Убийство в Кьянти - Камилла Тринкьери

– Мне приходилось иметь дело только с одним убийством – простым и быстро раскрытым. А тебе?

– Я не считал.

– Вот и ответ. Ты сегодня помогаешь в ресторане?

– Нет, Альба и Энцо меня подменяют.

– Моя жена бросила меня сегодня вечером. Играет в бинго в церкви. – Перилло поднял руку, показывая Нико бутылку вина.

– Как тебе идея?

– Неплохая. Во всяком случае, лучше, чем пить в одиночку. Я добавлю фриттату51 из цукини и еще одну бутылку виски.

Весь день Тильда работала на автомате, мысленно возвращаясь к тому, что она случайно обнаружила в рюкзаке Стеллы. Она держала телефон рядом, поглядывая на него каждые пять минут, надеясь и молясь, что Стелла выйдет на связь. Она заставляла себя не звонить первой – иначе не смогла бы сдержаться.

«Возвращайся домой, Стелла. Позвони. Стелла, возвращайся домой», – эти слова часами крутились у нее в голове.

В двадцать десять, когда Тильда разливала последнюю порцию риболлиты, ее телефон зазвонил.

– Привет, мама, я только что вышла. Думаю, я неплохо справилась.

Тильда задержала дыхание. Только не сейчас.

– Хорошо, – с трудом выговорила она.

– Было даже вполовину не так сложно, как я ожидала. Правда, результаты будут только через несколько месяцев, но, думаю, я справилась хорошо.

Тильда молчала.

– Мама, ты здесь?

Короткий вдох, и Тильда вернулась в настоящий момент.

– Да, конечно. Я так за тебя переживала. Рада, что все прошло удачно. Когда ты возвращаешься домой?

– Завтра утром. Последний автобус отправляется в десять, а мы хотим отпраздновать. А вот и Джанни. Пока, мама. Скрести за меня пальцы!

– Конечно. Увидимся утром. – Тильде понадобится куда больше, чем скрещенные пальцы, чтобы помочь своей дочери.

Нико и Перилло сидели на балконе. Ласточки вернулись и устроились на ночь. Фриттата была съедена, бутылка «Панцанелла Ризерва» опустошена. Они перешли на виски и любовались закатом, когда из телефона маршала зазвучало «О соле мио».

– Адвокат добрался до банковской ячейки Джерарди, – сообщил Даниэль. – Он нашел исправленное завещание, написанное от руки. Отсканировал и прислал его.

– Подожди. – Перилло потянулся за сигаретой и закурил. – Продолжай. – Сейчас он был слегка рассеян. Курение помогало сосредоточиться.

– Что изменилось?

Даниэль рассказал.

Перилло положил трубку и встретил тревожный взгляд Нико.

– Джерарди составил новое завещание. – Нико это не понравится.

– И что там сказано?

– Что зеленые глаза не лгут.

Нико зажмурился и осушил бокал.

Даниэль сидел за компьютером в кабинете маршала, когда Перилло вернулся от Нико.

– Ты все еще здесь? Поджариваешь свои мозги?

Даниэль выключил экран прежде, чем маршал успел что-либо увидеть, и сумел не покраснеть.

– Распечатка у вас на столе. Это невероятно: он двадцать два года не имел с ней ничего общего, а потом заболел и оставил ей не только землю, но и достаточно денег, чтобы построить на ней дворец при желании. Если мы докажем, что синьора Дорсетти знала об этом завещании, ей конец.

Перилло бегло просмотрел рукописный текст. Буквы плясали. Фриттата Нико была хороша, но слишком легкой для того количества алкоголя, которое они выпили.

– Я иду спать. Ложись и ты, Дани. Завтра нам понадобятся ясные головы.

Даниэль неохотно включил экран, перевел компьютер в спящий режим и пообещал себе проснуться очень рано, чтобы развить мысль, которая пришла ему в голову сегодня утром.

Стелла стояла на кухне в халате, макая ломтик пандольче52 в кофе, когда вошла ее мать.

Сердце Тильды подпрыгнуло.

– О, доброе утро.

Она думала, что у нее будет больше времени до встречи с дочерью.

– Ciao, – безо всякого энтузиазма ответила Стелла.

– Я не ожидала тебя так рано. Когда ты приехала?

– Я села на вечерний автобус. Ты была в ресторане, поэтому я просто поднялась к себе и легла спать.

– А как же празднование с Джанни?

– Я поняла, что экзамен отнял у меня все силы. Мне просто хотелось в кровать. – Она не собиралась рассказывать матери, что Джанни вел себя ужасно.

Тильда заметила, что взгляд Стеллы прикован к чашке с кофе. Почему дочь не смотрит на нее? Что она скрывает?

«Я села на вечерний автобус». «Я», а не «мы». «Очередная ссора с Джанни? Лучше уж это, чем…» Тильда прервала свои неприятные мысли, налив себе остатки кофе.

Стелла украдкой взглянула на мать: каменное лицо, напряженные плечи.

– Я нашла четки. Это было так мило, мама. – Она не верила, что существует Бог, который за всеми присматривает, но в автобусе по дороге домой была удивлена тем, как перебирание бусин ее успокаивает.

– Можно я их оставлю?

Тильда не выдала своего удивления.

– Конечно. Они твои.

Стелла заставила себя продолжить:

– Нико показывал тебе, что он мне подарил? Брелок в виде кроличьей лапки.

Она встала и отрезала себе еще один кусок пандольче.

– Знаю, он хотел как лучше, но мне это показалось немного жутковатым. Пожалуйста, не говори ему.

Тильда одним глотком выпила остывший кофе.

– Сядь, Стелла.

Стелла приподняла брови, услышав резкий тон матери.

– Я именно это и собиралась сделать, мама. Сесть, съесть второй кусочек пирога и подождать, пока ты расспросишь меня об экзамене. – Она села, положила ломтик прямо на стол и стала ждать. Сейчас будет лекция о том, что Джанни все еще присутствует в ее жизни, хотя, возможно, скоро его в ней не будет. Но мама об этом не знала. Или о том, что она не сказала, что приедет вечером. Или о том, что не вернулась сразу после экзамена, чтобы разделить радость с теми, кто действительно ее любит. Или о том, что не положила пирог на тарелку. Или еще о чем-нибудь. Она любила свою мать, но в последнее время, с тех пор как того мужчину убили в лесу, ей порой становилось трудно дышать рядом с ней.

Когда Стелла села, Тильда достала из кармана платок и медленно развернула его.

– Откуда у тебя это?

Стелла ахнула и попыталась выхватить.

– Не трогай! – крикнула Тильда.

– Это не твое.

– Что это делало в твоем рюкзаке?

Несколько минут мать смотрела на дочь, а та – на предмет в руке матери. Потом Стелла ей все рассказала.

Чуть раньше одиннадцати Нико поливал огород перед тем, как отправиться в ресторан. Гоголь снова не пришел на завтрак. Нелли тоже. Он скучал по ним обоим.

Хвостик ждал у открытой калитки, пока Нико отвернется, чтобы пробраться в огород – запретную территорию с тех пор, как его поймали за рытьем земли под одной из роз. Он собирался копать еще глубже, может, даже вырыть ямку.

Зазвонил телефон. Нико потянулся к заднему