Кукольный лес - Саския Калден

Сегодня за обедом мы говорили о расследовании. Я рассказала Николасу о сыне Болте, о допросе Виккерта, сказала, что Лотшек мертв. Он подбадривал меня не сдаваться в отношении Виккерта.

Я сглатываю. Николас закончил разговор. Его кресло скрипит: он встал. Внезапно меня охватывает страх, что он обнаружит меня здесь. Может, то, о чем я думаю, – вообще неправда. Может, все это лишь плод моего воображения. Глупое, глупое совпадение.

Я уже хочу развернуться и исчезнуть, как вдруг дверь открывается. Словно Николас почувствовал, что я стою за ней.

– Эй, – говорит он слишком нежно для того, кто изменяет. – Ты искала меня?

– Да так, не важно, – говорю я, отмахиваясь. – Я искала свою зарядку. Но вспомнила, где она.

Мы стоим друг напротив друга. Словно два лжеца, отлично владеющие своим ремеслом.

– Ты сегодня довольно рано дома, лишь половина пятого.

– Да, – говорю я. – Мне нужно немного отвлечься.

– Могу заказать что-нибудь из греческой кухни.

– Хорошая идея, – на автомате отвечаю я, разворачиваюсь и иду на кухню.

В груди все сдавило, словно ее сжали тисками. Я на секунду закрываю глаза и тихо выдыхаю.

Николас следует за мной.

– Я тут еще раз подумал. О твоем деле.

– И? – спрашиваю я, притворяясь заинтересованной, в то время как внутри все противится этому.

– У Болте тоже мог быть мотив убить родителей Джессики.

– Болте? – Мой голос дрожит. Чувствую, что словно ступаю по тонкому льду.

– Из мести, потому что ее отец засадил его сына за решетку. Когда кто-то испытывает такую ненависть, он способен на все.

Я киваю, но ничего не отвечаю. Мы пришли на кухню. У меня пересохло во рту. Достаю из шкафа стакан и наливаю воды. Чувствую Николаса за спиной. Не могу поверить, что он мне изменил.

– Что-то не так? – спрашивает он.

– Нет. – Я поворачиваюсь к нему. – Просто думаю. О Болте.

Я поджимаю губы и хмурю брови, словно всерьез обдумываю его подозрение.

Николас улыбается и выглядит довольным. Потому что верит, что ему удалось повлиять на меня? Как и в последние несколько дней?

– Так что тебе заказать? – Он достает свой телефон. Мне нужно время, чтобы найти ответ на его вопрос. Мои мысли и чувства сейчас где-то в другом месте. Я не могу думать о еде.

– Слоеный пирог с фетой и овощами, как обычно? – спрашивает он.

– Да, звучит неплохо. – Моя улыбка похожа на маску.

Николас смотрит на меня несколько секунд, затем набирает номер греческого ресторана и делает заказ.

– Через четверть часа. Хорошо, спасибо.

Он кладет трубку, убирает мобильный в карман брюк и подходит ко мне. Я едва не отстраняюсь.

– Я поехал, – говорит он и целует меня.

Я позволяю Николасу поцеловать себя, стараясь ни о чем не думать.

– До скорого.

Я жду на кухне, пока он надевает обувь и куртку. Дверь захлопывается, и я мгновенно выдыхаю все накопившееся напряжение.

Наверняка я просто ошибаюсь и поступаю с ним несправедливо. Неужели не может быть простым совпадением то, что у Малены был такой же брелок? Я достаю его из кармана брюк, кладу под лампу на столе и снова рассматриваю. В левом верхнем углу эмали застыл маленький пузырек воздуха. Как на том, что я выиграла в лотерее. Тогда я заметила этот изъян, но не придала значения, ведь, в конце концов, важен был смысл. Теперь же он буквально бросается мне в глаза. Может, Николас потерял его, а Малена случайно нашла? Нет, что это уже за случайность такая?

Я вспоминаю то время, когда мне было так плохо из-за дела об убийстве ребенка. Это было шесть лет назад и длилось больше года. Я была занята лишь собой и даже не заметила бы, если бы Николас мне изменял. Малена была на девятом месяце беременности, когда исчезла пять лет назад. Могло ли быть так, что он был ее любовником? А Клара – его ребенком?

Мне становится плохо. Я держусь за раковину. Николас всегда хотел ребенка. Как и я. Но что, если…

Эта мысль грызет меня. Она не дает покоя. Я открываю кухонный ящик, отрываю пакет для заморозки от рулона и иду в кабинет Николаса.

Взгляд падает на дырокол на столе. Если отпечатки пальцев совпадут с теми, что на конверте Малены, я буду знать наверняка. Надеюсь, я ошибаюсь.

Я выворачиваю пакет наизнанку, натягиваю его на дырокол и завязываю открытый конец узлом.

За раздвижными дверцами Николас хранит папки со счетами и банковскими выписками. Я достаю ту, что с данными пятилетней давности, кладу ее на стол и пролистываю выписки.

Я чувствую, что меня вот-вот стошнит курицей, которую ела в обед. Николас приготовил ее. Специально для меня. Чтобы я держала его в курсе? Чтобы думала, что он сожалеет о нашей ссоре? Он требовал, чтобы я оставила дело!

Внезапно в глаза бросается строчка в банковской выписке. Списание со счета из Франции. Отель «Корона». Бронирование.

Мой пульс учащается. Я смотрю на дату. Это было в марте, за девять месяцев до исчезновения Малены. В то самое время, когда мне было плохо. Я переворачиваю страницу. Еще один заказ из отеля. Всего две недели спустя. Николас никогда не говорил мне, что ему нужно во Францию.

Пальцы прилипают к бумаге. Я лихорадочно перелистываю страницы, едва не вырывая их из папки от злости. Я нахожу по меньшей мере шесть бронирований. Всегда с интервалом в одну-две недели. Затем довольно долго – ничего.

Я смутно помню какой-то тренинг, который Николас посещал для своего стартапа. Но обучение проходило в Швейцарии, а не во Франции. По крайней мере, так он мне сказал.

Я чувствую слабость. Сажусь на стул, кладу дрожащие пальцы на бумагу и продолжаю листать дальше.

Внезапно у меня перехватывает дыхание. В декабре, за три недели до исчезновения Малены, – снятие наличных.

Семь тысяч пятьсот евро.

Цифры расплываются перед глазами. Я закрываю рот рукой. Пальцы леденеют.

– Не может быть, – шепчу я.

Я не могу в это поверить. Я не хочу в это верить.

До меня доносится тихий шум. Входная дверь захлопывается. Я смотрю на часы. Почти шесть. Это Николас. Он уже вернулся.

Я быстро закрываю папку и кладу ее обратно в шкаф. Закрываю раздвижную дверцу. Где же дырокол?

– Дорогая? – зовет Николас.

Я хватаю дырокол, хочу быстро спрятать его и тут внезапно вспоминаю. Боже мой. Брелок. Он все еще лежит на кухонном столе.

Глава 56

Николас уже на кухне – ставит пакет с едой на стол.