Фактор Лилит - Джин Пайва

– Намного лучше, – выговорила Элиза блестящими губами. – Ты никогда не подумывал пойти по медицинской части? Из тебя вышел бы толковый доктор.

– Только не симулируй потерю памяти, – рассмеялся Джефф.

Как и раньше, наполненные близостью друг друга, они сидели молча, разговаривая одними глазами.

– Похоже, я мало что помню, – нарушила молчание Элиза. – Джефф, что со мной случилось?

Джефф сел, сжимая руки Элизы в своих ладонях, готовый пересказать все, что было ему известно.

– Вы с Бри были нещадно обезвожены. Никто не смог подобрать приемлемого объяснения, как это могло произойти, – но насчет того, что происходило в той комнате, вообще пока ничего внятного не сказано. Глаза Бри сочились кровью. Осматривавший ее врач сказал, что видел такие повреждения только раз – у водолаза, слишком быстро поднявшегося с большой глубины.

– Бри! – Тревожный возглас Элизы прорезал щебет электронного оборудования. – Как она? Где она?

– Бри продержали одну ночь в больнице – для обследования, а вчера отпустили. С ней все будет в порядке. Она уехала на неделю со своим дружком Жожо на семейную ферму в Пенсильвании.

Джефф помедлил. Вопрос, который ему хотелось задать, давно вертелся у него на языке, отсроченный только радостью от пробуждения Элизы.

– Элиза… что случилось в той комнате?

– Я… я не очень хорошо помню… – Нежданные слезы появились у нее на глазах. – Какие-то кусочки, обрывки понемногу возвращаются: Бри в коридоре, открытая дверь… но… но что говорит Бри?

– Бри выразилась довольно скупо. Она сказала, что пыталась дотянуться до тебя, но ты была слишком далеко. Вот и все. Никто не понял, что она имела в виду. А ты?

– Я не совсем уверена… было что-то еще… кто-то, какая-то женщина за дверью, но я не могу вспомнить ее. – Слезы текли ручьями по бледным щекам Элизы.

– Там действительно была еще одна женщина, – медленно заговорил Джефф, боясь касаться свежей раны и в то же время понимая, что не найти лучшего места, чем больница, для предупреждения истерического припадка.

Элиза подалась вперед, ее глаза внезапно стали сухими. Размытые, неясные черты женщины за дверью всплыли в памяти явственно и отчетливо, словно изображение пришло в фокус.

– Я думал, это ты, Элиза, – начал Джефф, заново переживая страшный момент. – У меня сердце почти остановилось. Господи, я так испугался. Я видел ее вначале только в профиль, потому что она была накрыта рваной простыней. Это был твой профиль – твой нос, подбородок, твои губы.

– Талия, – прошептала Элиза. Она кивнула – сама себе, все кусочки головоломки стали на свои места. Она села и выпрямилась, спокойно и уверенно. – Это была Талия. Моя сестра-близнец.

Довольный тем, что Элиза сделала вывод сама, Джефф сочувственно сжал ее руку.

– Мы тоже так решили. Это была Талия.

– Как она умерла? Ведь она мертва, да?

– Да, абсолютно мертва. – Джефф сам подивился построению этой фразы. – Что касается того, как она умерла… Ну, была сделана аутопсия, результаты оказались совершенно невероятными и необъянимыми. Заключение такое: смерть от переохлаждения.

– Сейчас весна, ночи пока прохладные. Возможно, в квартире Майкла нет отопления. Если сопротивляемость организма снижена, переохлаждение могло привести к смерти… – Элиза пристально смотрела на Джеффа. – Все это дело обычное, откуда сомневающийся тон?

– Она была полностью обезвожена, как будто побывала в вакууме. Внутренние органы просто рассыпались в пыль, когда тело вскрыли.

– Я должна увидеть ее, – произнесла Элиза, твердо намеренная покончить со своими кошмарами.

Она сбросила одеяло и спустила босые ноги на пол. И сразу же израненное тело пронзила боль – от ступней ног до макушки.

– Ну-ну. Нельзя бегать с установкой для внутривенных вливаний под мышкой. – Джефф мягко уложил жену в кровать. – В любом случае она уже кремирована. Ее адвокат опознал тело, когда увидел заголовки в газетах, хотя ее имя нигде не упоминалось. Кажется, Талия оставила очень подробные инструкции насчет своего погребения. А тебе нужно подождать, пока снимут капельницу, еще слишком рано вылезать из постели.

Джефф звонком вызвал сиделку и взял историю болезни Элизы. Он читал записи, пока сиделка отключала мониторы и звонила дежурному врачу. Через несколько минут появился дежурный и отобрал у Джеффа карту с усталым видом, ясно говорившим: если на свете есть что-то хуже пациента-врача, то это пациентка-врач, имеющая мужа-врача.

Отлученный от полезной деятельности, Джефф забрел в смежную палату. Там неподвижно лежала пожилая женщина с нездоровым, мучнистым цветом лица. Джефф взглянул на мониторы и с содроганием понял, что деятельность головного мозга пациентки давно прекратилась. У Джеффа даже дыхание перехватило, когда он представил себе на месте этой несчастной Элизу. В это время в бурной деятельности, развернувшейся несколько минут назад в палате Элизы, наметился спад. Джефф немного задержался, читая медицинскую карту соседки. Ее мозг погиб давно, еще до того, как ее доставили в больницу, из-за серьезной травмы головы в автомобильной катастрофе. В карте был крупно выведен «код отказа», означающий, что с официального согласия родных в случае смерти пациентки ее не будут пытаться вернуть к жизни. Никакие специальные меры для поддержания жизни не принимались – только капельница и респиратор, – но она еще жила. На следующий день беднягу должны были перевести в специальное заведение, где ее тело могло протянуть еще годы и годы.

Джефф оторвался от карты соседки, как раз когда дежурный врач помахал Элизе на прощание и вышел. Новости были отличные: Элизу переводили из отделения интенсивной терапии в обычную палату, а через день-два обещали отпустить домой.

Неопределенное покашливание за спиной у Джеффа сулило другие новости, возможно не такие приятные. С шляпой в руке на пороге остановился Хэл Вон, глядя мимо Джеффа – на Элизу.

– Она выглядит неплохо, если учесть, что ей пришлось перенести, – робко заметил Хэл.

– Не думал, что у тебя хватит нахальства показаться здесь, – прошипел Джефф, понизив голос, чтобы не услышала Элиза. – А потом, ты-то что об этом знаешь?

Хэл Вон немного помолчал, вспоминая Фрэнка Джордана, по его поручению следившего за Талией Харрой, она же – Кроуфорд. Останки администратора проекта выглядели достаточно устрашающе, чтобы дрогнул самый стойкий мужчина. Хэла Вона вызвали опознать труп, и он до сих пор не мог избавиться от преследовавшего его зловония горелого мяса, перебившего даже запахи морга. У Вона не было ни тени сомнений, что эту жуткую расправу устроила Талия. А вот вопрос как – это и был краеугольный камень проекта «Спираль».

Но больше всего Хэла Вона тревожило другое, и именно по этой причине он появился сегодня у постели невестки: если Талия Харра убита, справиться с ней могла только ее сестра. На которую