Приглашение на убийство - Колин Кэмбридж

приятно видеть вас здесь, – он улыбнулся, беря ее затянутую в перчатку руку в свои и поднося к губам для легкого поцелуя. Роскошные черные усы Джона Бхатта были почти столь же великолепны, как усы Пуаро, и, когда кончики его идеально ухоженных и слегка навощенных усов коснулись тонкой ткани ее перчатки, она ощутила легкую дрожь. Филлида регулярно и с удовольствием встречалась с доктором в единственном баре поселка Листли, хотя их отношения не продвинулись дальше теплой дружбы… Так решила она сама.

– Это должно быть нечто. Приглашение на убийство! – воскликнул доктор на превосходном английском, лишь с легким отзвуком его родной Индии.

– Это действительно необычно, – ответила она с улыбкой.

Лакей, едва достигавший ее плеча, прошел мимо с подносом напитков. Филлида взяла мартини с двумя оливками и сделала глоток, продолжая беседовать с доктором Бхаттом. В холле стоял негромкий гул голосов – очевидно, все ждали, когда начнется представление.

Что и произошло спустя несколько минут.

На балконе над холлом появились мужчина и женщина.

– Добрый вечер! – громко провозгласил мужчина, драматично взмахивая рукой. Для полноты образа ему не хватало только развевающегося плаща. – Добро пожаловать в Бичем-хаус. Меня зовут Клифтон Уоксли, а это моя прекрасная жена Беатрис. – Он сделал паузу и с улыбкой на губах ждал, когда все замолкнут.

Пауза позволила Филлиде рассмотреть Уоксли. На вид ему было лет сорок, аккуратные светлые усы гармонировали с густой, почти львиной гривой волос, оставлявшей открытым лицо с резкими чертами и спадавшей на плечи. На пальцах поблескивали массивные кольца – слишком много колец, по ее мнению, – а его манера говорить напоминала циркового конферансье: такой же громкий, дерзкий, возбужденный голос… и все же создавалось впечатление, что он просто играет определенную роль, что не на публике он ведет себя как спокойный, уравновешенный человек. Хотя чересчур пышная грива волос и крупный нос не позволяли назвать его красивым, внешность мистера Уоксли притягивала внимание окружающих. Стоящая рядом женщина выглядела как кинозвезда – высокая, стройная, с кричаще-рыжими, почти алыми, волосами. Филлида считала себя экспертом в распознавании оттенков рыжих волос, поскольку ее собственная шевелюра обладала поистине уникальным цветом. Но ярко-рубиновая прическа миссис Уоксли определенно не была создана естественным путем.

Похоже, женщина специально выбрала такой ослепительно-яркий цвет, потому что для нее находиться в центре внимания было так же комфортно, как и для ее мужа. А он взял ее руку в перчатке, притянул к себе и, обняв, снова заговорил:

– Как я уже сказал, добро пожаловать в Бичем-хаус. Наслаждайтесь моментом… потому что ровно в семь часов кто-то из присутствующих умрет.

И с этими словами он повернулся и вместе с миссис Уоксли исчез с балкона.

Глава 3

– Господи, – пробормотала себе под нос Филлида, с трудом сдерживаясь, чтобы не закатить глаза, – прямо театральное представление какое-то!

Гости, столпившиеся под балконом, возбужденно зашумели, а затем все как один повернулись к стоявшим в углу большим напольным часам.

Часы показывали без шестнадцати минут семь.

– Довольно оригинальный способ представиться новым соседям, – заметил Джон, дергая себя за великолепный ус.

– Да уж… – ответила Филлида, теперь вполне уверенная в том, что сегодняшнее мероприятие – не более чем игра или любительская постановка.

Гости тоже немного успокоились и терпеливо ждали, когда часы пробьют семь, обмениваясь любезностями, перебрасываясь замечаниями об убранстве дома, обсуждая марки вин и делясь своими новостями.

Внезапно воздух прорезал ужасный крик. Стоявшая рядом с Филлидой женщина испуганно вздрогнула и инстинктивно прижала руку к груди, расплескав свой мартини. На несколько мгновений воцарилась напряженная тишина, нарушаемая лишь чьим-то низким бормотанием. В миг, когда часы пробили семь, двустворчатые двери, ведущие внутрь дома, распахнулись.

Комната, открывшаяся за дверями, была погружена в темноту, но внезапно, будто в театре, зажегся свет, и все увидели изысканно обставленную гостиную, где в немой сцене замерли пятеро. По толпе пробежал сдержанный смешок, но тут гости увидели шестого актера, лежащего лицом вниз посреди комнаты.

Из его спины торчал клинок.

Филлида услышала, как Вера Роллингброк со смехом прошептала мужу: «Это он так заорал, что ли?!», и попыталась протиснуться поближе.

Никто, включая Филлиду и, по-видимому, миссис Роллингброк, не верил, что перед ними лежит настоящий покойник. Более того, приглядевшись, Филлида узнала в человеке, изображавшем жертву убийства, самого мистера Уоксли. Хоть его лица не было видно, Филлида легко опознала длинные волосы, изящный костюм и кольца на его сведенных предсмертной судорогой пальцах.

Ну а кто издал тот душераздирающий вопль… Это мог быть любой из пяти актеров, застывших перед ними в гостиной. Каждый держал в руках какой-то предмет, и все они выглядели так, будто их застали врасплох посреди званого вечера. С выражением ужаса на лицах они рассматривали лежавшее перед ними тело.

– Боже правый! – воскликнул один из пятерых участников представления. – Он и правда не дышит!

– Вы правы, – раздался бестелесный голос, который Филлида опознала как принадлежавший мистеру Трайфлу. Гости обернулись и увидели дворецкого, стоявшего на небольшом возвышении в прихожей. – Мистер Уэнделл Боуингтон действительно мертв, заколот ножом в собственной гостиной. Но кто мог совершить подобное злодеяние? А как думаете вы, уважаемые гости? Может быть, виновен его родной брат, Дермот Боуингтон, снедаемый завистью к богатству и высокому положению родственника?

Гости перевели взгляды обратно: один из пятерых участников немой сцены как будто ожил и начал важно расхаживать по комнате, качая тростью и прихлебывая темный напиток в бокале. Видимо, он изображал Дермота Боуингтона.

– Или это сделала юная и прекрасная жена мистера Боуингтона, Катерина, с которой он недавно поссорился?

Одна из двух женщин, в которой Филлида без труда узнала миссис Уоксли с ее ненатуральной рыжей шевелюрой, тоже ожила и поднялась со стула, на котором сидела. У нее в руках был жемчужно-белый перламутровый веер, которым она грациозно обмахивалась, глядя на своего «покойного супруга» широко раскрытыми, испуганными глазами.

Мистер Трайфл продолжил, представляя гостям других подозреваемых.

– Или это бывший деловой партнер мистера Боуингтона, Оскар Чарльз? Он также мог совершить это чудовищное убийство. Между партнерами произошла размолвка, и они лишь недавно помирились… или нет?

Второй мужчина, с явно накладными усами, пришел в движение и поднял бокал, чтобы отпить виски. Он поправил пенсне и окинул всех высокомерным взглядом, а затем снова замер.

– И все знали, что миссис Хилари Чарльз не особо жаловала старого друга своего мужа.

Хилари Чарльз сделала вид, что затягивается сигаретой в длинном агатовом мундштуке, глядя на бутафорский труп с пренебрежительной усмешкой.

– И, наконец, Лионел Макгэвити, давно пропавший брат миссис Боуингтон, прибывший в поместье Боуингтон сегодня утром. Могло ли