Искатель, 2012 № 11 - Журнал «Искатель»

— Мой мальчик, — с ласковой насмешкой ответил ему Лунь, — мы все опасны. Упырь сказал: «война». А почему? Сколькие встанут под его знамена? Одни из страха, другие из выгоды, третьи увидят идею. Но Чоренов вынуждают к войне. Химера же этого жаждет. Другие дома ослабнут и тем самым освободят дорогу ее сыновьям. Ты молод и, может быть, поэтому хочешь войны. Молодость живет мечтами, надеется выиграть. Старость тоже живет мечтами: мечтами увидеть правнуков. Поэтому я говорю: подождем!

— Подождем, — вздохнули другие.

Я провела дурную ночь. Липкий кошмар, где я на алтаре совокупляюсь с козлом, а потом его теплая, густая кровь течет мне в горло, пачкает белое платье, преследовал до утра. А когда я просыпалась, то воспоминания уносили в пещеру, всё к тому же алтарю. Не будь я Чорен, то уже рыдала бы над несправедливостью судьбы. Не думайте, что я раскисла или была оскорблена общим стремлением причинить мне вред. Ну что вы! Я с детства научилась не обращать внимания на подобные мелочи. С пеленок меня учили выживать. А поддержка и доверие — вещи случайные, зависящие от каприза судьбы.

Утром настроение мое не улучшилось. Как обычно, я неторопливо шла на репетицию и больше смотрела под ноги, чем по сторонам, поэтому не заметила, как меня окружили фигуры в черных плащах. Оглянулась — бежать некуда. Шанс на спасение упущен. Что же делать? Удары судьбы нужно принимать с достоинством. Я гордо выпрямилась и молча смотрела на них. Они почему-то тоже молчали. Как глупо! Нечто похожее случалось, когда наших юных актеров сбивала неожиданная реплика. Неужели они предполагали, что я буду умолять испуганным голосом о пощаде?

Между тем пауза затягивалась веревкой на шее.

И вдруг за их спинами возник Чорт.

— Пиф-паф! — сказал он, и воздух взорвался оглушительным треском шутих.

Я присела и заткнула уши. Проделки брата не новы для меня. А черные плащи испуганно прыснули во все стороны и исчезли из виду раньше, чем последняя искра погасла в воздухе.

— Откуда ты взялся?!

— Отец попросил за тобой присмотреть. Он подумал, что может быть нападение, и, как видишь, не ошибся.

— А почему он так подумал?

— Сейчас в Совете с ним многие не согласны, — легко объяснил он. — Бесик и ты уязвимы. Бесик дома, под присмотром... Я провожу тебя домой после репетиции.

Я не возражала.

Он сидел в зале — и проводил время, по-моему, неплохо. Девчонки, и даже Победа, как ума лишились. В ответ на мое замечание он только рассмеялся.

— А я ведь тебе ничего не говорю, когда этот невежа Оберон лапает тебя у всех на глазах!

— Это понарошку!

— Я тоже понарошку.

— А я знаю, куда ты ходил вчера!

— Вот как!

Я искоса бросила взгляд на Чорта — он улыбался.

— Нас вчера так некстати прервали...

— Хорошая попытка, Мариша, но я тебе больше ничего не скажу.

— Раньше ты был готов это сделать, а у меня даже не было такого козыря на руках!

— Ну, это в прошлом.

— Тебе папочка приказал молчать?

Чорт кивнул.

— А если я расскажу мамочке с папочкой...

— Лицемерка! Не трудись, Мариша. Ты им в любом случае расскажешь, что я встречался с Сиреной.

— Но ты мог попытаться отговорить меня, подкупить...

— Не стану. Отец заранее отпустил мне все грехи.

— А мамочка?

— Убежден, он найдет способ договориться с ней.

Он проявил алмазную твердость.

Это нелепое покушение произвело на домашних тягостное впечатление. Все как-то сникли и разбрелись по своим углам, даже Бесик не заглянул ко мне вечером. Я долго слушала, как папочка то встает и меряет шагами библиотеку, то садится в кресло, но спустя пять минут опять вскакивает. Это раздражало невыносимо. Я хотела сказать ему, чтобы шел на улицу прогуляться, и встала с места. Вдруг что-то залетело через открытое окно и, звякнув, упало на пол. Я нагнулась и подняла стеклянный пузырек. К нему была привязана записка печатными буквами.

ВЫПЕЙ И БЕГИ!

Лаконично. Анонимно. Таинственно.

Дверь с грохотом сорвалась с петель. В клубах сизого дыма возник Чорт. Он взял себе за правило действовать эффектно — что и говорить, у него получалось.

— Она здесь! — крикнул Чорт.

С лестницы доносился топот. Кажется, весь дом бежал сюда.

— Отдай! — Он выхватил пузырек из рук и протянул запыхавшемуся папочке, из-за спины которого выглядывала мамочка.

— Тебе не говорили, что невежливо и опасно вот так врываться в чужие комнаты?! — возмутилась я.

Папочка вытащил пробку и понюхал.

— Оборотное зелье. Мариша, кто его тебе дал?

— Не знаю, я не видела. Его закинули через окно, — честно призналась я.

По-моему, папочка не поверил и нетерпеливо тряхнул головой, даже не дослушав.

— Я видел какого-то мальчишку, — услужливо сказал Чорт. — Он убегал от дома в сад.

Я удивленно взглянула на брата. Правда? Объявился тайный поклонник, который вот таким оригинальным способом хочет выкрасть меня?

— Вот как! — протянул папочка. — Мариша, я же просил тебя не заводить друзей, от них одни неприятности, а ты всё как ребенок!

Я не сочла нужным отвечать на эти нелепые обвинения и просто повернулась к нему спиной.

— Мариша, своей родительской властью я запрещаю тебе покидать комнату.

И он сотворил заклинание. Очень мило! Впрочем, я никуда не собиралась сегодня.

— Чорт, прибери за собой, — велел он.

— Милая, я велю принести торт со взбитыми сливками, — сказала мамочка на прощанье. — За ужином ты его не попробовала, а сегодня он особенно удался.

— Спасибо, мамочка!

Чорт, на этот раз без всяких фокусов взмахнув палочкой, поставил дверь на место и осторожно закрыл ее за собой. Уходя, он оглянулся, и глаза его были загадочны.

Оставшись одна, я вынула припрятанную записку и перечитала еще раз. Эта записка и