Презумпция виновности - Макс Ганин

в качестве штукатурки, лавки настолько широкие, что можно было с комфортом лежать на спине и, самое главное, очень тепло. Вентиляция работала отменно, и Григорий сразу же снял с себя весь утеплитель и остался лишь в выбранной для нахождения в судебном зале одежде. Шерстяные вещи сложил в пакет, захваченный с собой для этих целей, и положил на скамейку в качестве подушки. Вскоре к нему завели ещё одного мужчину лет пятидесяти пяти – лысого, невысокого, коренастого славянина. Мужчины, естественно, разговорились.

– У меня 160-ая статья Уголовного кодекса – растрата, – начал свой рассказ после знакомства сокамерник Тополева. – Я бывший директор научно-исследовательского института, занимающегося космической тематикой, который находится у метро «Калужская». Пару лет назад к нам пришла новая команда управленцев от Чубайса и после изучения состояния дел захотела забрать институт под себя, а мне предложили покинуть мой пост и не мешать процессу приватизации. Я, разумеется, отказался и начал во всех возможных инстанциях бить в колокола и требовать оставить важнейший научный центр отрасли в лоне государства и избавить его от посягательства рейдеров, желавших лишь обанкротить институт и продать выгодно для себя наше шикарное здание. В результате через несколько месяцев появилось уголовное дело. Меня арестовали прямо в рабочем кабинете. Я сижу в следственном изоляторе уже год. Сегодня моё первое судебное заседание. За это время я успел выиграть арбитражный суд, подтвердивший, что договор, по которому мне вменяют растрату, выполнен полностью и претензий по нему нет. Сердцем верю и надеюсь, что оправдают, хотя умом понимаю, что это маловероятно.

За разговорами прошло около двух часов, пока лысого не забрали первым на заседание, и Григорий остался один в своих мыслях и переживаниях. Он неоднократно прокручивал в голове свою речь, ответы на возможные вопросы судьи и прокурора. Затем поймал себя на мысли, что пенитенциарная система так построена, чтобы узник поднимался в зал суда уже выжатым, как лимон, с единственным желанием сдаться на милость этой системы. Он снова с большим уважением вспомнил Романа Панова, который три раза в неделю на протяжении вот уже девяти месяцев ездил на суд и при этом всегда был собран, сконцентрирован и даже не думал о сдаче своих незыблемых позиций невиновного человека.

Когда за Григорием пришли, он уже был морально готов и, несмотря на жуткое волнение, спокоен. Ему разрешили надеть самодельный пояс и взять его пачку с бумагами.

– Руки за спину! – скомандовал конвоир.

– Не могу! – ответил Гриша. – Плечо сломано, и рука назад не заходит, – он продемонстрировал сотрудникам суда ограниченность своих возможностей.

– Ладно. Тогда руки спереди, – абсолютно спокойно отреагировал конвой на увечье подсудимого.

Его вывели на скрытую от посетителей здания суда боковую лестницу и повели на третий этаж. Пролеты были слишком узкими и крутыми, и идти вдвоём в связке с конвоиром было очень сложно. «Наверное, только с руками за спиной тут можно пройти», – подумал Гриша, протискиваясь еле-еле на поворотах со своим сопровождающим. Когда они вышли в коридор из потайной двери, то сразу же наткнулись на адвоката Шахманова. Тот был сильно взволнован. Причину этого волнения Тополев сразу же разглядел за его спиной – это был Андрей Южаков со своим представителем. Григория завели в клетку скамьи подсудимых, сняли наручники и застегнули ими проушину на двери для навесных замков. В зале он сразу же заметил Валеру Смирнова, который сидел в дальнем углу в чёрном пальто, нахохлившись, как воробей, и стараясь не обращать на себя внимание. Почувствовав на себе взгляд Гриши, он слегка повернулся в его сторону и еле заметно улыбнулся, продолжая сохранять свою анонимность. К решётке подошел Шахманов.

– Они хотят отменить особый порядок и принесли гражданский иск! – не скрывая своей досады, сказал он и показал рукой на Андрюшу с товарищем.

Помахав рукой, Тополев подозвал к себе Южакова.

– Пусть привезут сюда мои деньги, и тогда я соглашусь на особый порядок! – выпалил Андрей, подходя к клетке, даже не поздоровавшись и не выяснив причину возникшего у Григория желания поговорить.

– Ты же прекрасно знаешь, что я эти деньги отдал в «Азимут-Гео» в счёт твоего долга, – спокойно, но твёрдо пояснил Тополев.

– Какого такого долга?! – нервно, с истерическими нотками в голосе, зашипел Южаков.

– Ты снова меня записываешь что ли?! – засмеялся Григорий.

– Пусть тогда они отдадут! Позвони им, – зашипел снова Андрей.

– А ты рискни! Дай мне провести суд в особом порядке, тогда, может быть, судья смилуется и даст мне условно, и вместе поедем после заседания в «Азимут-Гео» и потребуем вернуть твои деньги. Других вариантов я не вижу.

– А я вижу! – злобно произнёс Южаков. – В камере дожмут тебя, и отдашь как миленький. Ты же в восьмой сидишь, на первом этаже?! От Гинзбурга и Тростанецкого тебе большой привет, – прошептал он напоследок и вернулся на свое место.

Начался суд. Судья Коробченко Елена Сергеевна – молодая красивая женщина с тёмными волосами и стрижкой под каре в судейской мантии выглядела сногсшибательно. Её приятный бархатный голос вызывал доверие, а размеренные женственные движения рук успокаивали и вводили в легкий транс. Толстенький прокурор в синем форменном кителе с трудом поднимался из-за стола, поэтому делал это не до конца, комично сгибаясь в тот момент, когда от него ждали реплики. Выглядело это так, будто он кланяется судье каждый раз, когда она к нему обращается. Молоденький секретарь судьи был похож на проныру и пройдоху. Худой, невысокого роста, он так быстро перебирал пальцами по клавиатуре, что вызывал удивление и уважение окружающих.

Григорий зачитал ходатайство о проведении судебного заседания в особом порядке уверенно и спокойно, так же, как они репетировали с адвокатом в СИЗО. Судья спросила мнение сторон по этому поводу. Адвокат и прокурор были не против, возражал только потерпевший.

– Я могу у вас поинтересоваться, почему вы против? – спросил прокурор, со зло стью посмотрев на Андрея. Его гнев можно было понять – Южаков ломал ему весь процесс, который должен был пройти, во-первых, одним днем, а во-вторых, без предоставления доказательств виновности подсудимого. Теперь же после такого зигзага неудачи надо было начинать всё заново – приглашать свидетелей, собирать доказуху, а, не дай Бог, подсудимый откажется от признания своей вины, тогда вообще всё пропало.

– Пусть вернёт деньги! – жалобно проблеял Андрюша.

– Вы думаете, что если вы его посадите, то он вам деньги вернёт?! – не унимался прокурор.

– Думаю, что пока от меня зависит особый порядок, то он вернёт.

– А как вы себе это представляете? – заинтересованно вступила в разговор Елена Сергеевна.

– Я дам ему телефон, он наберет своим подельникам, и они привезут деньги сюда, а мы все подождём немного, – уверенно выпалил потерпевший.

– Может быть, ещё девочек ему сюда закажем и пиццу с кока-колой!? – строго и очень спокойно отмела это бредовое предложение судья. – Если вы откажете, то вам придётся являться на каждое заседание суда. Вы с этим согласны? Сможете?

– Смогу! Буду являться! – произнёс с надрывом Южаков, смотря на Коробченко, как на икону.

– Подумайте ещё раз. Заседание мы сегодня проведём в любом случае, независимо от вашего решения. Но так оно будет одно при вашем согласии в особом порядке, а при отказе – не одно.

– Отказываю в особом порядке! – гордо и громко продекларировал потерпевший.

– Тогда объявляется заседание в общем порядке, – так же спокойно, как и до этого произнесла судья. – Прокурор, зачитайте обвинение!

Подполковник юстиции встал, взял в руки пачку листов и зачитал обвинительное заключение:

«Тополев Г. В. обвиняется в том, что он совершил покушение на мошенничество, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на хищение чужого имущества путём обмана, в особо крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

Так, он (Тополев Г. В.), имея преступный умысел и корыстную цель, направленные на хищение чужого имущества путём обмана в особо крупном размере, получив информацию от потерпевшего о выездных налоговых проверках, проводимых ИФНС России №34 по г. Москве, в отношении ООО «Метео Премьер», ООО «Медиа Мир», ООО «Телекомпания Метео ТВ»,