Отсроченный платёж - Макс Александрович Гаврилов

– То есть как – пропал?!

– Помнишь контракт с итальянцами? – Вика разлила чай по чашкам и поставила на стол. – Так вот Рощин их кинул. Я подробностей, конечно, не знаю, но пятьдесят миллионов евро аванса каким-то образом оказались у него.

– Ни хрена себе! – выпучила глаза Кира.

– Да, и он просто растворился. Спустя неделю растворился и Знаменский. Бросил всё на Марка и пропал.

Кира переваривала услышанное. Ни на похоронах Шатова, ни после них, Стаса она не видела. Спрашивать у Вики тогда было неудобно, да и то, что они не встретились, тогда она восприняла с облегчением. Ей было даже немного стыдно перед Викой за то, что она счастлива с Андреем, он рядом и у них всё хорошо. Так хорошо, что даже страшно. Никогда Кира не была настолько счастливой, насколько же несчастной казалась после ухода Марка Вика.

– А как же бизнес? Фирма?

– Да не стало никакого бизнеса. Одни бесконечные суды, иски, аресты имущества. Даже дело уголовное возбудили. Прекратили только за смертью обвиняемого. Дом и квартиру Марк успел на мою маму переоформить, только поэтому не забрали, – Вика усмехнулась и сделала из чашки небольшой глоток.

– Кстати, а Софья с Ваней где? – решила сменить неприятную тему Кира.

– Они у мамы на даче. На лето отправила, пока дом не продам и не подыщу что-нибудь в городе. Да ладно, – улыбнулась Вика, – хватит о грустном, как ты? Вижу, что счастлива, прямо светишься ведь!

– У меня всё хорошо, – Кира тоже широко улыбнулась. – Переехала к нему.

– Ну расскажи хоть немножко! Чем он занимается твой Андрей? Всё из тебя клещами тащить! – рассмеялась наконец Вика.

– Нууу…– протянула всё так же улыбаясь, Кира, – он поставляет оборудование и запасные части на нефтеперерабатывающие заводы.

– Ничего себе!

– Да, а ещё он любит горы и сплавы по реке. Представляешь, мы в мае целую неделю плыли на каком-то плоту, ночевали в лесу в палатках и парились в самодельной бане прямо на берегу!

– Круто!

– Ага. Меня так комары накусали, думала кожу с себя всю сдеру!

Они вместе смеялись, такие непохожие друг на друга женщины. Длинноволосая блондинка с невыразимой тоской в глубине голубых глаз и коротко стриженная, кареглазая брюнетка, взгляд которой был подсвечен бесконечным счастьем любви.

– А знаешь что? – вдруг сказала Кира. – Приезжай к нам в гости в выходные! Приготовим чего-нибудь, вина выпьем! Познакомлю тебя с Андреем!

– Я не знаю… Удобно ли?

– Неудобно на потолке спать, одеяло падает! Всё, решено! Мы в пятницу за тобой заедем! Возражения не принимаются! – упорствовала подруга.

– Ну хорошо, договорились.

– Всё, мне пора! Да, кстати, я чего приехала-то? Вот, возвращаю, – Кира достала из сумки складной зонт. – Ты мне в прошлый раз давала. А это Ваньке с Софьей, – вслед за зонтом в ее руках появилась банка шоколадной пасты. – Всё, я побежала, до пятницы!

Они расцеловались, и Вика помахала ей вслед с крыльца, дождалась, пока за Кирой закроется калитка, и прошла в гостиную. Там она продолжила складывать вещи в коробки, но едва она взялась за работу, в дверь вновь постучали. «Растяпа, наверное забыла сумку», – пронеслось в голове.

На пороге, однако, была вовсе не Кира.

– Добрый день! – парню в униформе курьерской службы DHL было едва двадцать лет. – Виктория Шатова, верно?

– Да, это я, здравствуйте.

– Вам заказное письмо. Вот тут распишитесь пожалуйста.

Вика не глядя расписалась в бланке. Парень протянул ей плотный жёлтый конверт.

– Спасибо!

– Всего доброго! Хорошего дня!

Она повертела в руках конверт. Обратного адреса нет. Вика прошла обратно в дом, опустилась в кресло посреди баррикад из коробок и вскрыла картонный прямоугольник. Внутри она обнаружила письмо. С первых же прочтённых ею строк сердце бешено заколотилось.

Здравствуйте, Виктория! Пишет Вам Павел Рощин. Я узнал о Вашей утрате и выражаю свои искренние соболезнования. Мы с Марком никогда не были друзьями, и зачастую наши мнения серьезно расходились по самым разным вопросам. Но мы не были врагами. Во всём, что произошло с его бизнесом, виноват не он. Это был мой личный счёт к Знаменскому. Я очень сожалею, что так вышло с Марком, в мои планы не входил его финансовый крах и, как следствие, финансовый крах его семьи. Но жизнь внесла коррективы. Моё решение не было причиной его смерти, и возвратить Вам мужа, я, увы, не могу. Но я могу Вам помочь решить финансовые проблемы, вернув деньги, потерянные им по моей вине. В конверте Вы найдёте чек на предъявителя и адреса отделений Дойче Банка, где можно его обналичить. Надеюсь, Вы сумеете распорядиться этими деньгами разумно. Это письмо должен был получить сам Марк, но жизнь распорядилась по-другому. Не держите на меня зла и прощайте.

Павел.

Вика заглянула в конверт и достала чек. Три миллиона евро. Она откинулась на спинку дивана и заплакала.