Ангел-хранитель - Сара Парецки

После разговора с Лотти я стала беспокоиться о том, кто же следил за мной. Или за ней. Я думала, не идем ли мы все по ложному следу: может быть, на нее напали родственники пациента, с которым она, по их мнению, плохо обращалась? Мне нужно было поговорить с Роулингсом, посмотреть, допускает ли он такую возможность. Я, конечно, не могла сказать об этом Лотти, если только я не хотела, чтобы другой бок «транс-ам» тоже был проломлен.

К тому времени, как я дошла до конца квартала, я передумала. Двое парней сидели в «субару» последней модели напротив моего дома, когда я выходила. Один из них вылез из машины и пошел следом за мной по улице. Я огляделась. «Субару» медленно отъехала от обочины и двинулась за нами. Я прошла по Расин до Белмонта. Мои «друзья» от меня не отставали. «Субару» следовала за мной по пятам на расстоянии примерно половины квартала. Я подумывала сесть в автобус, доехать до надземной железной дороги и сделать крюк, вернувшись через Луп, но это казалось мне неоправданной тратой времени. Я вошла в ресторанчик на Белмонте.

Время ланча уже давно прошло. Ресторанчик был почти пуст. Официантки, отдыхавшие за сигаретами и газетами, встретили меня с той дружеской непосредственностью, с какой они обращаются с постоянными клиентами.

– Бекон с жареной картошкой, Вик? Тэмми только что вынула горячую порцию из жаровни – это говорила Барбара, которая обычно меня обслуживала и знала мои слабости.

– Сегодня мне придется воздержаться. Тут двое ребят проявляют ко мне излишний интерес. Нельзя ли мне выйти через вашу заднюю дверь? – Я оглянулась и увидела, как мой преследователь открывает входную дверь. – Вот, один из них уже здесь.

– Нет проблем, Вик.

Барбара подтолкнула меня к задней двери. Мой приятель двинулся было за мной, но Хелен уронила кувшин чая со льдом прямо ему под ноги. Я только услышала, как она сказала:

– Ох, дружок, извините меня… Нет, не двигайтесь, я сейчас почищу ваши великолепные брюки… – прежде чем Барбара открыла заднюю дверь и вытолкнула меня в переулок.

– Огромное спасибо, – с благодарностью сказала я. – Я вспомню вас, ребята, в своем завещании.

– Иди давай, Варшавски, – сказала Барбара, хорошенько подтолкнув меня между лопаток. – И побереги свои денежки: мы все знаем, что у тебя нечего нам оставлять.

Глава 28

Образец добродетели?[11]

Я пробежала прямо через переулок к Семинари, затем сделала крюк в милю длиной вокруг Рэйсина так, чтобы подобраться к «импале» с запада. Когда я упала на водительское сиденье, я жадно хватала ртом воздух и справа под ребрами у меня отчаянно кололо. Я поставила дрожащие ноги на педали и медленно поехала к западу вдоль Бэрри до тех пор, пока улица не уперлась в реку. После этого я, петляя по боковым улочкам, поехала в сторону Кеннеди.

Барбара и ее подруги явно обезвредили моих преследователей. Я ехала медленно, чтобы отдышаться и обдумать свой следующий шаг. Мне нужно было поискать в библиотеке материалы о Джейсоне Фелитти, чье имя всплыло во время моих ночных исследований как имя владельца «Даймонд хэд». Мне также хотелось нанести визит тем, кто снабжал деньгами «Даймонд хэд», – «Парагон стил». Я мысленно подбросила монету: я всегда могла отправиться в библиотеку в субботу. Я повернула на магистраль и поехала на север.

У «Парагон» раньше был собственный небоскреб в центре города, но они продали его пятнадцать лет назад, сокращая издержки. Теперь их штаб-квартира занимала пять этажей в комплексе современных башен в Линкольнвуд. Стоянка у комплекса была так забита машинами, что мне пришлось припарковаться за целый квартал от входа в первое здание.

С этого конца стоянки мне было видно то место, где Алан Дорфман встретил свой конец. Когда я закрыла дверь «импалы», мысль о вооруженных мужчинах, которые застрелили гангстера по кивку его водителя, напомнила мне о моей собственной беспомощности. Для успокоения я потрогала свой пистолет под мышкой и вошла прямо в вестибюль.

У дверей не было ни охранников, ни секретаря, которые могли бы указать пришедшим сюда впервые, куда идти. Очевидно, я вошла через заднюю дверь. Мне пришлось пройти по меньшей мере два коридора, пока я нашла указатель. Он направил меня в соседнее здание, где «Парагон» занимал этажи с четвертого по восьмой.

Весь комплекс выглядел странно пустым, хотя все те машины, которые находились на стоянке, переправили своих хозяев в другой мир. В коридорах я не встретила ни единой души и лифт тоже ждала в полном одиночестве. Когда поднялась на четвертый этаж, я увидела перед собой голую стену. Маленькая табличка на ней указывала в сторону приемной. Вероятно, в дни своей жестокой нужды «Парагон» решил не выбрасывать деньги на большие буквы.

Кругом было так пусто, что я уже начала гадать, не встретит ли меня в приемной экран компьютера с мигающим курсором. Я с облегчением вздохнула, увидев живого человека – женщину примерно моего возраста с волосами, доходившими до плеч, и в коричневом костюме, который вытянулся и протерся от долгих лет носки. Я почувствовала себя более уверенно в своих голубых джинсах.

Я изобразила на лице улыбку, в которой одновременно должны были читаться любезность и самоуверенность, и спросила главного ревизора. Она услужливо набрала номер, потом накрыла ладонью телефонную трубку:

– Как мне сказать, кто его спрашивает?

– Мое имя Варшавски. – Я протянула ей визитную карточку. – Я следователь по финансовым делам.

Она передала эту информацию, слегка споткнувшись на моей фамилии, как это часто бывает с секретарями, потом снова повернулась ко мне:

– Они никого не нанимают.

– А я не ищу работу. Будет намного проще, если я изложу свое дело непосредственно главному ревизору, чем передавая все через вас ее секретарю.

– Это он. Мистер Лоринг. Что вы хотите ему сказать?

Я сосчитала на пальцах.

– Шесть слов. «Даймонд хэд моторс» и финансовая задолженность.

Она нерешительно повторила мои слова. Когда я кивнула, она повторила их в телефонную трубку. На этот раз, кажется, она была на связи. Она отвечала на поступающие звонки и соединяла звонивших, проверяла по своему мигающему огоньку и опять ждала. Минут через пять она сказала мне, что я могу присесть: Сьюки спустится за мной.

Ожидание растянулось на двадцать минут, прежде чем появилась Сьюки. Это была высокая худая женщина, чья узкая юбка подчеркивала нездоровую худобу ее колен и бедер. Бледное лицо было испещрено следами от