Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

прочитал все газетные статьи по делу о Башне призраков того времени. В них упоминались изнасилование, убийство и пытки, но ни слова об узоре. Это означает, что никто не знал об этом, кроме наших людей на месте преступления и убийцы, а значит, подражание исключено. Вполне возможно, что нынешний убийца – тот же человек, что и тогда, или что убийц было больше одного, или, по крайней мере, кто-то работал сообща и намеренно вырезал узор. Но их цель неясна.

– А что, если тогда арестовали не того человека?

– Это значит, что настоящий убийца находится на свободе уже десять лет.

Анализ Лю Пина был точным: Фэн Гоцзинь просто не осмеливался озвучить это сам, поэтому предоставил сказать это Лю Пину. Теперь, когда фактически подтверждено, что настоящий убийца остался безнаказанным, или по крайней мере один из убийц, – как же он мог жить эти десять лет? Как мог с чистой совестью смотреть в лицо Цинь Ли и родителям Сяо Дэна? Лю Пин видел, что Фэн Гоцзинь расстроен, и, утешая его, сказал, что на самом деле есть и плюс. По крайней мере, круг подозреваемых сузился. Из главных подозреваемых теперь Цинь Тянь мертв, в то время как Инь Пэн, Костыль и Вэй Чжихун еще здравствуют. Младший брат Цинь Тяня, Цинь Ли, тоже жив. Отследить этих людей и понять, кого они упустили, нетрудно.

– Но Инь Пэна найти не удалось, – возразил Фэн Гоцзинь. – После убийства Сяо Дэна его и след простыл. Его водитель, Костыль, тоже исчез.

– Я помню, что после того, как Цинь Тяня срочно доставили в больницу, тебе тоже делали операцию. Я лично с сотрудниками ездил на проверку в офис Инь Пэна и к нему домой, но его нигде не было. Даже жена и дети не знали, куда он делся. Машина была припаркована возле офиса компании, и номерной знак не совпадал с номером машины, за которой Сяо Дэн гнался той ночью. Не было ни данных о покупке билетов в аэропорту или на вокзале, ни данных о пересечении границы, и даже Костыля не нашли. Два живых человека исчезли, словно испарились. Разве это не чертовщина для того времени? Думаю, это все объясняет. Даже если они не убили Хуан Шу собственноручно, им определенно не уйти от ответственности.

– Ты веришь, что Сяо Дэн мог ошибиться и следовать не за тем человеком?

– Не верю.

– Тогда ты помнишь, как именно подтвердилось, что в «Мерседесе» были не Инь Пэн и Костыль?

– Руководитель управления Цао подтвердил.

– Но мы с тобой никогда не видели записи с камер видеонаблюдения на пункте взимания платы. Нам их никто не показывал. И система видеонаблюдения в компании Инь Пэна в те дни не работала. Тебе не кажется это странным?

Фэн Гоцзиню не нужно было разжевывать дальше; Лю Пин все понял.

– Прошло десять лет, – сказал он. – Запись с камер видеонаблюдения на пункте взимания платы с той поры наверняка не сохранилась.

– С сегодняшнего дня, отчитываясь перед начальством, думай, что сказать, а о чем умолчать. Достаточно в общих чертах донести информацию. Что касается наших подчиненных, они могут присутствовать на общих собраниях, но на совещаниях в узком составе присутствуем только ты и я. Понятно?

Лю Пин кивнул:

– Понял.

– Сейчас главное – найти Инь Пэна. Если ни одна зацепка не приведет к виновному, начнем с водителя, с Костыля.

– Есть еще один человек: младший брат Цинь Тяня, Цинь Ли.

– Ему было всего четырнадцать, когда погибла Хуан Шу, – возразил Фэн Гоцзинь.

– Я не говорю, что он убийца. Просто думаю, что он жил со старшим братом. Если тот действительно совершил нечто подобное у него под носом, как парень мог ничего не знать? Возможно, он тоже может быть к этому причастен.

– Ты запамятовал: после ареста Цинь Тяня мы провели расследование в отношении Цинь Ли. У него действительно было алиби.

– Помню. Цинь Тянь экстренно отправил его в небольшую клинику из-за пищевого отравления всего за два часа до смерти Хуан Шу, и Цинь Ли провел в больнице всю ночь.

– Да.

– Надо все-таки еще раз его проверить; в конце концов он тогда был ближе всех к Хуан Шу. Интересно, где он сейчас…

– Скорее всего, так и живет в том старом доме, в котором жил десять лет назад.

– Ты проверял?

– Я получил от него эсэмэску три года назад.

– Откуда он узнал твой номер?

– Я не менял свой номер все эти годы, а тогда звонил ему на домашний; наверное, запомнил…

– Я слышал, что Цинь Ли в молодости был гением и память у него была фотографическая?

– Возможно. Цзяоцзяо говорила именно так.

– Жаль его… Он, наверное, ненавидит тебя?

– А ты как думаешь? – ответил вопросом на вопрос Фэн Гоцзинь.

Лю Пин ушел домой, и Фэн Гоцзинь остался один. Его дочь Цзяоцзяо только что окончила аспирантуру в США и провела неделю в Пекине, навещая бывших одноклассников. Она и двух дней дома не пробыла, а с отцом увиделась всего один раз. С Ян Сяолин он расстался – она купила себе квартиру и переехала. Одному было тоскливо, и он частенько ходил выпить в пельменную Лао Суня и засиживался там до полуночи; ночевал то дома, то на работе.

Теперь, когда Цзяоцзяо вернулась и захотела жить дома, Ян Сяолин переехала обратно, чтобы побыть с дочерью. Фэн Гоцзинь чувствовал себя неловко и решил ночевать на работе. На самом деле о том, что они собрались разводиться, Цзяоцзяо узнала год назад, но она делала вид, будто ничего не произошло, и не затрагивала эту тему. У родителей язык не повернулся ей сказать, и они продолжали ей подыгрывать.

После десяти лет проволочек Фэн Гоцзинь наконец решился на развод и почувствовал покой. На следующий день после приезда Цзяоцзяо он позвонил Ян Сяолин, сказал, чтобы она не волновалась, что на этот раз развод – дело решенное, и как только он закончит дело, приедет домой подписать документы.

Когда Фэн Гоцзинь повесил трубку, сердце у него екнуло. Спросил себя: рано или поздно это должно было произойти, так почему же он не решился на это десять лет назад? Почему?

О, теперь он вспомнил… Он был серьезно ранен в ночь ареста Цинь Тяня. За последние десять лет Фэн Гоцзинь ни разу не осмеливался вспоминать ту ночь. Это был не запоздалый страх, а пустота, словно ночное небо, лишенное звезд.

Когда взгляды Фэн Гоцзиня и Цинь Тяня, брошенные через улицу, встретились, они почти одновременно бросились бежать – один убегал, другой догонял. Фэн Гоцзинь не