Звезда пустыни - Майкл Коннелли

—Дай мне посмотреть на медальон и лупу,—сказала она.

—Можно мне трогать это?—спросила Хаттерас.

—Уже можно. Принеси это мне.

Хаттерас принесла ей оба предмета. Бэллард снова воспользовалась лупой, чтобы внимательно рассмотреть лицо на фотографии с медальоном, а затем снова повернулась к компьютеру, чтобы провести сравнение.

Она была уверена, что смотрит на разные фотографии одного и того же молодого человека. На одном снимке он улыбался, на другом —выглядел мрачным. Она встала и жестом пригласила Хаттерас пересесть на свое место. Она протянула ей увеличительное стекло.

—Коллин, посмотри на снимок на экране и сравни его с фотографией в медальоне,—сказала Бэллард. —Скажи мне, что это не тот же парень.

Хаттерас трижды переводила взгляд с экрана компьютера на медальон и обратно, прежде чем вынести вердикт.

—Один и тот же,—сказала она.—Определенно.

—Хорошо, дай мне подойти к компьютеру,—попросила Бэллард.

Хаттерас вскочила, а Бэллард быстро вернулась на свое место. Она щелкнула по фотографии на экране и открыла данные об осужденном убийце. Его звали Хорхе Очоа, ему было тридцать шесть лет, и он отбывал пожизненное заключение за убийство своей подруги Ольги Рейес.

—Хорхе Очоа,—сказала Бэллард. —Он мог бы американизировать это имя. Использовать имя Джордж.

—Отлично, —сказала Хаттерас.—Думаю, ты права.

Бэллард записала номер дела и имена жертвы и подозреваемого. В выписке также указывалось место совершения преступления— Риверсайд-драйв в Вэлли-Виллидж. Это было дело отдела полиции Северного Голливуда.

В выписке не было фотографий с места преступления, а подробности были ограничены. Причиной смерти жертвы была указана травма от удара тупым предметом, но это была общая классификация. Бэллард понадобилась книга убийств из дела, чтобы подтвердить, что она связана с предметами, найденными в выброшенной коробке.

—Коллин, я собираюсь в Долину, чтобы заняться этим делом,— сказала Бэллард.—Сегодня я не вернусь.

—Можно мне поехать с тобой?—попросила Хаттерас.— Я чувствую, что я имею к этому какое-то отношение, что бы это ни было.

—Ты действительно имеешь к этому отношение. Ты проделала хорошую работу. Но это полевая работа, а твоя работа—это работа СГГ. Увидимся завтра, если ты придешь. Тогда я сообщу тебе последние новости.

—Я буду здесь.

—Хорошо, отлично. И великолепная работа, Коллин. Спасибо тебе.

Бэллард быстро сложила ноутбук и файлы в рюкзак, схватила со спинки стула куртку от "Ван Хойзен" и направилась к выходу, оставив Хаттерас смотреть ей вслед.

Дойдя до парковки, Бэллард достала телефон и снова позвонила Гарри Босху. Он снова поприветствовал ее, попросив всех звонивших оставить сообщение.

—Гарри, это снова я. Где ты? Кажется, я знаю, кому принадлежала белая ночная рубашка. Перезвони мне, как только получишь это сообщение.

Она убрала телефон и запрыгнула в свою машину.

46

Поездка из Майами в Ки-Уэст по Оверсиз Хайвей заняла четыре часа. По пути попадались в основном мотели для семей с детьми, рестораны, фабрики по производству сандалий, магазины модных футболок и сувениров, и все это перемежалось длинными мостами через поразительно бирюзовую воду, в которой бриллиантами отражалось солнце. Босх прибыл в Майами накануне поздно вечером, взял напрокат машину и добрался до Ки-Ларго, прежде чем заехать на стоянку мотеля со светящейся неоновой вывеской "Открыто" и отключиться на всю ночь.

Сейчас было утро, и он планировал добраться до Ки-Уэста к полудню и начать поиски Финбара МакШейна. Отправной точкой должно было стать полицейское управление Ки-Уэста. Он не звонил заранее и не договаривался о встрече. Ему нравилась идея о том, чтобы приходить вслепую.

За Марафоном из-за аварии на мосту Севен-Майл дорога заняла почти час. Было уже около часа дня, когда он заехал на парковку ПДКУ[34]. Когда Босх вышел из проката, его поврежденное колено ныло и пульсировало от долгой поездки. Он не принимал никаких обезболивающих, потому что хотел быть начеку за рулем, но теперь открыл багажник, расстегнул молнию на спортивной сумке, которую взял с собой в Лос-Анджелесе, и проглотил две таблетки Адвила. Он надеялся, что Адвил окажется достаточно сильным и вскоре уменьшит боль.

Здание полицейского департамента было выкрашено в оранжевые и розовые пастельные тона. Стойка регистрации на самом деле представляла собой наружное окно, за которым сидел полицейский за стойкой. Босх ждал на солнце, стоя вторым в очереди за мужчиной, который спрашивал, как сообщить о краже велосипеда. Босх почувствовал, как его кожа покрылась влагой. Воздух отяжелел даже в легких.

Наконец подошла его очередь, и Босх, прихрамывая, подошел к окну, протягивая свой значок. В стекло были вмонтированы динамик и микрофон.

—Здравствуйте, —сказал он.—Я работаю в отделе нераскрытых преступлений Департамента Полиции Лос-Анджелеса. Я здесь по делу и хотел бы узнать, могу ли я поговорить с кем-нибудь из отдела по розыску пропавших без вести.

Стекла были тонированы почти так же, как задние стекла лимузина. Босх с трудом различал очертания человека, сидевшего с другой стороны, и не мог сказать, с кем он разговаривал —с мужчиной или с женщиной.

В динамике раздался мужской голос.

—Нераскрытое дело о пропавших людях? —спросил он.

—Э-э, нет, —ответил Босх.—Но я думаю, что детектив по розыску пропавших людей сможет помочь мне найти человека, которого я обнаружил здесь.

—А как вас зовут?

—Гарри Босх.

—На этом значке было написано, что вы в отставке?

—Так и есть. Я работаю следователем-волонтером. Раньше, когда я работал в департаменте, я занимался нераскрытыми делами. Они попросили меня вернуться после того, как я вышел на пенсию.

—Хорошо, я перезвоню туда. Если вы не возражаете, отойдите от окна, чтобы другие могли подойти.

—Нет проблем.

Босх отошел от окна и разместился с левой стороны. Он повернулся, огляделся вокруг и увидел, что больше никто не ждет, чтобы выйти вперед.

Медленно протянулись пять минут. Он прислонился к стене рядом с окном, чтобы снять нагрузку с колена. Таблетки, которые он принял, еще не уменьшили боль.

Больше никто не подходил к окну, а человек за ним ничего не сказал Босху. Босх почувствовал, что рубашка у него на спине начинает липнуть от пота. Он снял спортивную куртку и перекинул ее через руку.

Наконец раздался металлический лязг открывающейся тяжелой двери, и Босх увидел, как мужчина в рубашке цвета гуаябера вышел, но придержал дверь открытой. Рубашка едва скрывала, что у мужчины на поясе пистолет и значок.

—Полиция Лос-Анджелеса?—спросил он.

—Это я, —ответил Босх.

—Входите.

—Спасибо.

Он протянул руку, когда Босх подошел к двери.

—Кент Осборн.

Босх пожал ему