Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

– Вы не против, если мы ненадолго заберем у вас телефон? – спросил Кларк. – Можете заехать за ним завтра в любое время.

Конор имел право отказать им, вынудив оформить ордер. Но нежелание сотрудничать со следствием могло создать впечатление, что ему есть что скрывать. Учитывая, что он удалил всю переписку, ничто в смартфоне не могло его скомпрометировать. Он прилежный выпускник школы права. И если продолжит оказывать содействие полиции, ему удастся избежать серьезных подозрений.

– Без проблем, – заявил Конор. – Я также оставлю вам адрес электронной почты. На случай, если у вас возникнут другие вопросы.

Глава тридцать первая

На следующее утро Джон спросил Конора после урока, не встречал ли тот в последнее время Кэтрин Хэвмайер – женщину из особняка на краю полуострова, – а если нет, не слышал ли о ней новостей.

– Нет, – ответил Конор. – Но знаю, что ее разыскивают.

– Ты ведь дружишь с Эмили, да? Ее дочерью.

– Да. – Было бы странно скрывать роман от Джона. – Честно говоря, мы встречаемся почти все лето.

– Неужели, – ухмыльнулся Джон, словно хотел сказать: «Ну, чертяга!» – В последние годы я не часто вижу ее здесь. Но всегда относился к ней очень тепло.

– Я тоже. Настолько, что мы уже не просто пара. Несколько дней назад мы обручились.

Джон вскинул густые седые брови, но Конор, предваряя его вопрос, пояснил:

– Это случилось до того, как мы узнали об исчезновении ее мамы. Поэтому нам сейчас не до свадьбы. Но буду рад, если вы сможете посетить церемонию, когда она состоится. Ведь все это стало возможным только благодаря вам.

– С большим удовольствием. – Очевидно, Джон по-прежнему переваривал новость. – Ну что ж, мои поздравления. Надеюсь, ситуация не слишком расстраивает Эмили.

– Уверен, все наладится. Кэтрин… то есть ее мама написала, что едет на Кейп. Кейп-Код. Лично мне кажется, что она потеряла телефон и не проверяет почту.

Лучше ему вообще не упоминать Кейп-Код: он никак не мог отучиться называть его «Кейп» и вдруг понял, что перенял эту манеру у Чарли. Но люди из окружения Кэтрин, разумеется, так не говорят.

– Логично, – согласился Джон. – Никто не исчезает бесследно. По крайней мере, в Каттерсе.

* * *

– Детектив пишет, что мы можем подъехать в участок и забрать телефоны, – сказала Эмили, проверив почту. Она тоже сдала им свой гаджет.

– Можешь съездить без меня? – попросил Конор. – Я по уши в делах.

Второй этап собеседования в фирме Джона должен был состояться через два дня, а потому служил вполне разумным предлогом пропустить очередной визит в участок.

– Он просит приехать нас обоих и выделить пару часов.

Значит, он уже не просто новоиспеченный жених, которому детективы по долгу службы обязаны задать несколько стандартных вопросов. Раз Конора вызывают на допрос, им удалось обнаружить что-то интересное в его смартфоне. То есть теперь он сам стал предметом их интереса. Скорее всего, копы получили доступ к детализации вызовов и переписке Кэтрин – а может, и к его тоже – и теперь знают, что они часто общались. Впрочем, ничего страшного. Конор объяснит, что проводил для нее тренировки. Само собой, детективы расспросят об этом и Эмили. Других проблем не предвидится: он не случайно удалил из телефона все, что связывало его с бывшей любовницей. Однако полицейские могут оказаться хитрее и задать вопрос, ответ на который им уже известен. Явная ложь от них не ускользнет. Значит, надо предугадать, о чем конкретно его будут спрашивать, и тщательно продумать ответы.

Когда они с Эмили приехали в участок, детективы сказали, что сначала побеседуют с Конором, и отвели его в комнату для допросов. Там было довольно жарко. Тем более что Конор вновь надел рубашку с длинными рукавами, пряча следы от укуса, которые почти зажили, но были все еще заметны подозрительному глазу.

– Ну, как у вас дела? – поинтересовался Кларк, открыв ноутбук.

– Нормально, – ответил Конор. – Учитывая, что через пару дней у меня собеседование в одной юридической фирме. Трудно как следует подготовиться в такой обстановке.

– Простите, что здесь жарковато, – сказал Суза. – Кондиционер сломался. Я принесу нам напитки. – Он ушел и меньше чем через минуту вернулся с тремя холодными закрытыми банками кока-колы, одну из которых протянул Конору. – Подойдет? Или хотите что-то другое – воду, кофе, холодный чай?

Конор видел довольно много детективных сериалов и хорошо знал этот трюк. Копы собирались взять образец ДНК из его слюны, но прямо об этом не говорили, чтобы не давать ему лишних подсказок. Им действительно что-то известно – вот только что? Отказываться от газировки он не будет, но и пить ее не станет, как и дотрагиваться до каких-либо предметов. Если им нужен образец ДНК, пусть попросят. И тогда Конору останется либо подчиниться, либо выглядеть виноватым. Но помогать им невольно – ну уж нет. Если копы взяли его под прицел, надо вынудить их открыто высказать свои подозрения: пусть знают, что он в курсе. И вот тогда, если его загонят в угол, у него будет полное право потребовать адвоката.

Держи удар и не бей сгоряча.

Конор указал на банку, не касаясь ее руками.

– Спасибо. Подойдет.

– Мы навели справки о подростке из Каттерса, который совершил взлом, – поделился Суза. – У него довольно прочное алиби. Как бы то ни было, спасибо за наводку.

– Ну и хорошо, – ответил Конор, сожалея, что не смог повести копов по ложному следу. – Рад помочь.

– А теперь к делу, – продолжил Суза. – Вы переписывались или созванивались с мисс Хэвмайер до ее исчезновения?

– Конечно. – Конор решил не упоминать имени Кэтрин, чтобы избежать фамильярности. – Я проводил для нее тренировки по теннису, как и для других местных жителей. Мы занимались несколько раз в неделю. Начали примерно в июне. В молодости она играла на достаточно высоком уровне и пыталась вернуть прежнюю форму. Поэтому мы часто переписывались, назначая или перенося уроки. Возможно, несколько раз созванивались, но в основном общались в мессенджере.

– В вашем смартфоне эта переписка отсутствует.

– Обычно я удаляю бо́льшую часть сообщений сразу после прочтения, чтобы не захламлять память телефона. Он очень старый. Пора менять.

– Сколько вы брали с нее за тренировки?

Рано или поздно им удастся получить доступ к их банковским счетам.

– Триста долларов.

– Триста за тренировку? Дороговато! – присвистнул Суза.

– Верно. Обычно я беру по сто пятьдесят. И за первый урок взял с нее столько же. Но она настояла на том, чтобы платить по триста.

– Значит, оставляла на чай сто процентов?