Код Таро - Елена Анатольевна Леонова

– Стой! – крикнул Филипп, бросаясь следом.

– Нет, не надо! – Макс схватил писателя за рукав рубашки, пытаясь остановить. – Пусть бежит. Я думаю, сейчас рядом с ним опасно.

– Почему? Его надо задержать и передать полиции, а артефакт на исследования!

– Посмотри! – блогер указал на постамент.

Смирнов непонимающе взглянул в сторону, где находилась пирамида, но ничего не увидел.

– На полу! На полу.

Филипп подошёл к месту, где лежала пирамида, а теперь была заметна лужица тёмной плотной жидкости и валялся отколотый угол артефакта.

– Что это?

– Я не знаю. Но оно вытекло из пирамиды!

– Вытекло?

– Да, да, вероятно, это опасно, – за спиной писателя стоял учёный, разглядывая жидкость, – внутри могла содержаться неизвестная нам материя.

– Чёрт! – Смирнов побежал по туннелю пещеры к выходу. Возможно, стоило предупредить Риццоли. Хоть он преступник, каким был и Шут, но такой артефакт в его руках делал ситуацию ещё более опасной.

Он выскочил из пещеры как раз в тот момент, когда джип, в котором приехала компания итальянцев, тронулся с места и рванул в сторону.

– Стойте! – прокричал писатель.

Машина помчалась прочь, но внезапно завиляла, словно водитель потерял управление. Джип занесло в сторону обрыва за склоном, и через секунду он слетел в пропасть.

Раздался оглушительный грохот, а затем мощный взрыв. Филипп присел от неожиданности. На обычный взрыв горящего бензина это было не похоже. Он показался гулким, резонирующим, точно звук тысяч лопнувших натянутых струн. Над обрывом поднялось облако дыма и пламени, но какое-то неестественное, будто сам воздух искрился.

Из пещеры выбежали Максим с пожилым учёным.

– Что случилось? – спросил блогер.

– Я не понял. Риццоли сел в джип, поехал, а потом слетел с обрыва.

– Возможно, на него попала жидкость из пирамиды, – тихо предположил Макс.

Вдалеке послышались сирены полицейских машин, и вскоре к пещере подъехали три автомобиля. Из одного из них вышел Никос. Его правая рука была в поддерживающей бандажной повязке.

– Вы в порядке?! – прокричал он, подбегая к писателю и блогеру.

– Да, да, всё нормально. А как ты? Что с рукой?

– Задеть пулей в перестрелке в лесу, – полицейский отмахнулся здоровой рукой. – Меня так просто не взять, – он улыбнулся. – Где стрелок? Он вас догнать? И откуда дым?

Макс и Смирнов переглянулись.

– Может, поедем в ту таверну, где мы обедали? Хозяин говорил, у него есть ракия, – предложил Макс.

Никос рассмеялся.

Глава 39. Греция. Остров Крит. Пятница. 10:10

Солнце, просачиваясь сквозь огромные окна международного аэропорта города Ираклиона, окрашивало зал отлёта в тёплые золотистые тона. Филипп, утомлённый, сидел в жёстком пластиковом кресле, потягивая горячий кофе из бумажного стаканчика. Полдня они с Максом вчера провели в полицейском участке, давая показания о событиях в пещере, а потом до глубокой ночи сидели в таверне с Никосом, рассказывая в подробностях обо всём, что случилось.

Рядом с сонным видом сидел блогер, заткнув уши наушниками. До отлёта в Стамбул оставалось полчаса.

Писатель оглянулся, словно ожидая увидеть знакомого, пробирающегося сквозь толпу спешащих пассажиров. И точно, вдали замаячила высокая крепкая фигура в форме. Никос.

Полицейский, увидев писателя, ускорил шаг и, подойдя, пожал ему руку.

– Рад, что успел, – голос Смирнова прозвучал немного хрипло, но в нём чувствовалась искренняя теплота.

– А как же! Не мог же я с вами не попрощаться, – ответил грек, улыбаясь.

Они помолчали немного, глядя друг другу в глаза. За прошедший день, проведённый на Крите, мужчины стали больше, чем просто знакомые. Их связали события, которые каждый из них вряд ли теперь забудет.

– О! Никос! – Макс вскочил с места, снимая наушники. – Я знал, что ты придёшь нас проводить.

– Буду скучать по вам, ребята, – сказал Никос. – Особенно по нашим посиделкам в таверне, – он рассмеялся.

– Ой, не напоминай, – блогер закатил глаза, – от вашей ракии у меня до сих пор голова кружится.

– А я тебе говорить: не налегай! – хохотнул грек.

– Да, да! Но посидели суперски!

– Есть новости о Риццоли? – спросил Смирнов.

– Да, я успеть заскочить утром в участок. Нашли его останки в машине, но оказалось, тело не обгорело, как при подобных авариях, а истлело.

– Истлело? – переспросил Макс.

– Да. Такое ощущение, что тело подвергать разложению ещё до аварии.

– Но это невозможно, – возразил Филипп. – Прошло всего несколько минут с момента, как Риццоли сел в машину и съехал с обрыва.

– Возможно, – блогер ткнул писателя локтем в бок. – Жидкость из пирамиды. Помнишь?

– М-да. Похоже, с ним произошло то же самое, что и с Шутом.

– Может быть, – кивнул Никос, – наши специалисты ещё будут изучать этот вопрос. Но никакой пирамиды в машине нет.

– Как нет? – удивился Макс.

– Ничего похожего на артефакт.

Молодые люди переглянулись.

– А тот учёный, который был с нами в пещере?

– Его зовут Джулио Феранси, итальянец, профессор античной археологии. Он сказать, что Риццоли вынудить его отправиться на Крит.

– Похоже на правду. Старичок не очень-то радовался нахождению в пещере.

– Но он вернуть колоду Таро. Мы передать её правительству Италии.

– Хорошая новость, – сказал писатель, – карты, как-никак, имеют ценность для истории.

– Да. Мы связаться с полицией Милана, будем с ними работать дальше. Надо найти записи Риццоли.

– Те, что из Индии?

– Да. Если Риццоли восстановить их полностью, мы хотим об этом знать. Речь про историю Крита.

– Всё правильно.

– Пещеру будут исследовать?

– Конечно! Эксперты обнаружить Фестский диск там, где вы говорить, но он повреждён, уже не такой, как раньше. Будут решать, что делать.

Громкий женский голос объявил по-английски начало посадки на рейс до Стамбула.

– Нам пора, – сообщил писатель.

Они снова пожали друг другу руки.

– Пока, Никос. Надеюсь, мы ещё увидимся.

– Аntío41! Пока! Крит всегда ждать вас!

Писатель и Макс направились к выходу на посадку, оставив Никоса стоять в толпе.

Вздохнув, Филипп показал паспорт и посадочный билет сотруднику аэропорта и прошёл через турникет. Впереди его ждал полёт и возвращение домой.

Уже сидя в кресле самолёта и оставшись наедине со своими мыслями, писатель начал осознавать случившееся на Крите. Они с Максом узнали и почти воочию увидели историю, которую никто и никогда до них не видел. Они стали свидетелями исхода древней расы людей, их прибытия на Землю, расцвета и падения.

Закрыв глаза, Филипп только сейчас прочувствовал, насколько был потрясён, но в то же время полон невероятного восторга. Что бы это ни было: мифические атланты, предки шумеров или вообще неизвестная никому цивилизация, в любом случае, он прикоснулся к истории, к открытию, тысячелетиями таившемуся в недрах острова, и нашёл не просто пещеру, он нашёл окно в