Смертельный след - Андреас Грубер

– Я хочу вернуть свое письмо.

Пакула посмотрел на нее с улыбкой, от которой ее пробрало холодом, словно в морге.

– Возможно. Но вы, наверное, уже заметили: я не могу сделать счастливыми всех на свете – все-таки я не банка «Нутеллы». – Он встал и засунул толстую пачку писем во внутренний карман своего пиджака.

Леа уже собиралась что-то сказать, как мимо нее протиснулся молодой банкир в костюме Армани.

– Ввязалась – теперь не отвертишься, – пробормотал он со злорадной улыбкой.

Глава 60

Когда все участники покинули семинарский зал, Снейдер, скрестив руки, встал рядом с флипчартом и наблюдал, как Сабина медленно направилась к нему. Она подождала, пока две сотрудницы отеля выкатят из помещения тележку, доверху нагруженную посудой, и лишь затем села перед ним на край стола.

– Этот воркшоп был всего лишь отвлекающим маневром, чтобы занять участников, – сказала она.

Он кивнул:

– Да, весь курс оказался совершенно бесполезным.

– И что теперь?

Он взял телефон и набрал Марка, который ответил почти сразу.

– Насколько вы продвинулись? – тут же спросил Снейдер.

– Нам понадобится еще час-два, чтобы получить первые результаты.

– Поторапливайтесь. – Снейдер убрал телефон, достал из внутреннего кармана пиджака пачку писем и задумчиво похлопал ею себя по бедру. – Что вы написали в своем письме?

– Это вас не касается, – с улыбкой ответила Сабина. – Вы же сказали, что никто…

– Да, не важно. – Он сунул ей в руки всю пачку.

– И что мне с этим делать?

– Мне все равно. Делайте, что сочтете нужным. Читайте или выбросите.

– Выбросить? – Сабина пролистала конверты. – Вы не собираетесь их отправлять?

Он с удивлением посмотрел на нее.

– Вы это серьезно? Когда, по-вашему, я должен их отправлять? На Рождество из Висбадена? Тогда у меня будут заботы поважнее. К тому же Пауль Конрад со вчерашнего дня мертв, и этого воркшопа с ним в действительности никогда не было.

Сабина помахала пачкой писем.

– И вам совсем неинтересно, что там написано?

Он приподнял бровь.

– Эти люди абсолютно неинтересны. Читать это – пустая трата времени. Ни один из них не имеет отношения к РАФ. Сплошной джетсет и денежная аристократия… – Он прижал большой палец к тыльной стороне ладони. – Кроме одного человека, – задумчиво добавил он.

– Вики Фукс? – предположила Сабина.

– Да, верно. С чего вы взяли?

– Она единственная не вписывалась в типичную клиентуру этого отеля.

Снейдер медленно кивнул.

– Она все время притворялась немного наивной, но на самом деле гораздо умнее. Я также заметил, что иногда она разговаривала сама с собой, когда думала, что за ней никто не наблюдает. Возможно, она слегка не в себе, но уж точно не террористка. Тогда она вела бы себя совсем иначе.

Он застегнул пиджак и отвернулся.

– Я иду в апартаменты и позвоню Дромайеру. То, чем мы здесь занимаемся, бессмысленно. Возможно, он нас отзовет.

– Мне продолжать следить за Рамоной?

– Не нужно. Мы знаем, что она сделала, и завтра на англоязычном воркшопе, вероятно, повторится та же схема. – Он вытряхнул сигарету из пачки. – Помогите Мийю и Марку с анализом данных.

Он оставил Сабину одну в семинарском зале и вышел на террасу, где закурил. По дороге к своим апартаментам ему сначала навстречу попалась группа молодых туристов на сегвеях, затем мимо прошли три пожилые дамы с луками на плечах и колчанами за спиной. На соседней лужайке в лучах вечернего солнца проходило занятие по йоге под восточную музыку.

«А ты зря тратишь здесь время, пока дома идут приготовления к масштабной террористической волне!»

С окурком в уголке рта он подошел к своим апартаментам. Ключ уже был у него в руке, а другой он собирался набрать номер Дромайера на телефоне, когда вдруг остановился и уставился на окно рядом с дверью.

Занавеска была чуть сдвинута и едва заметно колыхалась от сквозняка – несмотря на то, что Снейдер не включал кондиционер и не оставлял приоткрытым ни одно окно. Он затушил ногой окурок у двери, убрал телефон в карман и вошел в апартаменты.

Дверь была не заперта, а из кондиционера над входом дул прохладный воздух. Обслуживающий персонал не мог этого сделать, потому что снаружи на дверной ручке по-прежнему висела табличка «Не беспокоить».

Снейдер медленно прошелся по апартаментам. Его взгляд скользнул к дивану у террасной двери. В полумраке он различил Рамону, которая сидела там в черных легинсах и черном топе и наблюдала за ним.

Поскольку он знал о ее наборе отмычек и слышал от Сабины, что Рамона без труда проникала в дома всех участников воркшопа, то ничуть не удивился, увидев ее здесь.

Пультом он выключил кондиционер.

– Все сделали? – спросил он.

Она поднялась, выпрямилась и, сведя брови, уставилась на него прищуренными глазами.

– Ваше эсэмэс пришла слишком поздно, – сухо сказала она.

– Но она пришла, – спокойно ответил он.

– Да, но не вовремя! – огрызнулась Рамона, уперев руки в бедра. – Почему вы не предупредили меня раньше, что эта старая карга ушла с курса?

– Она сказала, что скоро вернется, – солгал он. – Что случилось? Вас заметили?

Рамона медленно повела нижней челюстью из стороны в сторону, словно раздумывая, что сказать дальше.

– Да. Она застала меня врасплох, – наконец произнесла она. – Она меня узнала. Мне пришлось ее убить. Иначе она бы выдала меня – а вместе со мной и вас.

«Убить?» Снейдер несколько секунд молча смотрел на Рамону. Затем кивнул, стараясь сохранять спокойствие. Такое трудно скрыть. Verdomder mest![28]

Он оглядел ее чистую кожу и безукоризненную одежду.

– Как вы это сделали? Полагаю, не ножом?

Она покачала головой:

– Я задушила ее подушкой. А чтобы инсценировать ограбление, забрала ее украшения.

«Инсценировать?..» Значит, Сабина права. Взломы были вовсе не ради ценностей.

– Что вы взяли?

– Кольца, ожерелье, серьги – это важно? – резко ответила Рамона. – Всякие побрякушки.

Снейдер вспомнил дорогие рубины, которые носила Кэте ван Цвитен. Украшения тянули как минимум на десять – пятнадцать тысяч евро. Значит, дело было не в деньгах. Рамона искала нечто другое.

– Вы выбросили украшения в море?

– Пока нет. Я спрятала их в надежном месте. Возможно, они еще пригодятся, чтобы повесить убийство на кого-нибудь другого. – Она помолчала. – Кто эта шатенка, которая постоянно крутится рядом с вами?

«Отлично!» Впрочем, следовало ожидать, что Рамона будет следить за каждым его шагом.

– Это вас не касается, – резко ответил он.

– Очень даже касается, – парировала она. – Я рискую ради вас собственной шеей, а значит, должна знать, во что ввязываюсь. Так кто