Временный вариант - Владимир Борисович Свинцов

Сергей задумался, словно вспомнил весь этот трудный год, как вдруг услышал сильный стук в дверь. Обернулся, Катя Кандыкова мышкой проскользнула в комнату, за ней Колька затащил какие-то сумки, свертки.

— Здорово! — прогудел он. — Одевайся. Тут женщины займутся, а мы айда Андрею помогать — елку наряжать во дворе.

— Свет давай во двор, — командовала Катя, сбрасывая шубку. — Дров сюда, живее…

— Сейчас, сейчас, — растерялся Сергей. — Одну минутку. Всего одну… Дописать… Вот… — он взял ручку и только успел написать:

«Ко мне пришли друзья! С Новым годом!», как чьи-то теплые, дрожащие ладони прикрыли глаза. Сергей ничего не видел, поэтому последняя запись в егерском дневнике получилась неровной: «Конец!».

г. Барнаул, 1986 г.

ДИМКИНО ОЗЕРО

Повесть

I

Сегодня Петр Харитонов работал последний день перед отпуском. План завод сделал. Теперь все — теперь никаких препятствий. Сам мастер подошел и сказал:

— Все! С завтрашнего дня ты в отпуске, — и добавил, широко улыбаясь, свою любимую поговорку: — Гуляй, Вася…

Настроение у Петра радостное. «Степану нужно сказать», — вспомнил он и направился в соседний цех. Со Степаном Забаловым Петр познакомился случайно. И где? В городской бане. Отдыхали, так сказать, в первозданном виде, после парной на лавочке. У Степана даже после парной лицо было бледное, тонкое, не то, что у Петра — нос бульбой и словно кирпичом натертое. Почему он и полез в разговор, думал на Степана — врач или артист. Оказалось, работают они на одном заводе, только в разных цехах. Вместе пошли домой. Общих интересов оказалось много. Говорили о заводе, плане, начальстве… Что не понравилось Петру — Степанов тон: колючий, злой.

Потом почти каждую неделю встречались они в бане. Оба — любители березового веника, знали толк в нем и парились так, что никто другой не выдерживал.

Однажды, уже летом, распаренные, довольные шли они домой. У дворца культуры увидели новую модель «Жигулей», возле которой собрались любители. Подошли, потолкались. И Степан показал себя большим знатоком. Категорично высказался против низкой посадки кузова и замены рессор пружинами. Он особенно сильно нажимал на последнее.

А Петру машина понравилась. И когда они оторвались от толпы — похвастался, что на четвертый квартал ему по заводской очереди выделили автомашину.

— А «тити-мити» есть? — Степан выразительно потер пальцами.

— Немного не хватит, — признался Петр. — Тысячи полторы занять придется. Отпускные получу, премиальные… Нет, все равно не хватит, — вздохнул он. — Ну, ничего, перехвачу где-нибудь…

— А когда в отпуск собираешься?

— Положено уже, да мастер попросил. Запарка у нас в цехе. Новое оборудование устанавливаем, а план поджимает… Как план сделаем — так и «гуляй», Вася», — вспомнил он поговорку мастера.

— Ничего заявочки, — криво усмехнулся Степан. — А если не сделаете план.

— Как это? — обиделся Петр. — Должны.

— Должны, да не обязаны, — почему-то вспылил Степан. — А начальство для чего у вас? Зарплату получать?! Чем думали, когда установку нового оборудования планировали? Тьфу! — он ожесточенно сплюнул. — Патриоты, мать вашу… В начале месяца стоим, а в конце — ночей не спим… Так? — Он хотел еще что-то сказать, но заметив удивленное лицо Петра, сменил тему:

— Если хочешь, могу помочь — за отпуск тысчонку отхватишь.

— Калым? — спросил Петр. — Не люблю я этого дела.

— Почему не любишь? — опять вскинулся Степан. — Как деньги, так — давай, а вкалывать — пусть другие…

— Не надо! — возмутился Петр. — Вкалывать я не отказываюсь. Не в этом дело.

— А в чем? — Степан прищурился и желваки на скулах взбухли.

— Был раз в колхозе, автопоилки устанавливали, — вспомнил Петр. — В день по шестьдесят рублей обошлось на человека.

— Мало?

— Нет, чего там… Много. Поэтому и неудобно. На заводе за такую работу от силы по червонцу бы заплатили…

— «На заво-о-де», — передразнил Степан. — На что ты обижаешься? Колхознички тебе же и в ножки поклонились…

— Так-то оно так…

— А ты глаза зажмурь, — опять рассердился Степан и, помолчав, вдруг спросил: — У тебя какое образование?

— Десять классов, а что?

— Десять! А у меня институт за плечами. Диплом инженера-конструктора имею…

— Да ну? — удивился Петр. — А чего же ты?..

— А того! За сто двадцать рублей не разгибаясь целый день за чертежной доской сидеть? Благодарю. Лучше я у станка, да три сотни… И не клят, и не мят… А калым подвернется — в отпуск без содержания…

— Кто это тебе даст отпуск без содержания? — усомнился Петр.

— Дадут. Не дадут, так уволюсь. Хомут себе всегда найду…

Степан замолчал, молчал и Петр. Слышал он про таких — с высшим образованием. Но не верил. Зачем было человеку учиться? Он приглядывался к своему новому знакомому и терялся.

— Все высмотрел? — спросил Степан хмуро.

— Да нет, я ничего… — забормотал Петр.

— Сети умеешь ставить?

— Что? Сети? — растерялся Петр, так неожиданно менялся разговор. — Сети ставить дело не хитрое. Дед у меня рыбак был. Помогал я ему.

— Так вот, — Степан помолчал, пропуская вперед прохожего, и стал говорить, понизив голос: — Отвезу я тебя в отпуск на одно озеро. Сетей дам. Будешь ловить рыбу и отдыхать. Понял?

Петр отрицательно замотал головой.

— Во, чудак. Я же говорю — жить будешь как Робинзон Крузо. На свежем воздухе. Но в полном одиночестве. Даже Пятницы у тебя не будет.

— Кого? — не понял Петр.

Степан глянул на него, но разъяснять не стал.

— Лучше чем на курорте отдохнешь, и тысчонка твоя.

— Это что же, торговать? — воскликнул Петр. — Я свое продать не могу, а такое…

— Какое? — насторожился Степан.

— Ну… — Петр замялся, подыскивая слова помягче, и замолк, чтобы не обидеть.

Степан подождал немного и сказал твердо:

— Торговать не будешь. Ты ловишь — я забираю, и все. Остальное — не твой вопрос. Годится?

— Думать нужно, — поосторожничал Петр.

— Чего думать! Чего тут думать! — закричал Степан. — Солнце, свежий воздух, водные процедуры и за это еще и деньги… Смотри, как бы поздно не было. На такое дело любой…

— А рыбнадзор?

— Нет там рыбнадзора.

— Как это нет?

— Нет! Я отвечаю…

— Далеко? — спросил Петр.

— Близко ли, далеко — не твой вопрос. Я отвезу и привезу.

— А у тебя, что, машина есть? — заинтересовался Петр.

— У меня? Машина? — усмехнулся Степан. — Это уже третья. Понял? Третья. Да и ее в этом году менять буду.

Последние слова поразили Петра: «Третья! Надо же! А ведь мы с ним одногодки».

II

Домой Петр пришел задумчивый. Жена — Лида, подсела рядом, спросила:

— На работе что?

— Нет, устал немного, — соврал Петр. О предложении Степана решил Лиде не говорить. Еще может ничего и не получится. Зачем зря языком трепать? «Тысяча за месяц?! Ни в