Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

– Конор? – пробормотала Эмили. – Ты одеваешься?

– Тсс, – шепнул он, забравшись в постель и прижавшись к ней. – Спи дальше.

Через минуту она снова засопела.

«Мерседес» Кэтрин почти наверняка угонят из переулка, в котором Конор его бросил, а если нет, он неплохо потрудился, избавляясь от своих следов. Ее смартфон двигался по направлению к Кейп-Коду, и в последнем сообщении, адресованном дочери, она сама это подтвердила. В то время как телефон Конора был всю ночь подключен к роутеру в гостевом доме.

Никому и в голову не придет засомневаться, что он не покидал постель Эмили в ту ночь, когда Кэтрин Хэвмайер отправилась в поездку и исчезла, будь то по собственной воле или по чьей-то прихоти.

Глава двадцать седьмая

После утренней тренировки с Джоном Прайсом Конору позвонила Эмили и рассказала о ночном сообщении от мамы.

– Странно, – призналась она. – Кейп-Код никогда ей не нравился.

– Может, у нее там друзья? – предположил Конор.

– Насколько знаю, нет. А еще она написала, что будет останавливаться в мотелях, что тоже на нее непохоже. По-моему, мама в жизни так не делала. Боюсь, она не вполне понимает, что собой представляют мотели.

– Просто боится заразиться ковидом, – напомнил он.

– Понимаю, но… стоп, как ты узнал?

– Сейчас многие выбирают их вместо гостиниц.

– А, ну да, – согласилась Эмили. – Кстати, ты вчера раздевался, когда ложился спать?

– Когда ложился спать? Конечно.

– Нет, не в первый раз. Позже. Ночью.

– Нет, – сказал Конор. – Но помню, что, когда вышел из ванной, ты проснулась и что-то невнятно пробормотала по поводу моей одежды. Наверное, виновато снотворное.

Тот день Конор провел без нее, понимая, что должен держать ухо востро и не допускать промашек, как с мотелем.

* * *

Когда Конор пришел к Эмили поздно вечером, та снова заговорила о внезапном отъезде матери.

– Сегодня она не отвечает на мои сообщения, – тревожилась она. – Такое ощущение, что мама меня избегает. Перед поездкой она тоже не реагировала ни на звонки, ни на сообщения, а потом написала, что не видела их, потому что ходила гулять. Но она никогда не гуляет, то есть совсем никогда.

– Все гуляют во время пандемии, – возразил Конор. – И вообще, если не ошибаюсь, вы с ней редко видитесь и почти не говорите по телефону. Наверное, она отдыхает и не спешит тебе отвечать.

– Да, но она должна… неловко тебе в этом признаваться, но она должна увеличить мой лимит снятия наличных, поскольку мне повысили квартплату. Владелец постоянно меня донимает, требуя деньги.

– Намного?

– На пятьсот долларов, но я задолжала за три месяца.

– А ты не можешь сама обратиться к бухгалтеру?

– Я не имею права вносить изменения без согласия мамы.

– Разве у тебя нет полутора тысяч баксов?

– Я жуткая транжира, – призналась Эмили.

Конор достал телефон.

– Что ты делаешь?

– Отправил тебе по венмо.

– Нет! – запротестовала она. – Ни в коем случае. Отмени перевод!

– Не переживай. Мне хватит.

Эмили продолжала угрожать, что вернет ему деньги, но Конор был непреклонен.

– Боже. Не знаю, что бы я без тебя делала, – наконец сдалась Эмили. – Серьезно. Отдам, как только получу от мамы. Прямо сейчас напишу ей, что пришлось занять у друга. Это ее расшевелит.

– Не стоит, – ответил Конор. – Пусть наслаждается отдыхом. Уверен, она хочет, чтобы ее оставили в покое.

Эмили посмотрела на него с осуждением.

– А ты меня не избегаешь?

– В смысле? Я же с тобой.

– Физически – да. Но в последнее время витаешь мыслями где-то далеко.

– Ты постоянно так говоришь, но тебе просто кажется.

Конор хотел ее успокоить, но произнес эти слова таким тоном, что только усугубил ситуацию. На мгновение Эмили замолчала, и в глазах ее блеснули слезы.

– Прости, – сказала она.

– За что?

– За то, что я такая приставучая.

– Да все нормально, – возразил Конор, но это вновь прозвучало так, словно он был сыт ею по горло, и Эмили стала плакать еще сильнее.

– Можешь меня бросить, – пробормотала она. – Ничего. Я пойму.

– Я тебя не брошу.

– А зря. – Она вытерла нос рукой. – Ты бы ничего не потерял. Я много об этом думала. Я утяну тебя вниз. Может, не прямо сейчас, но так и будет, вот увидишь. Я как подстреленная птица, которой не хватает сил даже покинуть гнездо. А ты – космический корабль, летающий по всей Вселенной. Ты можешь стать сенатором. Да кем угодно. Тебе и так нужно заботиться о маме, не хватало получить еще одну обузу в лице девчонки с кучей тараканов в голове.

Конор не мог подобрать подходящих слов, чтобы ее утешить. Он вовсе не собирался расставаться с Эмили – он ведь уже решил связать с ней свою жизнь – и к тому же должен был оставаться рядом, чтобы она как можно меньше переживала из-за исчезновения матери. Но, как и в случае с Кэтрин, слезы Эмили оказали на него мощное физиологическое воздействие. Конор поцеловал ее мокрые щеки. И уже спустя минуту они стаскивали друг с друга одежду с такой страстью, как никогда прежде.

Войдя в нее, Конор почувствовал, что она намокла больше обычного. Эмили притянула его к себе, вставляя член глубже.

– Как хорошо, – нежно шепнула она, впервые заговорив во время секса.

Он ощутил произошедшую в ней перемену. Услышав, как Эмили постанывает от наслаждения, решил рискнуть: сплелся с ней пальцами и медленно опустил ее руку туда, где соединялись их тела. Затем приподнял торс, чтобы освободить место, и отпустил ее. Пальцы Эмили поползли по животу, все ниже и ниже.

– Чуть помедленнее, – попросила она.

Конор начал снижать темп, прислушиваясь к сигналам Эмили, и наконец достиг идеального ритма. Космический корабль, выбравший ее тело своей орбитой. Она стонала все быстрее и громче, а мышцы ее живота сокращались с каждым вздохом.

– О боже, – шептала она не столько от удовольствия, сколько от изумления. – О боже.

Широко раскрыв рот, Эмили резко вдохнула полные легкие воздуха и содрогнулась под ним.

После того как Эмили Ремсен впервые в жизни достигла оргазма во время секса, Конор представил, что будет, если противозачаточное не сработает и он осеменит «пра-пра-и-еще-раз-правнучку» второго губернатора Плимутской колонии, в жилах которой течет английская кровь. Наполнит ее чрево плодородным фонтаном и породит ребенка, который однажды впишет имя неблагородных О’Тулов из ирландского графства Оффали в документы на дворец, венчающий Каттерс-Нек.

– Не верится, – прошептала Эмили, сплетя его конечности со своими в один горячий крендель. – Охренеть. Не волнуйся, но отныне моей прелюдией будут слезы. Хотя не в них дело. Я просто почувствовала, как барьер… рухнул. О