Современный зарубежный детектив-14. Книги 1-22 - Себастьян Фитцек

вокзала после фортепианной репетиции в часовне. Дождь шел не переставая, капли стекали по пальто. Внимание привлекла большая группа колядующих на ступенях городской администрации. Свернув в ту сторону и восхищаясь стойкостью коллектива перед непрекращающимся ливнем, Пэм наблюдала, как певцы затянули гимн, сбились и снова начали с первых строк. Оживленный хор состоял из представителей нескольких групп: сотрудниц парикмахерских; девочек-скаутов в цветных плащах, ярких трико и блестящих масках; исполнителей из паба «Лиса и гусь», неясно к какой сфере принадлежащей буйной стайки парней в костюмах животных.

На вкус Пэм, ряженых собралось слишком уж много. Она неодобрительно оценила количество масок. Скауты хотя бы закрывали лишь глаза, в отличие от пухлого Санты в рядах выпивох в красных колпаках из паба «Лиса и гусь». Глянцевая пластиковая личина с выступающими розовыми щеками и чрезмерно пышной бородой полностью прятала певца. Пэм раздраженно покачала головой, уверенная, что ряженый толстяк даже не открывает рот.

На следующий день Ди направлялась домой по набережной после особенно чудесного кинопоказа «Встреть меня в Сент-Луисе». Длинный ряд пустых скамеек смотрел на обширную гладь моря. Когда не было облаков, луна проливала серебристый свет на низкие волны, отчего вода окрашивалась всеми оттенками индиго. Но сегодня в небе висело плотное серое одеяло туч, которые обещали – или угрожали, в зависимости от точки зрения – разразиться снежной бурей.

В сознании Ди еще мелькали отрывки просмотренного фильма, но вскоре мысли переключились на Джесси и возможные последствия возвращения темной фигуры из ее прошлого. Не все сестры Лавдей славились своей осторожностью. Следовало ли им защищать друг друга, как героиням кино, ведь возмездие – скользкая дорожка? Словно мысли могли материализоваться, Ди увидела в желтой арке уличных фонарей певцов из паба и собрание пожилых людей в креслах-колясках с сопровождающими.

Тихую ночь едва тревожила гармоничная мелодия одноименного гимна. Ди изучила лица исполнителей и поняла, что среди них по-прежнему присутствует обидчик сестры. А также ряженый в топорно сделанной маске Санта-Клауса с глянцевыми розовыми щеками и сплошной белой бородой. Покачав головой, Ди прошла мимо, ничего не положив на жестяной поднос для сбора денег.

Дома, вешая пальто, она учуяла запах свежей выпечки, которую сестры готовили к грядущей вечеринке в канун Рождества. Помимо пары с верхнего этажа Пэм пригласила Майкла, «друга» из церкви. Все с нетерпением ждали знакомства с ним. Впорхнув на теплую кухню, Ди угостилась булочкой с сосиской, протянув с набитым ртом:

– М-м, вкуснота!

И как только сестре удавалось испечь нечто настолько потрясающее? Настоящий талант! Однако когда Ди попыталась схватить вторую булочку, то получила по запястью от Пэм.

– Эй, попробовала, и хватит! А то другим ничего не достанется. Это любимое лакомство Дебби. Она очень расстроится, если ты сейчас все съешь.

– А Майклу тоже нравятся булочки и сосиски? – спросила Ди.

Если Пэм и различила непристойный намек, то предпочла его проигнорировать, ответив:

– Ему нравятся религиозные гимны и крепкий чай. У нас в достатке и того и другого, даже если выпечка закончится.

Вечером двадцать третьего декабря Джесси, как всегда, в последний момент подыскивала подарок и пыталась воспользоваться по максимуму распродажей на городской ярмарке, приобретя несколько предметов: автоматическую моталку для пряжи себе и близняшке, заказанную в галантерейном отделе, и коробку с шоколадными сладостями из кондитерской, чтобы поделиться с сестрами в благодарность за их поддержку в последние недели. Пэм присоединилась к Джесси, когда та, колеблясь, стояла на площади перед продуктовым магазином и пыталась вспомнить, хватает ли дома сыра.

– Больше не покупай, – предупредила Пэм. – Иначе у нас он из ушей полезет. Завтра вечером соберутся только несколько друзей, а не пятитысячная орава.

В этот момент на площадь из-за угла вывалилась шумная толпа. В ней отчетливо выделялись несколько певцов, включая бегущих вприпрыжку девочек-скаутов, которые нарядились супергероинями, как сообщила Джесси своей менее вовлеченной в дела мира сестре, после чего заметила с ноткой сожаления:

– Наверное, идут с битвы хоров.

Они с Джейкобом всегда вместе ходили посмотреть финальное выступление на пирсе. Там царил особый дух: голоса далеко разносились над водной гладью, сын стоял рядом. Он тоже ценил эти моменты и часто наклонялся к матери, обнимая ее. Она отчасти надеялась, что он приедет домой и в нынешнем году, если не на Рождество, то хотя бы на хоровой концерт. Однако учитывая обстоятельства, даже лучше, что этого не случилось, в итоге решила Джесси.

– Там народу было как сельдей в бочке, – прокомментировала Пэм, используя фразеологизм, который приберегала для описания особенно людных столпотворений, в которых она не хотела участвовать.

С другой стороны площади под увитой гирляндами елкой стояла Ди. Она помахала сестрам, подзывая к себе.

– Некоторые из певцов решили устроить здесь импровизированное выступление на бис. Места тут точно больше, чем на пирсе. Пожалуйста, послушай с нами хотя бы пару песен.

Джесси поправила тяжелые пакеты, изо всех сил стараясь спрятать очень яркий логотип кондитерской. Хормейстер в цилиндре и ниспадающем плаще пытался навести хоть какой-то порядок среди разношерстной группы певцов, собравшихся вокруг елки. Ему пришлось даже прикрикнуть на «Тонированных», которые никак не могли успокоиться, обсуждая свою победу в состязании. Лидер их коллектива, немолодая женщина с тонированными волосами всех оттенков радуги, гордо носила на шее золотой венок.

– Мы всех разгромили, – громко заявила Клара, специалист по колорированию из салона «Живи ярко», где Джесси четырежды в год тайно подкрашивала корни волос.

Энергичный выкрик вызвал несколько неодобрительных взглядов стоявших по соседству певцов «Высшего образования». Кажется, намечалось соревнование по резким ремаркам, однако тут хормейстер откашлялся и объявил:

– «Я слышал глас Христа».

Когда Джесси заметила в толпе певцов в красных колпаках, то похолодела от страха и с трудом сдержалась, чтобы не броситься наутек. Санта с пластиковым лицом тоже присутствовал, плотно натянув шапку на уши. Мелькала среди компаньонов и хрупкая женщина, которая была среди ряженых в тот первый вечер. Она сначала колебалась, когда все вокруг затянули гимн, но все же присоединилась к хору. Когда ее голос воспарил ввысь, то она тоже, казалось, расцвела, как снегирь на снегу, и запрокинула лицо к облачному небу, точно загадывая желание, чтобы звезды проглянули и засияли. Того, кого так боялась увидеть Джесси, нигде не наблюдалось.

После третьей песни, задорной «Звенят колокольчики», рыжеволосая исполнительница из «Лисы и гуся», чей колпак украшала веточка омелы, покачала ведерком, глядя на сестер Лавдей.

– Все, что мы сегодня соберем, пойдет на нужды убежища для