Черный автобус. Мистика Ленинграда - Сергей Седов

ленинградские пейзажи. Но один из снимков заставил Мишу остолбенеть. На нем был ночной Малый проспект, огни фонарей, яркая вспышка, озарившая ближнюю часть дороги, и две фары, засветившие непонятный объект прямоугольной формы за ними. Миша внимательно смотрел на снимок.

– Там есть кадры и поинтереснее, – многозначительно произнесла Таня.

Миша взял в руки следующее фото. На нем был виден какой-то незнакомый двор. Низкие пристройки возле типичного ленинградского здания угловатой формы и газон. В центре двора был пойман в кадр знакомый до боли силуэт черного автобуса. Автобус находился боком к объективу и явно выполнял резкий разворот, отчего его очертания были слегка смазаны.

– Я не понимаю, Таня, – тихо проговорил Миша, – у них были доказательства. Почему хозяин этой пленки не обратился в милицию?

– Если фотоаппарат оказался у спекулянта, возможно, хозяина уже просто нет в живых, – ответила девочка.

Перелистывая фотографии дальше, Миша наткнулся на кадр, в котором незнакомый седовласый мужчина стоял возле одной из арок. За его спиной на стене виднелся небрежно нарисованный белой краской знак автобусной остановки. Миша замер. Лицо мужчины ему показалось знакомым.

– Черт бы меня побрал! Это же он! – взволнованно выкрикнул Миша.

– Кто это? Ты его знаешь?

– Да… нет, не совсем, – замешкался Миша. – Этот человек мне приснился в первую ночь после того, как я услышал сигнал. А еще… один раз я видел очень странный силуэт возле своего дома. Но я не уверен, что это был он, просто этот силуэт стоял и как будто смотрел на меня. Но как такое возможно?

– Подожди, ты видел его во сне?

– Да, – вглядываясь в фотографию, сказал Миша, – в ночном кошмаре. В этом кошмаре он предупреждал меня о том, что автобус уже рядом. А потом мы побежали, но он не успел… автобус его настиг.

– Это было недавно?

– Нет. Проклятье, Таня, в том-то и дело, это было в первую ночь, я тогда и сам не верил во всю эту бредятину.

Таня с молчаливым ужасом слушала Мишу. Смесь недоверия и страха перед чем-то необъяснимым отразилась на ее лице. В полной растерянности она продолжала смотреть другу в глаза, не находя никаких слов.

– Слушай, ты уже показывала это Лешке? – спросил Миша.

– Еще нет.

– Покажи, возможно, он сможет определить это место. Еще мне интересно его мнение обо всем этом. Но умоляю, ничего не говори ему про мой сон и этого человека. Я сам потом скажу.

– Хорошо, – сказала Таня и, забрав фотографии, молча ушла.

Вернувшись к своему занятию, Миша не мог найти себе места. «Да как такое вообще возможно? – думал он. – Какая-то мистика, честное слово. Кто этот человек? Почему именно он явился ко мне во сне, а теперь совершенно случайно оказался на этих фотографиях? Это что, какой-то призрак? А может, я уже просто схожу с ума на почве всех этих происшествий?» Работа над броненосцем опять пошла медленно и неуклюже. Миша то и дело путал местами орудия, переклеивая их с одного места на другое. После окончания занятий Миша, измотанный и усталый, спустился вниз. Взяв свои вещи, он увидел свою компанию в полном составе на улице.

– А чего меня не подождали? – обиженно спросил Миша.

– Прости, – ответила Таня, – мы не могли тебя дождаться, не терпелось показать все Диме с Машей.

– Кстати, у меня есть новости, – сказал Леша с непривычно серьезным лицом, – одна хорошая, а другая плохая. С какой начать?

– Давай с плохой, – ответил Миша.

– Мне сильно влетело за вчерашнюю самодеятельность. У меня изымают мое творение. Точнее, я пошел на компромисс и согласился его разобрать, забрав домой часть своих деталей.

– Разобрать? – воскликнул Миша. – Это еще почему?

– До начальства дошло, что мы там баловались с радиосигналами. Они очень боятся выхода на запрещенные законом частоты, из-за чего могут начаться серьезные проблемы.

– Да они с ума там все посходили? – вспылил Миша. – По ночам ездит маньяк на автобусе и давит своих жертв, а они выхода на запрещенные радиочастоты побаиваются?

– Это не все, я говорил с Захаром, – добавил Лешка, – ну ты видел его, высокий такой. Он сказал, что они тоже один раз случайно ловили эти оповещения. Ничего прямо он мне не сказал, но предупредил, что в это дело лучше не соваться. Одним словом, он намекнул, что само явление этих оповещений с названием улиц весьма старо по своей природе. И мы не первые, кто на это обратил внимание.

– И что же? Почему наши предшественники молчат?

– Строго говоря, – ответил Лешка, поправляя очки, – никого из них не осталось в живых. Они либо погибли при странных дорожно-транспортных происшествиях, либо просто пропали без вести. Создается впечатление, что мы живем в городе, у которого под покровом ночи скрыта одна ужасная тайна на четырех колесах. Тайна, о которой все знают, но по какой-то причине молчат и старательно скрывают любые упоминания о ней.

– Весьма сюрреалистичная картина, – заметила Таня. – Я до сих пор не могу поверить, что все это взаправду.

– Ладно, ну а какая хорошая новость? – спросил Миша.

– Я знаю, что за место изображено на этой фотографии. Захар подсказал. Это завод Козицкого на Пятой линии. Он там неоднократно бывал. Этот завод занимается сборкой радио- и телеаппаратуры. А человек на фото, вероятнее всего, бывший сотрудник этого завода. Ну или нынешний. А вот то, что он тебе являлся во снах, – факт, который добавляет еще больше тумана в эту и без того туманную историю.

– Таня, – сердито заметил Миша, – ну я же просил!

– Извини. Ну правда, извини, я не удержалась. От этого всего просто кровь стынет в жилах.

– Ты точно видел именно этого человека в своем сне? – настороженно спросил Леша.

– Да, – сухо ответил Миша, – сомнений нет.

– Что имеем к этому часу, – подытожил Дима, – усилитель нам недоступен, мы безоружны.

– Ну… у нас все еще остаются рации, – задумчиво сказал Леша, – раньше мы как-то с ними обходились.

– Раньше, – вмешался Миша, – в эфире не звучали наши фамилии, автобус не выезжал по наши души. Кто знает, быть может, мне остались считаные дни.

– Не говори так, Миш, – с сожалением произнесла Маша, – мы обязательно что-нибудь придумаем. В конце концов, можно просто запереться дома и никогда не выходить на улицу. Лично я бы так и сделала.

– Мы можем попробовать расспросить кого-нибудь на этом заводе об этих фотографиях, – сказал Дима. – Скажем, что для школьной газеты или что-нибудь еще соврем. А вот от идеи с проверкой теории Змея Горыныча я бы воздержался. Во всяком случае, сегодня.

– Дима дело говорит, – подтвердил Леша, – не стоит сегодня играть с огнем. Мы