Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

— Может, мы и правда идём по верному следу. Может, загадка этой маски из мух понемногу начинает проясняться.

Они объехали ещё две фермы, и там Макс пережил примерно то же самое, что у Коммлингера.

Потом в списке появилась конюшня, адрес которой Хильгер прислал по электронной почте.

Её хозяйкой оказалась чрезвычайно полная женщина лет сорока с небольшим. При одном взгляде на неё Макс невольно подумал, не должно ли общество защиты животных вмешаться уже в тот момент, когда она пытается сесть на лошадь. И всё же куда сильнее его занимал другой вопрос: как ей вообще удаётся взобраться на спину такого крупного животного?

Бернадетта Райнерт была крашеной блондинкой с волосами до плеч и, как почти все женщины, которых они уже видели в этой конюшне, носила обтягивающие бриджи для верховой езды. Они так плотно облегали её тяжёлые бёдра, что Максу невольно вспомнилась колбасная оболочка.

Она привязала серую лошадь, которую вела в поводу, к кольцу на внешней стене конюшни, затем повернулась к ним, ослепительно улыбнулась и показала два ряда безупречно ровных зубов.

— Добро пожаловать. Я одинокая женщина, так что радуюсь любому визиту двух привлекательных мужчин — даже если они из полиции.

С этими словами она подмигнула Бёмеру и с явным расчётом выставила вперёд внушительную грудь.

Увидев выражение лица напарника, Макс стиснул зубы, чтобы не расхохотаться.

— Э-э… да… в общем… мы хотели бы посоветовать вам в ближайшее время быть особенно осторожной и всё как следует запирать. Особенно дом.

— Да? И почему же?

Ну и взгляд, отметил Макс. Хоть сейчас на экран.

— Неужели по округе рыщут разбойники? — спросила она низким, хрипловатым голосом.

Бёмер дважды подряд прокашлялся и провёл рукой по бороде. Макс уже чувствовал, что ещё немного — и ему придётся отвернуться.

— Именно так. Мы… — Бёмер снова кашлянул. — Мы получили информацию, что в этих местах может действовать банда взломщиков.

— Хм…

Бернадетта Райнерт чуть выпятила нижнюю губу.

— А вы из отдела по борьбе с грабежами?

— Нет. Но мы помогаем коллегам.

— Понимаю. А если я завтра пойду в бутик, украду там облегающее платье с глубоким декольте, вы приедете меня арестовывать?

— Нет, вряд ли. Этим, скорее всего, займутся патрульные.

— Какая жалость.

Она тяжело вздохнула.

— Значит, придётся оставить двери открытыми и надеяться на визит грабителей.

— Вам… кхм… всё же стоит отнестись к предупреждению серьёзно.

Никогда ещё, подумал Макс, Бёмер не выглядел таким беспомощным.

И тут её улыбка стала лукавой.

— Разумеется, я так и сделаю. И спасибо за предупреждение. Я вас смутила? Простите. Но когда ещё представится шанс пообщаться при исполнении сразу с двумя настоящими криминалистами? Устоять было невозможно. Но выражение вашего лица стоило всех усилий.

Макс понял, что она водила за нос не только Бёмера, но и его самого. Бернадетта Райнерт оказалась на удивление приятной женщиной, с отличным чувством юмора и редкой самоиронией, и среди мрачной вязкости этого расследования встреча с ней подействовала на него почти освежающе.

Впрочем, как именно ей всё-таки удаётся забираться на лошадь, он по-прежнему не понимал.

Когда около восьми вечера Бёмер наконец решил, что на сегодня хватит, Макс с нетерпением думал о горячем душе. Хотелось смыть с себя запахи, усталость и прежде всего ощущение, будто он с головы до ног вымазан мушиным помётом.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 23

Ночью Макс несколько раз вскакивал в испуге и, затаив дыхание, вслушивался в темноту: ему всё казалось, что он пропустил звонок от напарника — тот самый звонок, после которого выясняется, что где-то снова убили целую семью.

Всю среду они объезжали владельцев конюшен, советуя им покрепче запирать дома. Большинство благодарило за предупреждение, но находились и те, кто встречал их неприветливо.

Лишь в четверг, под вечер, они закончили обход по списку и вернулись в управление.

— Надеюсь, от всего этого был хоть какой-то толк, — проворчал Бёмер, когда машина свернула на парковку перед президиумом.

— Для себя я, по крайней мере, кое-что понял: отдыхать на ферме не поеду никогда в жизни. И куплю целый ящик мухобоек. Похоже, теперь я не выдержу у себя дома ни одной из этих мерзких тварей.

В оперативной комнате следственной группы стояла непривычная тишина: большинство команд всё ещё работало на выезде. Хильгер и Хаук, не вставая из-за столов, продолжали координировать маршруты коллег.

— Восемь дней, коллеги.

И Бёмер, и Макс вопросительно посмотрели на Верену Хильгер, стоявшую у их столов.

— Уже восемь дней ничего не произошло. Может, всё это всё-таки было не зря.

— А может, где-нибудь уже лежат трупы, просто их ещё не нашли.

Хильгер отмахнулась.

— Ну перестань. Хоть немного оптимизма. По-моему, это в любом случае хороший знак.

— Я всё ещё думаю, что Фиссман перечислил нам эти варианты, потому что сам не уверен. Кто знает, может, и убийца тоже?

Бёмер взглянул на Макса так, словно тот только что сморозил глупость.

— То есть убийца не знает, кого убить следующим?

— Да. Фиссман ведь без конца твердит о каких-то знаках, которые видит он, но не видим мы. А если убийца видит те же знаки — и на этот раз они для него недостаточно ясны?

— Хм… Я по-прежнему считаю, что Фиссман просто хотел показать, что может держать нас на расстоянии и морить голодом до информации. Но ладно. Всё возможно. Давай ещё раз съездим к нему, поговорим. Вдруг проговорится, если его немного запутать. Заодно и господина профессора ещё раз прощупаем.

О разговоре с Лёйкеном пришлось забыть: его не оказалось на месте — заместительница объяснила, что он уехал по делам. По её словам, несколько дней назад он распорядился, чтобы в его отсутствие никто не разговаривал с Зигфридом Фиссманом, однако, на её взгляд, ничего страшного не случится, если к пациенту их проводит она.

Макс её уверенности не разделял, но предпочёл промолчать.

Доктор Мойрер повела их другим путём, не тем, которым раньше водил Лёйкен. Когда Бёмер это заметил, она объяснила, что с тех пор, как у Фиссмана появился компьютер, он почти всё время сидит у себя в комнате, где аппарат и установили.

Даже любимые газетные вырезки он теперь разбирал там, а не в общей комнате, как прежде. Туда он выходил разве что посмотреть новости или подслушать разговоры других пациентов, чтобы потом сделать