Зарубежный детектив-2026-8 - Кит Даффилд

собранного материала даже пишет книги под псевдонимом. Пожалуй, можно назвать его гением. В сущности, нашей компании случалось обращаться к нему за советом по работе. Речь шла о довольно жестоком убийстве из мести. Этот человек подал нам идею, но сказал, что жестокость ему претит и расстался с нами. Жаль, что по натуре он не злодей. Однако у нашей компании есть немало причин бдительно следить за ним, поэтому мы прилагаем все усилия, чтобы по возможности собирать сведения о нем. Потому мы и знаем, что он имел отношение к тому, что случилось с вами.

Так честно и открыто Сухара рассказывал обо всем, разумеется, вовсе не потому, что был порядочным человеком. Будучи уверенным в том, как поведет себя собеседник, настоящий злодей ничего не скрывает, словно по доброте душевной. И если Сухара вел себя в разговоре именно так, значит, ничуть не сомневался в том, что Каванами Рёсай станет клиентом его компании.

Поскольку Рёсай с гордостью считал себя человеком, быстро соображающим при заключении сделок, выслушав все это, он почти избавился от колебаний. Собеседник с обманчивой внешностью, недомерок Сухара с обезьяньим лицом, оказался дерзким злоумышленником, заслуживающим доверия, в чем все больше убеждался Рёсай.

– И что же привело вас ко мне сегодня? – нарочно задал он очевидный вопрос.

– Мне подумалось, что в данных обстоятельствах вам могут понадобиться услуги подрядчика убийств, – невозмутимо ответил его собеседник.

– Но неужели же это настолько просто?

– Конечно, трудность зависит от того, с кем имеешь дело. Однако наша компания никогда еще не бросала работу на полпути. Мы непременно доводим дело до конца. Ведь неудача, если мы ее потерпим, может стоить жизни нам самим. И даже если нас вдруг арестуют и приговорят к смерти, мы и тогда ни за что не выдадим имя клиента. Без подобных гарантий наш бизнес не работает. Поскольку мы получаем солидное вознаграждение, это само собой разумеется.

– «Солидное вознаграждение» – это, собственно, сколько? – спросил Рёсай небрежным тоном, но в глазах у него вспыхнул неподдельный интерес.

– Это зависит от конкретного случая. Плата подсчитывается с учетом сложности работы и состояния клиента.

– А если речь обо мне?

Оба понизили голоса так, что их нельзя было расслышать из-за двери, даже если бы экономка вздумала подслушивать.

– Синоду или госпожу Миёко?

– Обоих. И еще одного человека.

– Того странного, одетого во все черное?

– Его самого. А как его, кстати, зовут?

– Этого и я не знаю. Когда я виделся с ним, его звали Сагавой Сюндэем – этим именем он подписывает свои книги, но у него есть и другие – Хаями Сокити, Аюсава Кэнъитиро, Ватануки Сэйдзи и еще много разных. Для каждого имени у него свой адрес и даже выражение лица. Внешность он меняет мастерски.

– А вам по плечу такой противник? Мало того, он ведь имел отношение к вашей компании, давал вам советы. И вы все-таки способны разделаться с ним? А как же деловая этика?

Выслушав его, Сухара рассмеялся. Этот смех прозвучал дерзко и нагло.

– Он сам бросил нас и сбежал к другим. И теперь между нами нет ничего общего. Когда такой человек становится врагом, оно того определенно стоит.

– Так что насчет вознаграждения?

– В идеале все трое должны быть стерты с лица земли. И, полагаю, вы должны узнать об этом наверняка. Вряд ли у вас есть особые пожелания насчет способа их уничтожения. От этого способа зависит размер вознаграждения.

– А если особых пожеланий у меня нет?

– Некто в черном – отдельный случай. За него придется запросить в несколько раз больше обычного. Самое меньшее – двадцать миллионов иен. А за остальных двоих хватит и по три миллиона за каждого. Конечно, расплатитесь вы после того, как работа будет успешно выполнена, и вы примете результат. Авансового платежа я с вас не возьму.

– А если вам потом не заплатят?

– Ха-ха-ха, об этом вовсе незачем беспокоиться. Потому что тогда исчезнет сам клиент. То есть залогом становится его жизнь. Каким бы огромным ни было вознаграждение, жизнь еще дороже, так что в конце концов приходится заплатить. До сих пор такое случалось уже несколько раз. В нашем деле можно не беспокоиться о том, что тебе не заплатят.

На круглом столе между ними стояли бутылка виски и стакан, из которого уже некоторое время понемногу прихлебывал Рёсай, но теперь он поднялся, взял с декоративных полок второй стакан и поставил перед недомерком Сухарой.

– Подлить вам? – взяв бутылку за горлышко, Сухара облизнул губы и потянулся к стакану.

– Это моя слабость. Но для меня стакан и так уже третий. Больше я пить не буду. А то опьянею. А спьяну в переговорах легко наделать ошибок.

– Ну, тогда выпьем!

Звякнули столкнувшиеся стаканы.

– Я рассчитываю на вас. Прошу уничтожить всех троих. И предоставить мне доказательства. Сколько примерно времени это займет?

– Для пары хватит и месяца. А вот для человека в черном надо рассчитывать на вдвое больший срок. Я бы сказал, в целом месяца на два.

– Хорошо. Значит, договорились.

С этими словами Рёсай залпом опустошил свой стакан и расхохотался с явным удовольствием.

Увертюра к убийству

Ту ночь Синода Сёкити и Каванами Миёко провели в квартире человека в черной маске, в Кодзимати; на следующее утро после перечисления миллиона на их банковский счет получили деньги и при содействии человека в черной маске в тот же день сняли однокомнатную квартиру в Адзумамати района Сумида. Молодой Синода раньше жил в квартире в Сибуя, откуда ездил на работу в «Восточную сталелитейную компанию» в Маруноути, однако с квартиры он съехал и никому не сказал, куда переезжает. Из компании он тоже неожиданно уволился – так он надеялся избежать мести злопамятного и упорного Рёсая. Человек в черной маске представился как Хаями Сокити. В ту ночь на расстоянии нескольких кварталов от усадьбы Каванами на углу улицы его ждала машина, в которую сели все трое. Человек в черной маске достал из-под сиденья большую сумку с принадлежностями для маскировки, снял маску и прямо в машине переоделся в деловой костюм. И существо в черном моментально превратилось в великолепного молодого господина. Назвавшись Хаями Сокити, он повез обоих спутников к себе в Кодзимати.

Примерно через неделю после переезда пары в Адзумамати Синода Сёкити вернулся домой хромая. Он навещал друга и когда возвращался мимо строящегося здания, обломок железной балки внезапно рухнул сверху прямо ему на ногу.

Сняв носки, он увидел, что нога возле мизинца сильно распухла и стала лиловой.

– Я спасся чудом. Попади этот обломок мне по голове, наверное, убил бы.

– И что