Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

— Ну здравствуй, Тиш.

Кейт вернулась. Не нравится мне ее тон… Господи, как же позвать на помощь?

Помогите! Кто-нибудь! Кейт нельзя доверять. Она совсем не такая, какой прикидывается!

— Возможно, у тебя был просто мышечный спазм, поэтому глаза и открылись. Если же ты действительно пришла в себя, то скоро тебя признают виновной в убийстве. Остаток жизни проведешь в заключении. А если ты все еще в коме, скоро тебя отключат от аппарата. Ты умрешь.

Она стоит так близко, что я по-прежнему чувствую ее дыхание. Я жива, просто заперта в собственном теле! Пытаюсь снова открыть глаза. Нет, ничего не выходит.

— Что бы там ни случилось дальше — получишь ли ты пожизненное или умрешь в этом чудесном месте, — хочу сообщить тебе кое-что важное.

Интересно, что? Давай выкладывай!

— Я сама медленно убивала Джона, просто тебе удалось меня опередить.

Мои глаза невольно распахиваются. Пытаюсь рассмотреть Кейт. Вижу как сквозь мутное стекло, и все же это она. Кейт улыбается, и я вновь опускаю веки.

— Неужели ты думаешь, что я была готова его простить? Забыть о тебе, об унижении перед дочерью, перед моей компанией?

Какой холодный, гортанный у нее голос…

— Видишь ли, пилюли, которые Джон принимал три раза в день, передавала ему я. Он считал, что этот препарат помогает омолодить организм и снять стресс. Думал, я достаю их у гомеопата, верил, что я о нем забочусь… На самом деле Джон травил себя калием. Хлористый калий в сочетании с лекарствами от гипертонии способствует опасному снижению кровяного давления. Роковая комбинация! Неплохо придумано, правда?

Она смеется. Помогите, прошу! Я пытаюсь сосредоточить взгляд на ее лице. Зачем она стоит у моей постели с упорством маньяка? Стоп… Кейт прикончила Джона?

— Страшно, Тиш? Боишься меня, такую старую? Ты ведь помнишь, я — старая, использованная версия. Именно так ты всем рассказывала в «Ивент»? И все же ты меня опасалась — я не могла не заметить. Ты сразу возненавидела идею вечеринки по случаю выхода на биржу, не хотела допустить, чтобы мы с Джоном и Эшлин предстали единой командой, словно имела хоть какое-то отношение к нашему успеху. Ты — недоразумение, и прекрасно об этом знаешь. А Джона я принимать обратно не собиралась, зато всей душой желала наказать его за то, что он бросил меня.

Где же Бриггс? Где сестра? Где все остальные? Только послушайте ее… Сердце колотится так, что я даже не могу вздохнуть. Сбоку от кровати пищит аппаратура. Сигнал тревоги…

— Значит, ты увезла Джона в горы, в наше семейное место, где с ним и покончила? Как же я надеялась, что это подействовали мои пилюли… И все же ты меня опередила. В любом случае он рано или поздно умер бы от моей руки.

Да, это я его отравила. А Кейт не переставала со мной играть, даже когда я была уверена, что все теперь зависит лишь от меня. О господи…

— А потом ты выдала мне свой грязный маленький секрет — всего за несколько миллионов долларов. Вишневые косточки… Кстати, я записала наш разговор на диктофон. Эксперты считают твои слова чистой воды признанием. Бриггс говорит, что я очень помогла в расследовании. Благодаря тебе я нашла новую любовь.

Как же хочется закричать на всю больницу… Я должна кому-то все рассказать! На помощь! Кейт — убийца! Где сестра? Мне нужны деньги, ведь у нас была сделка. Я могла бы заплатить за более престижную больницу, нанять лучшего адвоката… А теперь я полностью в ее власти. Где мой экземпляр соглашения?

— Прощай, Тиш. Если ты в сознании, — скорее всего, у тебя возник вопрос: собираюсь ли я соблюдать условия соглашения, подписанного в тот трагический вечер, когда ты свалилась с лестницы.

Я не падала! Это ты меня столкнула, я знаю! На помощь, кто-нибудь! Мои датчики сходят с ума. Неужели Кейт выдернула аппаратуру из розетки?

— Разумеется, я не уплачу тебе ни цента. Считай, что наш договор — такая же подделка, как и сфабрикованное тобой завещание. Я убрала оба экземпляра в сумочку, прежде чем набрать «девять-один-один», а потом уничтожила, как только представился шанс. Никто не докажет, что мы действительно заключили сделку. Как жаль, что ты не умерла сразу… Хотя, может, оно и к лучшему — хотя бы есть возможность попрощаться. Я бы сама отключила аппаратуру, однако тебе и так недолго осталось. Помни — всегда важно быть первой, а не второй… Знаешь, а ведь благодаря тебе состоялся мой лучший проект. Я направила весь свой гнев на работу, разрабатывая новый продукт — «Навсегда». Хотя часть гнева все же вылилась и на вас с Джоном.

Господи, я никогда еще не испытывала такого ужаса и никогда не была так одинока. Я впервые попала в подобную западню…

— Эшлин тоже была в ярости. Злилась на вас обоих. В итоге выяснилось, что мы с дочерью заодно. Она знала о плане отца перевести всю недвижимость в ее трастовый фонд, была в курсе его намерения снова пробраться в нашу жизнь, будто ты никогда не вставала между нами. Нелепость. Джон так далеко зашел в отношениях с тобой, но был уверен, что мы примем его с распростертыми объятиями… Он ведь поделился этими мыслями с Эшлин в день своей смерти. Она вообще многое узнала, вытащив телефон отца из твоей сумочки. Сообразила, что за пилюли я подкинула бывшему мужу, и поняла, что мной двигало. Чудесная история, правда?

По-мо-ги-те! Верно говорят: кровь не водица. Спасите меня!

— Я боялась, что развод меня убьет, однако в конце концов он убил Джона и, скорее всего, тебя.

Вновь скрипит дверь, и шум из коридора заполняет мою палату. И вновь звуки стихают; лишь пикает аппарат, поддерживающий во мне подобие жизни.

Говорю же, нелегко быть второй женой…

Николь Жамэ, Мари-Анн Ле Пезеннек

Тайна острова Химер

1

Я поверил в могущество огамов[177] в день, когда они показали мне путь к освобождению.

В субботу будет ровно год.

И не может быть ничего случайного в том, что Мари Кермер выбрала ту же дату, чтобы начать новую жизнь.

У меня все было под контролем, кроме погоды.

Сильные волны затрудняли плавание, так что паром из Роскофа опаздывал на три часа, когда, обогнув башню на мысе Даны, он пришвартовался у причала рядом с доками.