Раздевайся, отличница! - Марципана Конфитюр

России Ельцин сказал «Я устал, я ухожу». Или что у человечка из игры «Монополия» есть монокль. Данные псевдо-воспоминания являются результатами экспериментов по внедрению современной модификации «25-го кадра», связанной с переходом на цифровое телевещание в 2009 году, когда эффект Манделы и появился.

Всё то время, что я говорила, Вэнс смотрел на меня с таким любопытством, словно в самом деле слушает что-то новое, чего раньше не знал. В его внимательном взгляде сквозило то ли удивление, то ли ехидство, то ли ещё что-то странное. Краем глаза я заметила, как Элисон заёрзала на стуле: видно, поднятые брови Вэнса взволновали её...

— Довольно, мисс Вуксанович. Прекрасно. Теперь следующий вопрос. Как защититься от воздействия 25-го кадра? Мистер Арк.

И опять мы взглянули на Арчи.

Тот картинно закатил глаза.

— Что?! Снова я?!

— Да, вы, мистер Арк, — сказал Вэнс.

— Да, блин, какого чёрта?! — Взвился Арчи. — Слушай ты, мистер как-там-тебя! Оставь меня уже в покое, а?! Я сюда лектором не нанимался, так что рассказывай сам свою тягомотину! Какого чёрта я вообще должен учить всю эту белиберду?!

По аудитории пошли взволнованные шепотки. Мы с Элисон переглянулись. Конечно, было понятно, что многие студенты считают преподавателей не более, чем обслуживающим персоналом, но чтоб демонстрировать это так явно!..

— Потому что эта «белиберда» поможет вам властвовать миром, мистер Арк, — невозмутимо ответил Вэнс.

— Да? — Арчи усмехнулся. — Что-то я не заметил, чтобы вы властвовали миром, мистер препод!

— Сама суть нашей науки в том, чтобы властвовать незаметно для глупцов, — парировал преподаватель.

Элисон восторженно захихикала, а следом за нею и многие в аудитории. Арчи попытался быковать, но кто-то из парней ткнул его в бок, сказав «Заткнись!», а Корнелиус прикрикнул: «Не мешай учиться людям!».

— Арк — на отработку, — завершил Вэнс. — Вопрос тот же. Как защититься...

— Можно я?! — Пискнула Элисон, опять краснея.

— Очки из монокристаллического сапфира с напылением альфа-уровня! Они реагируют на микровспышки быстрее, чем человеческий мозг и... и... — Элисон растерялась. — Главное, телек без них не смотреть! Никогда!

— Превосходно, мисс Коннорс! — И Вэнс улыбнулся.

Кажется, впервые за сегодня.

Элисон, естественно, просияла.

Чуть позднее, ближе к концу пары, она сунула мне записку: «Офигенный, да??? Такой красавец! И такое обаяние!!!»

«Норм», — вывела я на том же листке и передала обратно.

Ну чудачка эта Элисон! Это ж надо — в препода влюбиться!

5. Понедельник, 17 сентября. 15:10

После пар я сходила в столовую в учебном корпусе и по своему обыкновению пошла в библиотеку. Располагалась она в этом же здании и занимала два верхних этажа. Да, целых два! Тем сильнее бросалось в глаза то, что эти этажи как правило были почти пусты. Новенькие полки, моднейшие диванчики, удобнейшие письменные столы, стеклянные блоки с наименованиями тематических разделов — всё это выглядело таким новым, таким нетронутым, едва ли не пахло ещё ремонтом и мебельным магазином! А ведь Академия существовала уже далеко не первый год...

В этот раз тут не было вообще никого, даже библиотекаря. Последний, согласно моим наблюдениям, показывался лишь изредка, чтобы взглянуть, не появилось ли что-нибудь на столике-каталке для прочитанного, и если да, расставить это по местам. Выдавать книги не требовалось: читатели самостоятельно брали их на открытых полках, где тома были расставлены по темам, а внутри тем — по алфавиту.

Я планировала продолжить чтение тех же работ, с которыми занималась вчера и позавчера: это были «Моя борьба» Алексиса Кыштымского, «Голос Вселенной» Жоржа де Кока, «Самый большой секрет» Дэвида Айка, «Атомный пирог» Марципаны Конфитюр и Большой Каталог Рептилоидов. Часть этих вещей рекомендовали наши преподаватели, другие показались любопытными мне самой... Но вот незадача: на полке на букву «К» в отделении уфологии не оказалось «Моей борьбы»! Подевался куда-то и «Голос Вселенной»... А ведь я уже не раз брала эти книги и даже без алфавитного указателя помнила, что где находится!

В этот раз не находилось ничего.

Вообще.

Нигде.

Это походило на сон или на дурацкую шутку. В огромной и совершенно безлюдной библиотеке с тысячами полок дырки зияли именно на месте тех книг, что я собралась взять!!!

Я себя ущипнула.

Не сплю.

Интересно, есть какие-нибудь экспресс-тесты на сумасшествие?..

Я развернулась и быстрым шагом пошла прочь из библиотеки.

Сначала шаги, потом страницы учебника, потом почта, теперь вот это...

Библиотека, вчера ещё такая комфортная и уютная благодаря тишине и безлюдности, стала пугать меня. Чёрт его знает, не прячется ли какой-нибудь псих за этими батареями новых, не ведавших тепла читательской руки изданий?

Да ну нафиг...

У самого выхода со мной чуть не столкнулся какой-то парень. Это был студент, я видела его на лекциях, только имени ещё не узнала. Он посмотрел на меня так, как будто бы знает все мои секреты, всю подноготную, и молча прошёл мимо...

… Или снова померещилось?

6. Понедельник, 17 сентября. 19:40

Клементина была дома и опять прихорашивалась: похоже, собиралась на очередное свидание. Пока она не ушла и не запропастилась опять куда-нибудь до утра, я решила напрямик спросить о том, что меня волновало в течение уже суток:

— Слушай, Клементина, а что именно ты говорила вчера обо мне? Ну там, в душе.

— В душе? — Клементина удивилась так, словно я завела речь о событии, случившемся год назад. — Вукси, с чего ты вообще взяла, что я говорила там о тебе?

— Ты сказала, что поспорила со мной.

— Ах, да! И... что же?

— Мне хотелось бы узнать, как именно происходил разговор и что ещё ты обо мне сказала, — вежливо, но твёрдо ответила я.

— Вукси, ты перегрелась?

— За мной следят.

Клементина глянула на меня как на сумасшедшую. Ничего не оставалось, как сообщить ей про все эти странные эпизоды: шаги, страницы, почта, библиотека.

— Кстати, а у тебя ничего тут случайно не пропадало? — спросила я, закончив свою «исповедь».

— Нет, ничего, — Клементина немного задумалась и посмотрела чуть менее легкомысленно. — Мирра, ты переучилась. Нельзя так загонять себя в первые же недели учёбы. Тебе надо отдохнуть.

— Может и так. А может, это какой-нибудь маньяк, который решил, что...

— Мирра, ты на острове! Какой ещё маньяк?! Откуда ему тут взяться?!

— Откуда угодно. Какой-нибудь придурок, который решил, что, раз я спорю с соседкой на непристойные вещи, то значит... значит... В общем, мало ли что и кому взбрело в голову!

— А душ-то мужской здесь причём? — Скептически поинтересовалась соседка.

— Потому что именно после твоего посещения мужского душа началась вся эта ерунда, — сказала я.

— «После» не значит «в следствие», —