Последняя жертва озера грешников - Марина Владимировна Болдова

Сегодня на кладбище они с Татой ездили вдвоем, и там, у могил, Ляна, наконец, впервые заплакала. Это были слезы прощания и осознания окончательной потери. Легче не стало, даже наоборот — на Ляну накатила волна тоски и страха. Она не понимала, как будет жить дальше, даже мысль о дочери отошла на второй план — Любочка ведь здорова и весела. «Прости врага…» — вспомнились ей тут же слова молодой шувани.

Когда они вернулись с кладбища, в квартире кроме няни находился Михаил. Няня, уложив Любочку спать, отправилась домой, Тата же, сославшись на усталость, закрылась в спальне.

Ляна и Сотник остались вдвоем.

Сотнику позвонили, он вышел из гостиной в коридор, но вернулся буквально через минуту.

— Я весь твой, что ты хочешь знать, Ляна?

— Рассказывай с самого начала, с того момента, когда взяли Гафицу. Я должна понять…

— Ты не хочешь спросить, кто звонил? — перебил ее Михаил.

— А меня это касается? — удивилась Ляна.

— Напрямую. Гафица в тюремной больнице, он умирает. Звонил Страхов, твой родственник попросил встречу с тобой. Не думаю, что будет каяться, но соглашаться или нет, решать тебе.

— Когда?

— Завтра.

— Я поеду, — решила Ляна. — Начинай.

— Ладно, слушай…

Перед твоим отъездом в Дрезден я успел провести предварительный опрос Гафицы. Страхов сказал, когда того задержали, этот негодяй только посмеялся, предупредив, что защищать его в суде будет московский адвокат Калягин. Да и до суда, скорее всего, дело не дойдет, потому как предъявить ему нечего.

Но первое, что ему выдвинули — обвинение в убийстве Равиля Сабитова. Твой родственник «спал с лица», как только узнал, что есть свидетель, который еще и снял видео.

— На нем невозможно же никого опознать!

— Об этом Гафицу в известность ставить было необязательно. Дальше по этому вопросу он говорить без адвоката отказался. И началось — о похищении тебя в день сделки не слышал, да и кто ты такая тоже…

— Он же меня украл! — не удержавшись, возмутилась Ляна.

— В тот момент он был уверен, что тебя не найдут. Если и найдут, то уж с ним никак не свяжут — дом-то, где он тебя держал, записан на Сабитова. Хотя, по факту, как выяснилось, покупал его Гафица для себя. Все продумал…

О каких-то махинациях с квартирами, о преступной группировке тем более, он тоже, якобы в полном неведении. А тут я еще упомянул и пожар на Базарной, и кражу. Гафица нагло засмеялся, заметив, что я решил на него повесить все преступления, совершенные в городе.

— То есть, он не сомневался, что его никто из подельников не сдаст?

— Так все мертвы. И он об этом прекрасно знал. Потому что, как выяснилось, тормозной шланг микроавтобуса подрезал Сабитов, который тоже уже ничего не скажет. А нотариус, оформлявшая сделки, Гафицу в глаза не видела. На его признательные показания никто и не рассчитывал, мне важна была его реакция, и она была — тот явно занервничал, хотя и старался этого не показать.

— Ты — известный психолог, майор, — с легкой усмешкой отметила Ляна, но тут же прикусила язык — побоялась, что «новый» Сотник может спокойно встать и уйти, не оценив пусть и добрую, но все же иронию.

— Но когда в кабинет вошел Страхов и предъявил ему плащ-палатку, Гафица вдруг побледнел, — проигнорировал ее выпад Сотник.

— Где вы ее нашли?

— При обыске в доме Сабитова, в гараже. Позже экспертиза показала, что эта плащ-палатка принадлежала Гафице, в ней он был, когда убивал Сабитова. Кстати, оружие обнаружили в бардачке «Хаммера». А Гафица, похоже, бы уверен, что вычислить его невозможно.

— Или надеялся на адвоката?

— И это тоже. Калягин прибыл оперативно, что лишь доказывало, что Роман Гафица был фигурой подчиненной, но для своих московских покровителей весьма опасной. Было понятно, что адвокат прибыл проконтролировать, чтобы подзащитный не наговорил лишнего.

В камере Гафица провел ночь, но этого хватило, чтобы с него слетела вся спесь. Дальше все допросы происходили в присутствии Калягина. На первом же Гафица дал признательные показания по убийству Сабитова. На вопрос о мотиве преступления ответил, что Сабитов зарвался, читай — отбился от рук. То есть, заявил, что он, Гафица, контролировать его действия уже не мог, и к тому, что натворил Сабитов, он отношения не имеет.

— И ты принял такое объяснение?

— Нет, поэтому следующим вопросом я его поставил в тупик. Спросил о вашей фамильной реликвии, давая понять, что знаю о его родстве с тобой. Это «добило» его, Гафица заметно сник. Насторожился и московский адвокат, который явно не был в курсе этих дел.

Собственно, на этом допрос закончился, Калягин попросил паузу для беседы с подзащитным. По недовольному выражению лица адвоката я понял, что об убийстве Сабитова, да и о цыганском кресте тот слышит впервые. Позже Калягина ждали еще новости о двух похищении Гафицей Ляны Фандо. После чего адвокат вернулся в Москву.

— Отказался от защиты?

— Да. Но тут подсуетились родители Гафицы, наняли местного. Кстати, не последнюю роль в бегстве Калягина сыграл Валевский, — Сотник сделал паузу, ожидая от нее комментария. Но Ляна промолчала…

Она о Валевском забыла. Не вычеркнула из памяти Леху, а «отодвинула» куда-то в дальний уголок души. Да, ее видение, в котором она, Валевский и Сотник были вместе, беспокоило Ляну. Пока что между ними образовалась косвенная связь, и «точкой» соприкосновения стал Гафица. Ее общий с Лехой враг, преступления которого расследует Сотник. Но Ляна чувствовала, что не это главное, что связывает или свяжет в будущем их троих. Что это такое будет, ей было неведомо. «Еще не время узнать», — решила она.

— Ляна, о чем задумалась? — вернул ее в реальность голос Сотника.

— Так что там с ролью Валевского?

— Его показания в деле о спорных землях сильно отличались от тех, что дал Гафица. Твой родственник и тут попытался вывернуть все наизнанку, обвиняя свою бывшую любовницу, жену Валевского, в том, что та скрыла от него рождение сына. Якобы, он узнал об этом случайно только недавно. В общем, Гафица настаивал на том, что «возню» с участком земли он начал, чтобы приобрести инструмент давления на Данеляна, его дочь Карину и Валевского. Опять же, якобы, чтобы те признали его отцом мальчика: у них с Тамарой детей не было, а Гафице был нужен наследник фамилии. Он заявил, что наличие каких-то московских покровителей, которым якобы пригляделся этот клочок земли, это бред Валевского. В тот момент Калягин его еще не кинул, было видно, как тот доволен ответом подзащитного. Но твой друг Валевский