Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

Я тоже достал свой смартфон. На экране написано «нет сети». Я посмотрел на выражения лиц остальных, они с недоумением держат смартфоны в руках, и я понял, что у всех без исключения то же самое. Распространился другой вид замешательства, отличный от шока.

– Может, проблема с роутером? Я схожу проверю, – Нагисако, извинившись, прошла мимо меня и вышла из комнаты.

Когда я немного наклонился, чтобы ей было легче пройти, я вдруг увидел на двери отверстие неправильной формы. Кроме этого, я заметил щепки, разбросанные по полу, и брошенный неподалеку топор. Картины на двух местах преступления – вчерашнем и сегодняшнем, – казалось, пересекаются, но это не так. Но можно сказать, что они похожи.

Всего пять минут назад дверь в эту комнату взломали так же, как вчера.

Первым, кто обнаружил труп Ханаби, был, строго говоря, я.

Утром во время прогулки я как ни в чем не бывало посмотрел на Seven Seas House, сфокусировал взгляд на окне третьего этажа и увидел.

Увидел плотно прижатую к окну спину и висящую нитевидную тень.

В моей голове зазвонил сигнал тревоги, оповещая меня о том, что что-то не так. Спотыкаясь, я вернулся в коттедж и подошел к комнате, но она была заперта. Я постучался во все личные комнаты и объяснил сонным лицам, которые оттуда вышли, что произошло.

У большинства участников была реакция «опять?». Неудивительно. У меня самого было чувство, что это «второй акт детективной драмы». Однако я не мог поверить в то, что фигура Ханаби, которую я видел через окно, была хорошо сделанной подделкой.

Все собрались на третьем этаже и по очереди пытались открыть дверь, но она не поддавалась. Топор в этот раз тоже взял Кацура. Он поработал слегка запачканным топором и в этот раз сам просунул руку в проделанное им же отверстие.

В тишине раздался звук, словно повтор вчерашнего дня.

Щелк.

– Это из-за меня, – донесся до моих ушей рычащий шепот.

Я не смог точно определить источник голоса, но мой взгляд упал на Хаимуру, и я предположил, что голос принадлежит именно ему.

Наверное, это впервые с тех пор, как мы приехали на остров Урусидзима, что я вижу его без камеры в руках. Однако еще более странное ощущение у меня вызвало его выражение лица. О Хаимуре у меня сложилось впечатление, что он не показывает своих эмоций и молча выполняет свою работу. Но сейчас он широко открыл глаза, прикусил губу, а на его лице страдания. К тому же что он сказал прямо перед этим? «Это из-за меня»?..

Видимо, заметив мой пытливый взгляд, он резко опустил глаза и сбивчиво сказал:

– …Можете ее снять? Слишком больно на это смотреть. Она и сама точно не захотела бы выставлять себя в таком виде на всеобщее обозрение. Не должны ли мы позволить ей иметь достойный конец как актрисе?

Эти слова меня поразили.

Было бы грубо сказать, что это неожиданно, но он предложил защитить достоинство умершего человека. В этом голосе даже была нотка милосердия.

– …Верно, Хаимура прав, – продолжил Агацума.

Остальные, похоже, в целом тоже согласились.

…По правде говоря…

В моей бесчувственной голове, одержимой детективами, была фраза «сохранить место преступления».

Ситуация, определенно, говорит о том, что это самоубийство. Но что-то тут не так.

Что, если.

Что, если Ханаби не желала этой смерти?

Не станет ли раскрытие правды лучшим способом отомстить за ее потерю?

Я решился и сделал шаг вперед.

– Эм-м…

– Можно мне сказать? – мой слабый голос заглушил другой, более ясный голос. Это была Уруру. – Извините, что прерываю такую сентиментальную сцену, но этот труп странный. Возможно, она не покончила с собой, а ее уби…

– Слушайте! – и снова перебили. Это вернулась Нагисако. Восстановив дыхание, она сообщила шокирующий факт: – С роутером на втором этаже, похоже, все в порядке… но питания нет… другими словами, видимо, подача электроэнергии остановлена.

– Что?! Что это значит? – сказал Кацура.

И только сейчас я заметил.

В этой комнате не включен ни свет, ни кондиционер.

Нет, если так посмотреть, то в этом нет ничего странного. В комнате достаточно светло и без света, да и сейчас, когда с восхода солнца прошло всего лишь чуть более двух часов, необходимости в кондиционере не было. Я не помню, чтобы тоже что-то включал до того, как уйти на прогулку. Не помню, но… Это нехорошо, беспокойство внутри меня только усиливается.

Стоя у двери, я с проблеском надежды нажал на ближайший выключатель. Но ничего не произошло.

В моей голове проносятся худшие сценарии.

– …Это плохо. Я схожу на улицу! – сказал я и моментально вышел из комнаты.

– Я-я тоже! – сказала Нагисако и пошла со мной.

Мы спустились с лестницы, чуть ли не скатившись с нее, вышли из Seven Seas House и обежали его по периметру.

– !..

Мы с Нагисако застыли на месте.

Генератор, установленный за коттеджем.

Несколько толстых проводов перерезаны, и он полностью перестал функционировать.

2

Когда мы вернулись на третий этаж и сообщили об этом, раздался тихий вопль.

– …Какого черта, – сказал Кино.

Сегодня утром, когда я пошел всех будить, большинство из них еще потирали сонные глаза. И причина того, что никто до сих пор не сообщил о проблеме с электричеством, была в том, что сегодня, по чистой случайности, не было никого, кто уже что-то делал с раннего утра.

– Нет ли резервного источника питания или какого-то другого способа связаться с материком?.. – на всякий случай спросил я, но Кино лишь молча отрицательно покачал головой.

– То, что мы не можем вызвать ни полицию, ни спасательный отряд, означает, что… нам остается только ждать приезда группы Б, которая неизвестно когда сможет приехать? Вы, должно быть, шутите, – бросил Кацура.

Некоторое время никто ничего не мог сказать.

– Я не понимаю! – вдруг прокричала Салли. Это было не похоже на нее, модель-метиску, чьей отличительной чертой является сдержанность. Она скорее напоминала капризного ребенка. – Что, черт возьми, вообще происходит?! Я даже еще не могу поверить в то, что Ханаби покончила с собой! Одно за другим…

– О боже.

В этот момент один человек сел на кровать Ханаби. Было слышно, как пружины сжались. Она поставила руки на край кровати и скрестила ноги.

– Я же сказала, возможно, это не самоубийство, – сказала Уруру и вяло вздохнула.

Это было наглое поведение, неподобающее для места, где подвешен труп. Все присутствующие вновь застыли от возникшей странной ситуации.

– Эм-м-м, – первым из онемения вышел Агацума. – Уруру… ты разве так разговариваешь?

– Ох… е-мое, понятно же, что это всего