Натрия Хлорид - Юсси Адлер-Ольсен

управляло ее жизнью. Она не могла говорить о зимних комбинезонах, колясках, старых машинах и многом другом, не заливаясь слезами. Должно быть, на ее работе были очень толерантные люди, раз они терпели ее, это уж точно.

— Я вижу из отчета об осмотре трупа, что у маленького мальчика была шина на одной ноге. Вы знаете, в чем была проблема?

— Да. Макс родился без функционирующего коленного сустава в правой ноге, поэтому первые годы ему пришлось перенести довольно много хирургических вмешательств.

— Но он мог ходить?

— Он более-менее научился, да, но это была заслуга Майи. Именно из-за этого муж бросил ее через несколько месяцев после рождения ребенка. Он был просто одним из тех слабых подонков, которые бросают жену, когда жизнь становится трудной, и начинают всё сначала для себя любимого.

Он взял её рабочий номер, чтобы иметь возможность позвонить, если возникнут новые вопросы, но Карл подозревал, что вряд ли от нее поступит какая‑то важная информация.

Сейчас его мозг должен был работать вопреки всем теориям. Прежде всего, не давало покоя утверждение молодой Майи о том, что еще до первого взрыва она видела пару ног, торчащих у ворот в мастерскую. Даже если она ошиблась и ноги на самом деле торчали из-под днища фургона, а не за ее машиной. Она ведь тогда особо это подчеркнула, так почему бы и нет?

И если это было правдой, то почему мужчина вообще там лежал? Возможно ли, что он был мертв еще до взрывов?

Карл продумал сценарий. Если мужчина уже был мертв, то невольно возникала мысль о преступлении, и тогда в очередь выстраивались несколько новых вопросов.

Как возникли повреждения головы и шеи у трупов? Пытался ли мужчина в проеме мастерской спастись? Почему никто из них не выбрался — не потому ли, что они уже были убиты до взрывов? Судя по плану мастерской, четыре трупа лежали довольно близко друг к другу у раздевалки в центре здания, но как так убить всю группу, не встретив сопротивления? Или сопротивление было? И что заставило всё это детонировать? Были теории, что первый взрыв произошел в баках с толуолом, сильным растворителем, но так ли это? И почему снаружи здания лежала кучка соли — была ли она подсыпана намеренно, или кто-то прошел мимо с дырявым пакетом, и с какой стати кому-то вообще ходить с дырявым пакетом соли в этом Богом забытом месте? На многие из этих вопросов, вероятно, никогда не будет получен ответ, но Карл уже понимал, почему Маркус не хотел прекращать расследование и почему он так и не смог выкинуть это дело из головы.

Для Карла и всех остальных следователей оставался лишь один существенный вопрос, если речь шла о преступлении: каков в таком случае был мотив?

Очевидно, «Ове Вильдерс Авто» зарабатывала приличную сумму сверх обычного. Но, черт возьми, из-за чего? Наркотики, отмывание денег или какой-то обман?

Карл покачал головой и еще раз взглянул на фотографии из отчета. Прошло более тридцати лет — как вообще можно продвинуться дальше?

— Удалось что-нибудь выудить из тех дам, которых я тебе привел? — Это любопытство Гордона гнало его вперед. — Было в их информации что-то существенное?

Голова Карла качнулась из стороны в сторону. — Ну-у. По крайней мере, теперь я знаю гораздо больше о женщине, потерявшей ребенка при… взрыве, — сказал он, запнувшись на последнем слове. Он хотел сказать «несчастном случае», но не смог.

— Да! Можно совсем пасть духом от такой печальной судьбы. Подумать только, как целая жизнь может быть разрушена чем-то подобным. Возможно, просто искра, и... бууууум! — Гордон покачал головой, но вдруг нахмурился, глядя на верхнее фото в папке. Затем он пододвинул стоявший у стены стул и сел. Как в замедленной съемке, он уселся, впившись взглядом в четкий снимок, лежавший на столе.

— Это ведь «Ситроен Дайан» Майи лежит там кверху дном, верно?

Карл кивнул. Это было написано и на полях фотографии.

— Этого фото не было в нашей копии дела! — произнес Гордон мрачным голосом.

— Вот как. Тебе кажется, в нем есть что-то особенное?

— У тебя есть в ящике увеличительное стекло?

Карл нашел его и протянул ему.

Гордон несколько раз провел лупой над фотографией. — Вот ведь чертовщина, — сказал он.

Он притянул к себе папку и начал систематически перелистывать страницы, пока не нашел то, что искал.

Затем он пару раз перечитал абзац, чтобы быть абсолютно уверенным, отложил его, недоверчиво покачал головой и пододвинул страницу Карлу.

— Смотри сюда, Карл. Это протокол допроса Майи Маркусом через месяц после катастрофы. — Он ткнул пальцем в текст.

— Да, я это только что читал. Мастер Ове Вильдерс сообщил ей, что задний мост нужно заменить, так как он проржавел.

— Именно. А теперь посмотри на фото ее машины вверх дном. Что ты видишь?

Карл несколько раз провел лупой туда-сюда.

— Я вижу, что они заменили задний мост, как и обещали. Он выглядит не совсем новым, но он определенно не ржавый. Наверное, использовали запчасть, которая была у них в наличии.

— Ладно, но тогда мне придется освежить это в твоей памяти. Мастерская звонит этой Майе всего за двадцать пять минут до взрыва и говорит, что им, вероятно, придется заменить задний мост.

— Да.

— Прости, что я это говорю, но ты ничего не смыслишь в машинах, если думаешь, что задний мост можно заменить так быстро.

— Значит, ты считаешь, что они уже это сделали до звонка, в чем проблема?

— Это не новый задний мост, посмотри сам еще раз, он выглядит вполне оригинальным. Так что, если спросишь меня, в замене вообще не было необходимости.

— Я слышу, что ты говоришь, — сказал Карл и посмотрел на свои сигареты. Почему, черт возьми, человеку нельзя просто выкурить сигарету, если это помогает запустить мысли?

Он вздохнул и посмотрел на Гордона. — Они солгали ей и хотели провести ремонт, который не был нужен, ты об этом думаешь?

— Да, или же они вообще не собирались делать ремонт, а просто хотели взять за него деньги. И неважно, делали они то или другое, они целенаправленно собирались обобрать женщину на крупную сумму.

Карл кивнул и еще раз взглянул на фото.

— Значит, «Ове Вильдерс Авто» надувала своих клиентов, говоришь?

— Да черт возьми! Ты представляешь, сколько денег могло поступать на счет таким образом, если