Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

– Кажется, мы давно не… ну ты понял.

Они не занимались сексом с самой смерти Кэтрин. Это было последнее, чего сейчас хотелось Конору.

– Я очень измотан. Давай в другой раз.

Кажется, отказ задел Эмили.

– Ты никогда не пренебрегал сексом. Ни разу.

Так оно и было: Конор хватался за любую возможность, всякий раз надеясь, что именно сегодня сумеет прорваться сквозь «барьер», воздвигнутый телом Эмили. Однажды полиция может спросить, не показалось ли ей странным поведение Конора незадолго до и вскоре после исчезновения ее матери. Нельзя, чтобы это отложилось у Эмили в памяти.

– Может, мне нужно второе дыхание, – пошутил он. – Ага, вот и оно!

Они улеглись в постель, но теперь барьер возник у Конора.

– Такого со мной никогда не случалось, – признался он.

– Что-то не так… со мной? – встревожилась Эмили.

– Конечно нет, – заверил Конор, опасаясь, что она почует неладное. – Попробуем еще раз.

Пока они целовались и ласкали обнаженные тела друг друга, Конор представлял свои прошлые сексуальные похождения, уносившие его далеко от Эмили и Каттерс-Нек. Элли, девчонки в Нью-Йорке, вечеринка по случаю Хеллоуина на втором курсе колледжа, когда он занялся любовью сразу с двумя старшекурсницами из женской команды… Тщетно.

И тут он неожиданно для себя вспомнил тренировку с Кэтрин, когда она впервые нагло толкнула его попой.

Это не только обеспечило ему мгновенную эрекцию; не успев даже перейти к соитию и понять, что происходит, он вдруг кончил, словно тело пыталось изгнать токсин.

– Прости, – пробормотал Конор. – Не знаю, почему так вышло.

– Сочту за комплимент, – улыбнулась она. – Сейчас принесу бумажные полотенца. Простыня совсем новая.

Конор лежал, сгорая от стыда, и тут до него дошло: такое с ним уже случалось, но лишь однажды.

Вот что он упустил. Они с Кэтрин не занимались сексом в ее спальне с июля, и к этому времени от его ДНК на постели не осталось и следа. Зато следов было полно в «мерседесе» Кэтрин.

Глава двадцать пятая

На следующее утро Конор пронес в особняк тряпки и пульверизатор с белым уксусом и водой, нашел в сумочке Кэтрин, лежавшей в спальне, ключи от машины, проник в темный гараж и осмотрел салон автомобиля, подсветив его встроенной лампочкой на потолке салона и фонариком на смартфоне.

Россыпь едва заметных белых пятнышек усеяла потолок «мерседеса» и кожаную обивку заднего сиденья. После того эпизода, когда у него случилась преждевременная эякуляция, они успели позаниматься там сексом еще раз. Конор протестировал спрей на маленьком участке заднего сиденья, но удалить пятна полностью не удалось. Можно было попробовать более мощное чистящее средство или отбеливатель, но это заметно повредило бы кожу и, как и в случае с паркетом в хижине, могло не полностью стереть ДНК. Скорее всего, со временем высохшие микроскопические фрагменты его семени отпадут сами. Но времени у него как раз и не было.

От затхлого запаха гаража у Конора защекотало в носу, и, не успев прикрыть лицо ладонью, он громко чихнул три раза подряд, забрызгав слюной салон автомобиля.

Черт. Теперь избавиться от его следов поможет только профессиональная уборка. Но об этом, само собой, не шло и речи.

Как только выяснится, что Кэтрин исчезла, особенно под предлогом несчастного случая, первым делом полиция осмотрит дом, после чего примется искать улики в машине. Делать вид, что Кэтрин утонула во время ночного заплыва, больше не имело смысла.

Остаток дня ушел на то, чтобы продумать новый план.

* * *

Когда стемнело, Конор забрал все вещи Кэтрин с пирса, сложил в рюкзак и, прежде чем пойти к Эмили, спрятал его в кустах недалеко от особняка.

В гостевом доме он первым делом проверил почту – не только из интереса, но и чтобы поменьше разговаривать с Эмили. И тут увидел слова, с которых начиналось письмо из фирмы Джона: «Уважаемый мистер О’Тул, мы рады пригласить Вас…»

Его звали на второй этап собеседования, который должен был состояться в сентябре.

Сердце Конора воспарило, но в ту же секунду рухнуло в пропасть. Это был шанс построить карьеру, о которой он мечтал всю весну и лето, все три года обучения в школе права. Но теперь предложение утратило смысл. Он не просто разрушил свою жизнь. Он разрушил потенциально успешную жизнь.

– Что с тобой? – спросила Эмили.

Конор пересказал ей содержание письма.

– Вот это да! Отчего же ты такой хмурый?

– Уверен, это всего лишь очередная уступка Джону.

– Не скромничай, – возразила Эмили. – Помни: ты всегда получаешь все, что хочешь. Ты лучший на свете продажник. Ты круче всех.

С наступлением ночи тревога только усилилась. Раньше Конор просто делал то, что должен был, причем здесь и сейчас, думая только о текущей задаче. Но теперь собирался провернуть настоящую спецоперацию, которая займет не один час. Мысли о ней порождали бесчисленные сомнения.

– Я весь как на иголках, – посетовал он, когда они готовились ко сну. – Наверное, все из-за этого письма. Можно попросить у тебя снотворное?

Эмили всегда плохо спала, часто просыпаясь посреди ночи, если не принимала снотворное, прописанное врачом. Правда, она запрещала себе пить таблетки чаще двух раз в неделю, боясь, что у нее разовьется еще одна лекарственная зависимость.

– Ты уверен? Лекарство довольно сильное.

– Ага, уверен. В последнее время мне что-то не спится.

Она протянула ему таблетку из банки, стоящей на прикроватном столике.

– А ты разве не будешь? – спросил Конор.

– Я и без них сейчас вырублюсь. И уже приняла две на этой неделе.

– Прими еще одну, пожалуйста. Так мне будет спокойнее.

– Вы только посмотрите! Трусишка Конор боится пить снотворное в одиночку! Ладно, давай. – Эмили забросила таблетку в рот, запила ее пивом и протянула ему банку.

– Не хочу мешать препарат с алкоголем во время первого приема, – заявил Конор, прошел в ванную, якобы за водой, открыл и закрыл кран, бросил таблетку в унитаз, помочился и смыл. Вернувшись в комнату, перевел смартфон в беззвучный режим (а не в режим полета) и положил под кровать.

Как только Эмили заснула, Конор выскользнул из постели, стараясь не разбудить подругу, отнес одежду и кроссовки к передней двери и тихо вышел на улицу. Он весь дрожал; нервы были на пределе. Такого волнения он не испытывал даже на теннисном корте. Одевшись, он забрал рюкзак и прошел на террасу особняка.

Он мог вернуться в дом Эмили и оставить эту затею. Авось копы не станут так тщательно осматривать машину. Или можно снова попытаться ее почистить, хотя это могло навлечь на него лишние подозрения. Здесь речь совсем не о том, чтобы дать сдачи, да посильнее, как