Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

— Алкоголизм у навахо — настоящая трагедия.

Отец окинул взглядом парковку и покачал головой.

— Продажа алкоголя в резервациях — государственное преступление. К примеру, этот парень — он же погиб, когда ехал домой, набравшись до потери памяти. Этот самый бар находится всего за полмили от резервации и от границы с Аризоной, и он продает больше всего спиртного во всем штате. Мексиканцы, которые в нем заправляют, фактически убивают людей. А навахо поддерживают их в этом. Те всю дорогу хохочут, когда отвозят выручку в банк.

Двое индейцев, обнявшись, вышли из бара. Они опирались друг на друга, чтобы не упасть.

— Водитель, наверное, даже не понял, что произошло, — продолжал отец. — В любом случае это лучше, чем до смерти замерзнуть на парковке или погибнуть под колесами, когда тебя переедут в темноте.

Он повернулся ко мне.

— Половина докторов наук в Америке изучает алкоголизм у индейцев, но ничего не меняется, потому что никому нет дела. А ты еще беспокоишься насчет инструментов!

Он расхохотался.

— Ладно, поехали домой. Надо как следует подкрепиться — у нас сегодня был отличный день!

Когда отец делал что-то незаконное, он обязательно рассказывал истории, оправдывавшие его поступки и делавшие их приемлемыми — например, как мексиканцы убивают навахо своим виски, а белые захватчики отнимают земли у индейцев и запирают их в резервациях. Он называл это «суровой справедливостью», которая подразумевала, что надо бить гадов — они это заслужили. Но в большинстве случаев получалось, что я тоже — такой гад.

Глава 26

Той осенью, в пятницу, наигравшись с Томми в догонялки возле его трейлера, мы с братом вернулись на ужин домой и застали Лонни, Салли и отца сидящими за кухонным столом. Отцовский голос разносился по всему дому:

— Проклятые ублюдки! Я явлюсь к вам в школу и надеру им задницы!

Салли, хоть ей и было всего шесть, слушала практически все наши разговоры. Сейчас, пока отец возмущался, она сидела, уперев локти в стол и положив сверху подбородок, и впитывала каждое слово. Лонни что-то пробормотала, отодвинула стул и прошла мимо нас с Сэмом на улицу с глазами, полными слез. Завелся мотор «Рамблера», и машина вырулила на дорогу.

Отец подождал, пока мы с Сэмом присоединимся к нему и Салли за столом.

— Дэвид, сегодня тебе придется постоять за свою старшую сестру.

— Но как? — удивился я.

— Ее одноклассники устраивают гонки на фургонах с сеном, а Лонни не пригласили.

Отец достал из буфета тарелки для нас с Сэмом и наложил в них консервированной ветчины и кукурузы.

— Это не официальное школьное мероприятие, но сопровождающие будут из школы, и встречаются все тоже там. Ты должен им помешать — только по-умному.

Он поднялся из-за стола.

— Вы ешьте, а я пока подготовлю все необходимое.

Мы с Сэмом заканчивали доедать добавку, когда отец вернулся, неся из машины большой пакет. Он выложил на стол несколько картофелин и пачку сахара. У него в багажнике всегда был запас продуктов — на всякий случай.

— Дэвид, план будет такой.

Он достал из кармана инструмент, напоминавший короткую отвертку, но с круглой головкой вместо плоской.

— Это съемник для сердечника клапана. Пользоваться им очень легко. Как только стемнеет, проберешься на парковку возле школы и вытащишь клапаны из шин у фургонов.

— И как я найду клапаны в темноте?

— Веди рукой по ободу шины, пока не нащупаешь крышку. Отвинти ее, и там будет сердечник. Клапан напоминает соски у коровы.

Салли ткнула Сэма пальцем в грудь, и они оба захихикали.

— Сердечник ввинчен в клапан, — продолжал отец. — Вставь туда съемник и поворачивай против часовой стрелки.

Он показал это на своем мизинце.

— Сердечник быстро выйдет. Сунь его в карман и не забудь вернуть крышку на место.

Ухмыляясь, он протянул мне инструмент.

— Если открыть клапаны, шины сдуются. Без сердечника надуть их обратно будет нельзя, а запасные взять негде. Все решат, что шину прокололо гвоздем и ее надо латать.

— Хорошо придумано, — улыбнулся я, радуясь своей звездной роли в его плане. Кому придет в голову проверять, где сердечник, если крышка клапана на месте? Отец — настоящий гений.

— Теперь следующий шаг.

Он взял в руку картофелину и покрутил у меня перед лицом.

— Это надо будет засунуть в выхлопную трубу каждого фургона. Держи, будешь обрезать лишнее.

С этими словами он вытащил из кармана перочинный нож и протянул его мне.

— Затолкай картошку как можно глубже и аккуратно протри край трубы, чтобы ничего не было видно. Ты понял? Если поймешь, что не успеваешь вынуть все сердечники, начинай заталкивать картошку.

— А зачем она?

— Выхлоп не будет выходить, если труба забита.

Отец так и сиял улыбкой.

— Сначала двигатель заведется, но потом заглохнет, и перезапустить его уже не получится.

— Но зачем нужны и сердечники, и картошка?

— Потому что у тебя должен быть план Б.

Отец похлопал меня по плечу.

— Если справишься, это будут худшие гонки на фургонах с сеном в Уиндоу-Рок.

Я кивнул, заталкивая картофелины и перочинный нож в небольшой бумажный пакет.

— А что с сахаром? — поинтересовался Сэм.

Отец поглядел на упаковку, лежащую перед ним на столе.

— Если Дэвид насыплет сахар в бензобак, карбюратор забьется и фургон не поедет, но способ не очень надежный. Да и тащить с собой пачку сахара все-таки неудобно. Сегодня он нам не пригодится.

Сэм подпрыгнул на стуле:

— Давай я пойду! Я могу помочь.

— Когда станешь старше, будешь помогать, — ответил отец, — но не сейчас.

Сэм опустил глаза и покачал головой. Салли ласково взяла его за руку.

— Я справлюсь, — сказал я, ощущая одновременно и страх и гордость. Если меня поймают, мне достанется от отца, и Лонни окажется в неловком положении. Но если план сработает, я стану героем.

С наступлением сумерек я набросил куртку и побежал к зданию старшей школы Уиндоу-Рок, находившемуся примерно в ста ярдах от нашей, младшей. В темноте меня не было бы видно, но двор школы заливал яркий свет. По краю парковки в ряд стояли четыре фургона, груженные сеном, и вокруг суетились одноклассники Лонни. Они входили и выходили в школьные двери, болтая и смеясь. Как же мне незаметно подобраться к фургонам?

Пару минут я изучал обстановку. Потом заметил, что в фургонах пока что никого нет и они стоят пассажирской стороной против света — в полной темноте. Если все сделать правильно, можно вытащить сердечники из клапанов по этой стороне, оставшись незамеченным. А уж добраться до выхлопных труб — вообще раз плюнуть.