Временный вариант - Владимир Борисович Свинцов

жизнь! — не верил он, что заработает такие деньги. — А если попробовать? Получится — не получится… Нет — так нет…» В принципе ему бы заняли недостающую сумму родственники. Не отказали бы. Но уж очень хотелось, чтобы сразу…

— Приляг, отдохни, — захлопотала Лида, с беспокойством поглядывая на мужа. Постелила на диване, сама ушла в другую комнату, плотно прикрыв двери.

Петр лежал уставившись в потолок и думал. Он слышал, как прибежал со двора Димка, как жена шикнула на него, и тот примолк. Потом они зашептались о чем-то. И тут Петру пришла в голову мысль, такая замечательная, что радостно ворохнулось сердце, и захотелось тут же поделиться ею.

— Димка! — крикнул он.

Дверь распахнулась сразу же, и сын — рот до ушей, заглянул в комнату.

— Чо, пап?

— На озеро со мной поедешь? — спросил Петр.

— Поеду! — подпрыгнул Димка. — А на какое?

— Ну, даешь, — засмеялся Петр. — Сначала — «поеду», а потом — «на какое». Поедешь или нет?

— Поеду! Поеду! Хоть на какое! — заорал Димка и запрыгал в диком танце.

«Вот и все! — облегченно вздохнул Петр. — Не заработаю, так хоть отдохну…»

— Папа, ну папа! — теребил его за рукав Димка. — А озеро как называется?

— Озеро?! — удивился Петр. Он как-то не подумал об этом. — Озеро, и все.

— Едем. Ура-а-а!

Теперь отступать было нельзя. Не только Димка, о нем и говорить нечего, но и Лида загорелась поездкой на озеро и начала капитальную подготовку. Об обещанной Степаном тысяче Петр так и не сказал жене, чего зря будоражить? Посмотрим, как дела пойдут. Главное — все вместе в отпуск.

Но назавтра Лида пришла с работы печальная и со слезами в голосе сообщила, что отпуск ей дадут только через две недели.

— Может, и у меня через две недели, — успокоил ее Петр. — А если что, приедешь попозже. Степан привезет.

Подготовка к поездке на озеро продолжалась, хотя и медленнее.

И вот — с завтрашнего дня отпуск!

Степана Петр нашел сразу. Не первый раз…

— С завтрашнего дня в отпуске, — известил он его.

— Да ну-у-у! — удивленно протянул Степан. — Это же здорово!

Они забрались за стоящий еще в упаковке станок. Степан не преминул ввести в курс дела.

— Четвертый год ржавеет, — похлопывая по упаковке, с каким-то торжеством сказал он. — Импортный. Золотом плачено.

— А ты куда смотришь, инженер?

Степан сузил глаза:

— Я просто рабочий. Ясно? Моя хата с краю. Мне что прикажут, — но тут же отвернул в сторону. — Ладно об этом. Все! Значит, так… Ночью, в три часа заезжаю. Ты должен быть готов. Понял? Сетей одиннадцать штук. Озеро глухое. Рыбнадзор не заглядывает. Можешь, работать спокойно. Вместо садков фитили возьмешь, в них больше входит. У меня их восемь. Так что все — о’кей! Свежая рыбка — полтора рубля килограмм — минимум. Ты спокойно ловишь, я каждую неделю к тебе приезжаю, и порядок. По тысчонке мы с тобой как с куста сорвем.

— Да, ладно уж, — выдохнул Петр и вспомнил Димкин вопрос, спросил: — А озеро как называется?

— Чего? — удивился Степан. — А зачем тебе? Озеро и озеро. Без названия оно.

«Говорить не хочет. Скрывает», — понял Петр.

А Степан развивал мысль дальше:

— Если тебе и этих денег на машину не хватит, мою тысчонку возьмешь. Без всякого стеснения — через год отдашь. Если стесняешься, то считай, что она у тебя как на сберкнижке. На срочном вкладе. Три процента. Понял? Тушенка есть?

— Десяток банок достал.

— Хватит.

— Так я же с сыном, — виновато потупился Петр.

III

Ночью Петру приснился сон. Будто приехали они со Степаном на озеро, а рыбы там на самом деле — кишит! Из сетей она сыпется серебром. Растет ворох! Растет!.. Рыбы все больше, больше… Петр устал ее таскать, задыхается. Поднял самую крупную рыбину, самую тяжеленную, несет. Вдруг, глядь — рыбнадзор навстречу. Нет как будто никого, а чувствует Петр — рыбнадзор. Бросил он рыбину и бежать, а рыбина за ним, да как гавкнет, ну что овчарка, которая этажом выше живет… Ахнул Петр и проснулся.

Расстроенный нелепым сном, поднялся с постели, глянул на часы — два. Целый час еще. Заглянул в комнату сына. Димка сидел одетый.

— Ты чего? — удивился Петр.

— Пора уже? — вскинулся тот.

— Нет. Целый час еще, спи. Разбужу.

— Пап, а пап?

— Чего?

— А там лес есть?

— Наверное есть, — Петр повернулся уходить.

— Папа, настоящий?

— Ну, а какой же?

— И птицы в нем есть, и звери?

— Конечно, какой же лес без зверей и птиц. А зачем тебе?

— Посмотреть, как они бегают…

— Во, дает! — искренне удивился Петр. — Ты что, в зоопарке не был?

— Так то в зоопарке, — протянул неуверенно Димка.

— Ладно, спи, — Петр вернулся в спальню. Лег.

«Не нравится ему в зоопарке. Ишь ты! А что, ведь на свободе они совсем другие… Надо бы Димку в деревню свозить, — подумал он и тут же возразил: — Куда? К себе на родину, в Береговое? Там ни одной избушки не осталось. Все снесли. Всех на центральную усадьбу переселили… — Петр заворочался с боку на бок, засопел сердито и, почувствовав вину, мысленно оправдался: — Беру же его с собой. А машину куплю — везде повожу, все покажу…»

Петр стал уже дремать, когда за окном раздался короткий сигнал автомобиля. Осторожно, чтобы не разбудить соседей, снесли вещи. Уселись. Петр на переднее сиденье, Димка — на заднее. Лида, прежде чем захлопнуть дверцу, поцеловала сына, прижалась к небритой щеке мужа.

— Счастливо.

Петру стало жаль ее, и почему-то расхотелось ехать, но Степан тронул машину.

«Москвич» выкатился за город, взобрался на гору, бодро простучал по настилам деревянного моста и заскрипел кузовом, застонал рессорами, свернул на лесную дорогу. Петр попытался задремать, но сон не шел. Он оглянулся на сына. Тот, поблескивая в темноте глазами, смотрел на обступивший дорогу лес, освещенный светом фар.

— Не спишь? — спросил Петр.

Димка досадливо мотнул головой.

Отношения отца с сыном были просты. Воспитанием Димки, в основном, занималась мать. Отец — так, для порядка изредка шлепал тяжелой рукой по мягкому месту. Не до этого… На работе наволтузишься, да и дома — то полку какую сгондобить, то балкон совершенствуешь, да и «козла» забить, — а что? Телевизор не всегда досмотришь. На середине кино сон смаривает…

— Ты сразу, — прервал его мысли Степан, — как приедем — лодку накачивай и сети ставь. Это главное. Ни одного часа упускать нельзя. Я сразу назад, к «барахолке» успеть нужно.

«Интересно, что ты там продаешь?» — подумал Петр, но спросил другое.

— Так как насчет рыбнадзора? Только честно.

— Да ты что?! — закричал Степан. — В такую глушь… Может, раз в два года… Нет, я тебе верно говорю! Работай спокойно…

«Нервничает. Или