки зеленой листвы, на фоне которой лилии, розы, тюльпаны и хризантемы выглядят еще ярче.

Из-за прилавка Гуиана смотрит, как в салон заходят Рид с Лютером. Лютер предъявляет жетон и подносит к губам палец.

Визитеры оставляют мокрые следы на плитках пола. Гуиана отступает в сторону.

Бэрри Тонгу гости застают в подсобке — слушая айпод, он компонует большой свадебный букет. На столе разложены садовый шпагат, клейкая лента флориста, розы цвета слоновой кости, стебли эвкалипта, ассортимент декоративных лент и широкий рулон прозрачной упаковочной пленки. В руке Бэрри держит секатор.

Завидев визитеров, он вынимает один из наушников, который, повисая, издает мелкошипучую версию чего-то знакомого, — кажется, это «Флитвуд Мэк». Хотя, может, и что-то другое.

— Привет, — здоровается Рид.

Тонга кивает:

— Ну, как оно?

Рид поводит шеей из стороны в сторону.

— Ничего, Бэрри, уже лучше. А ты как?

— Да ничего.

— Хорошо, — одобряет Рид и нараспев повторяет: — Хорошо, хорошо, очень хорошо.

Подходит Лютер. Тонга выше его чуть ли не на голову.

— Мы торопимся, — говорит Лютер. — Поэтому сделай одолжение, брось букет и иди с нами.

— Вот как? — удивляется Тонга. — И куда же это?

— В лес. Там мы тебя в хлам уделаем, прострелим голову — и в болотце. — Улыбка Лютера напоминает оскал. — Шучу.

Бэрри Тонга, сжимая в руке свой секатор, вздымается над визитерами. Глаза его мечутся с Рида на Лютера и обратно. Из повисшей шишечки наушника по-прежнему доносится жестяной барабанный ритм.

Визитеры надевают на Тонгу наручники и едут вместе с ним на угол Мериам-авеню, к малоэтажному строению из красного кирпича. Раньше здесь располагалась местная администрация, а сейчас в этом доме квартира Тонги.

Снаружи припаркованы три полицейских автомобиля.

— Я тут живу, — говорит Тонга.

— Знаю, — отвечает Рид. — Я недавно здесь был.

— Не понял? Что вообще происходит? Почему везде легавые?

— А происходит вот что, — поясняет Рид. — Ты меня помял, а теперь прежней твоей жизни приходит конец.

— Не понял?

— Все еще не понял? Мы забрали тебя из магазина твоей жены за пять минут до того, как туда ворвалась бригада копов. Им нужен ты, и представляю, какой они там наведут шорох.

— Да это просто хрень какая-то! Что я такого сделал?

— Кроме нападения на офицера полиции?

— Не нападал я ни на какого офицера полиции!

Рид со смехом поворачивается на сиденье и обдает Тонгу ледяным взглядом.

— Наезд на меня — это лишь часть драмы, Бэрри. Но ты еще и угрожал старику, подлец трусливый. Ты на себя посмотри, громила трехметровый, — не совестно? А еще собачонку у старика замучил.

Тонга выдерживает взгляд Рида, но недолго: переводит взгляд на собственный локоть и неуютно ерзает на сиденье. Бормочет что-то насчет собаки.

— Что? — с ядовитой пренебрежительностью спрашивает Рид, — засмущался?

— Мне нужен адвокат.

Рид с Лютером пересмеиваются.

— Слышал? — язвит Рид. — Адвокат ему нужен.

— Для тебя это не арест, — разъясняет Лютер, — а похищение.

— В смысле? Вы же легавые, так? Я у вас и беджи видел!

Рид, вместо ответа, указывает на полицейские машины возле дверей Тонг:

— Там сейчас находится один мелкий, но очень серьезный сюрприз для тех, кто им от души заинтересуется.

— Какой еще сюрприз?

— Некий грязный ствол.

— Нет там никакого ствола, — мотает головой Тонга. — Я не держу его в доме.

— Ой ли? — Рид хмыкает. — А мне кажется, он там непременно отыщется. Причем такой, который несколько раз бывал в деле, в том числе и в двух убийствах.

Он с отрадой подмечает у Тонги на лбу бисеринки пота.

— А наряду со стволом, — продолжает Рид, — там найдут еще и несколько унций героина. Не много, но достаточно для распространения. За это тебя упекут надолго. Жена твоя нового себе помощника подыщет цветочки в кисею заворачивать.

— Ч-черт, — затравленно шипит Тонга. — Дерьмо какое. Да это же… сплошная провокация! В чистом виде!

— В самом что ни на есть чистом, — солидарно кивает Лютер.

Тонга откидывается на спинку сиденья так, что у машины вздрагивают рессоры.

— Чего вы от меня хотите? — спрашивает он, исподлобья косясь на своих истязателей.

— Хотим сказать своему начальству, что ты на нас работаешь. Внештатно.

— Кем?

— Стукачом.

— Я не стукач.

— Нет, но тебе придется притвориться им.

— И если да, то что?

— Тогда мы тебя защитим, — глядя в окно, говорит Лютер.

— Хм. Как понять, защитим? От кого?

— От нас же.

— Каким образом?

— Ты признаешь, что запугивал старика, — инструктирует Рид. — Скажешь, что действовал по указке Джулиана Крауча.

Тонга видит, как из его квартиры выходят двое полисменов в форме. Один из них передает сержанту пластиковый пакет с вещдоками.

— Будь по-вашему, — вздыхает он, — сделаю. Крауч все равно конченый. Но ствол… От ствола так просто не отмажешься.

— О! В этом-то и прелесть, — утверждает Лютер. — А потому ты скажешь, что ствол тебе всучил Крауч. А ты до вчерашнего дня и в глаза его не видел.

— Это можно. Но на хрена ему это?

— Потому что он хотел избавиться от старика.

— Избавиться? Шлепнуть, что ли?

Лютер кивает.

— Того старого хрыча?

Снова кивок в ответ.

— Да у него на это куражу не хватит. Что с того старикана взять?

— Тем не менее.

— И вы вот так, из кожи вон, для него корячитесь? Для того старикашки?

— Угу, — мелко кивает Рид.

— Подкидываете стволы, наркоту, выбиваете фальшивые показания?

— Угу, — повторяет Рид.

— Ай, молодцы, — поводит головой Бэрри Тонга, — достойно уважения.

— Спасибо на добром слове, — отвечает Лютер. — Ну так да или нет? Говори, только быстро.

— Вам же самим из этого дерьма потом не выбраться. Нереально.

Лютер с гневным рыком лупит кулаком по приборной доске так, что распахивается бардачок и из него на пол сеются старые бумажки и мятые стаканчики. Тонга невольно ежится.

Лютер заводит мотор.

— Э! — тревожно окликает Тонга. — Мы куда?

— Туда, — указывает Рид на полицейских возле квартиры Тонги.

— Это еще зачем?

— Как зачем? Сдавать тебя, приятель. Ты ж теперь в розыске. А мы торопимся. Не весь же день