Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

Эмили согласилась с его доводами, и Конор собрался в дорогу. Он преуменьшит проблему: скажет копам, что мать его девушки не видели чуть больше недели, и подчеркнет, что беспокоиться не о чем, поскольку Кэтрин из тех, кто может в любой момент уехать и ни с кем не выходить на связь, но Эмили все равно сочла разумным обратиться в полицию. Он не сомневался, что дело будет заведено, но копы не станут почти ничего предпринимать (если предпримут хоть что-то). К тому же, если расследование наберет обороты, ему пойдет на пользу то, что он первым подал заявление.

Прямо перед выходом его остановила Эмили.

– Хочу поехать с тобой, – сказала она.

– Это совсем необязательно, – возразил Конор. – Простая формальность. Главное, чтобы завели дело.

– Надо убедиться, что у них есть вся необходимая информация.

– Я тебе позвоню, если меня спросят о том, чего я не знаю.

– Я выяснила, какие шаги полицейские могут предпринять прямо сейчас. – Эмили говорила со знанием дела и железной уверенностью, идущей вразрез с не самым успешным опытом работы личным помощником. – Объявить в розыск автомобиль, установить местоположение смартфона, запросить записи телефонных разговоров и проверить движение средств по кредитной карте. А могут залениться и пальцем не пошевелить, если я их не заставлю.

Конор кивнул. Отныне ему придется беспокоиться не только из-за полиции: Эмили тоже взялась за дело.

Глава двадцать девятая

Полицейский участок располагался в стареньком здании из кирпича и камня, словно сошедшем с картины Нормана Роквелла[118]. Едва ли тем, кто следил за порядком в этом захолустье, приходилось сталкиваться с кем-то опаснее пьяниц, устроивших потасовку в местном баре, подумал Конор.

Невзрачный облик учреждения придал ему еще больше уверенности в себе, когда они с Эмили переступали порог. Беспокоиться не о чем: он избавился от всех физических и цифровых улик, позаботился об алиби и предусмотрел все, что имело хоть какое-то значение и могло вернуться к нему бумерангом. У здешних копов нет резона тщательно расследовать исчезновение Кэтрин и тем более вешать преступление на Конора.

Других посетителей в участке не оказалось. Когда Эмили сообщила дежурному офицеру цель их визита, тот сразу проводил ее и Конора в пустой кабинет. Они сели за стол, и через несколько минут к ним присоединился седовласый мужчина, носивший очки в широкой оправе над медицинской маской.

– Доброе утро. Я детектив Кларк, – представился он. Из-за легкого новоанглийского акцента фамилия его прозвучала скорее как «Клак».

Пока Эмили перечисляла значимые факты, детектив делал пометки в компьютере. Кларк казался даже более равнодушным, чем рассчитывал Конор.

– После вечеринки несколько жителей полуострова получили от мамы сообщения, но никто не видел ее с двадцать первого числа, – объясняла Эмили.

– Полуострова? – переспросил Кларк. Эмили упомянула, что у них летний дом неподалеку, но не уточнила, где именно.

– Мы из Каттерс-Нек.

Детектив явно насторожился.

– Хорошо, – сказал он. – Будьте добры, предоставьте мне ее свежую фотографию. Мы разошлем снимок во все близлежащие больницы и выясним, не поступало ли к ним МПП с похожей внешностью.

– МПП? – переспросила Эмили.

– Мертвых по прибытии.

– Вы думаете, она… мертва?!

Конор положил руку на колено Эмили. Вместо того чтобы взять инициативу в свои руки, ему придется вжиться в роль заботливого партнера, утешающего впечатлительную подругу – а теперь и невесту, – которая все принимает близко к сердцу и торопится с выводами.

– Нет-нет, – поспешил ответить Кларк, видимо пожалев, что пустил в ход грубый полицейский жаргон. – Это первое, что мы предпринимаем в подобных случаях. Важно исключить саму вероятность. Ее автомобиль оснащен системой навигации? Даже если она отключена, это упростило бы нам задачу.

Эмили прищурилась, задумавшись над вопросом. У Конора екнуло сердце. Он даже не догадался изучить компьютерную приборную панель «мерседеса». Копам потребуется не больше часа, чтобы разыскать машину. Осмотрев ее, они тотчас обнаружат следы ДНК, которые Конору не удалось стереть.

– Думаю, нет, – ответила Эмили.

– Вы уверены?

Она кивнула.

– Как-то раз, когда мы приехали в Вермонт, у нас обеих пропала связь, и в машине не оказалось ничего, чем мы могли бы воспользоваться.

Напряжение, сковавшее тело Конора, ослабло, но совсем чуть-чуть. Он осознал, что мог совершить и другие ошибки в тех областях, где ему не хватало технических знаний.

Кларк попросил Эмили продиктовать полное имя Кэтрин и дату ее рождения, после чего вбил данные на клавиатуре.

– С ее номерами в полицию никто не обращался, – сообщил детектив. – Имеются ли у автомобиля отличительные признаки? Багажник на крыше, вмятины, парковочные наклейки?

Эмили покачала головой.

– Насколько помню, нет.

– Наклеек на бампере тоже? Ничего подобного?

– Она никогда бы не… Нет, ничего.

– Если найдете фотографию автомобиля, пришлите мне. Я присвою ему статус ОВР в национальной базе данных. Это означает «объявлен в розыск». Если кому-то из полицейских, неважно, из какого штата, понадобится проверить номер, система сообщит, что автомобиль разыскивается в связи с делом о пропавшем человеке.

– А ее смартфон?

Детектив выпрямился, с интересом посмотрев на Эмили.

– У вас он есть?

– Нет. В доме я его не нашла. Но могу поискать еще.

– Принесите, если отыщется. Получив доступ к смартфону, мы сможем многое выяснить.

– Например?

– Изучить ее сообщения и электронные письма. А также увидеть, с какими маршрутизаторами он соединялся, что даст нам точные сведения обо всех ее передвижениях перед отъездом.

– А разве нельзя позвонить оператору и все это выяснить?

– ДВ – детализацию вызовов – мы получим в течение одного-двух дней. Она покажет, с кем ваша мать созванивалась и переписывалась. Но самих сообщений мы не увидим. Конечно, можно отправить оператору повестку на предоставление доступа к переписке, однако на данном этапе убедить судью выписать соответствующий ордер будет непросто. К тому же сообщения имеют свойство теряться. Извлечь электронные письма еще сложнее. А на смартфоне хранятся данные всех маршрутизаторов. В общем, все станет гораздо проще, если мы его найдем, даже не зная пароля.

– Так почему не спросить у оператора, где сейчас находится телефон?

– Для предоставления таких сведений нужны особые обстоятельства. Вы готовы поклясться перед судьей, что ваша мать представляет опасность для себя самой и окружающих? – Опытный коп намеренно сформулировал мысль так, чтобы Эмили, как и большинство людей, ужаснулась, представив, через что ей придется пройти в зале суда.

– Пожалуй, нет, – пошла на попятную Эмили. – Больше ничего нельзя сделать?

– Прошу прощения, что говорю прямо… Но, поскольку у вашей матери дом в Каттерсе и собственный «мерседес» («матейи», «Каттесе», «меседес»), у нее… довольно много денег, верно?

– Ну… да, – подтвердила Эмили.

Кларк кивнул.

– Хорошо.