Современный зарубежный детектив-25 - Арнальдур Индридасон

Фон Даникен упал рядом с закрытой на замок будкой. Он достал пистолет, чуть отклонился в сторону и выстрелил. Замок разлетелся вдребезги, дверца распахнулась. Первое, что попалось на глаза, была табличка, которая предупреждала: «Опасно для жизни!» Разноцветные провода переплетались и объединялись в связки — в общем, все жутко сложно. Он-то ожидал увидеть один рубильник, который можно просто выключить. Склонив голову набок, фон Даникен задумался, глядя на содержимое распределительного щита.

Пуля попала в плечо, и он упал лицом в снег еще до того, как понял, что произошло. Повернув голову, инспектор, тяжело дыша, полежал несколько секунд, соображая, что к чему.

С трудом встав на одно колено, он направил пистолет в сторону дома и несколько раз выстрелил наугад. Так он заставлял себя верить, что игра еще не кончена. Развернувшись к будке, фон Даникен разрядил в нее обойму. Ничего не произошло.

Он зашатался, перед глазами все плыло. В голове возникла абсурдная мысль: «Впервые за тридцать лет держу в руках оружие и то стреляю в металлическую будку». Силы покинули его, и он рухнул в красный от собственной крови снег. Он попробовал поднять левую руку, но она замерзла и уже ничего не чувствовала.

«Вода, вот то, что надо», — внезапно догадался он.

Отбросив ненужный пистолет, фон Даникен запустил обе руки в ящик, схватил связку проводов и выдернул ее наружу. Посыпались искры. Один провод продолжал искрить. Здоровой рукой инспектор подхватил пригоршню снега и швырнул ее в будку. Провод зашипел, но сверкать не перестал. Фон Даникен не предвидел такого поворота событий.

Пошарив по щиту, он нащупал более толстую, с полицейскую дубинку, связку и начал вырывать ее. Наконец она поддалась, обнажая фонтан расщепленных медных проводков.

Фон Даникен смотрел на провода и думал о дроне и самолете из Израиля. Он знал, что у самолета нет шансов спастись от дрона, как у человека нет шансов уплыть от акулы. Затем он подумал об оставшемся в темноте, изрешеченном пулями Филипе Паламбо.

Фон Даникен зачерпнул еще больше снега, но на этот раз положил его на оголенные провода и прижал. Раздался треск, и наступила тишина.

На какое-то мгновение ему показалось, что очередная попытка снова провалилась, но тут ток пошел вверх по его рукам и дошел до груди. Спина согнулась в судороге. Он закричал, но высокое напряжение парализовало горло. Собрав остатки сил, он вырвал руки из снега. В груди словно что-то взорвалось, и его резко отбросило назад.

Джонатан тяжело бежал по глубокому снегу, продираясь сквозь деревья. Дважды он проваливался по колено и с трудом выкарабкивался. Через пятьдесят метров он повернул направо и увидел руины древней стены, перепрыгнул их и, пригнувшись, побежал к дому.

Здание нависало над склоном. Стальные опоры поднимались под углом сорок пять градусов. Джонатан остановился рядом с ними и поднял голову. Выстрелы прекратились, уступив место угрожающей тишине. На вершине горы слышался шум заводящихся машин, и по крайней мере одна из них с визгом тронулась с места.

Опоры были мокрыми, скользкими и отчаянно холодными. Но вскарабкаться по ним было возможно. Джонатан начал подъем. Когда он добрался до верха, его руки пылали от холода, а одежда стала насквозь мокрой. Просунув колено в проем между фундаментом и опорой, он приподнялся и одной рукой ухватился за балкон, затем подтянулся, болтаясь над бездной, ухватился второй рукой и втащил себя на террасу.

Раздвижная стеклянная дверь заперта.

Он отступил на шаг и выстрелил. Стекло разбилось вдребезги, в ноги врезались осколки. Он стряхнул их с себя и почувствовал, как в ботинки сбегают струйки крови.

В доме было тихо и темно. Если здесь и подразумевалась какая-нибудь охрана, она покинула объект. Он слышал только, как где-то низко гудит трансформатор. Джонатан вышел в коридор. В дальнем конце он обнаружил дверь с кодовым замком и выстрелил в нее. Ничего не вышло. И замок, и дверь оказались стальными.

Он приложил ухо к двери и щекой почувствовал вибрацию. Из-за двери доносилось тихое жужжание. Неожиданно оно прекратилось, вибрация стихла. Будто ее отключили.

Джонатан увидел, что лампочка, которая горела красным, теперь стала зеленой, и понял, что электропитание отключилось.

Он протянул руку к двери и повернул ручку.

Дверь открылась.

Держа наготове пистолет, Джонатан вошел в помещение и сразу догадался, что попал в центр управления. Панорамное окно слева выходило на Цюрихский аэропорт. Прямо перед ним от пола до потолка разместилась установка с мониторами, пультами, кнопками. В кресле, спиной к нему, сидел человек и держал руку на джойстике. Это мог быть только Джон Остин.

Чуть поодаль от него над электрическим щитком склонился другой человек.

— Вспомогательное питание включено, — сказал второй, скорее всего техник. — Спутниковая связь восстановлена. Появилось изображение.

Он обернулся и увидел незнакомца, направившего на него пистолет.

Джонатан дважды выстрелил. Человек упал, и Джонатан приблизился к Пилоту:

— Бросьте управление.

Пилот не ответил, только качнул джойстик вправо. Экран перед ним светился зловещим зеленоватым светом. Сначала Джонатан ничего не различал. Приглядевшись, он увидел расплывчатые серые очертания, затем четкость увеличилась. Теперь он видел нос, хвост и огни пассажирских окон — самолет, снятый инфракрасной камерой.

Джонатан посмотрел на радар. Две точки в центре находились невероятно близко друг к другу. Под одной из них стояло: «„Эль-Аль“-863Н». У другой опознавательной метки не было.

— Я сказал, бросьте управление.

— Вы опоздали, — произнес Джон Остин.

«Он не остановится, пока не выполнит то, что вбил себе в голову, — говорила Эмма. — Поверь мне, я его знаю».

Джонатан подошел к нему вплотную, приставил пистолет к шее и нажал на курок.

Пилот уткнулся лицом в пульт.

Джонатан сбросил тело с кресла.

Самолет приближался. Уже можно было различить крылья, силуэт фюзеляжа и бортовые огни. Невозможно близко.

Джонатан толкнул джойстик вперед.

Самолет по-прежнему надвигался. Слишком поздно. Дрон врежется в него. На пульте мигал красный огонек — дистанционный взрыватель на взводе. Взгляд на радар — две точки почти слились в одну. Взгляд на камеру — самолет уже заполнял весь экран.

Джонатан рефлекторно сжался.

И вдруг самолет исчез из поля зрения. Экран погрузился в темноту. Джонатан посмотрел на радар. Метка «„Эль-Аль“-863Н» все еще была там. Через несколько секунд появилась и вторая. Расстояние между ними увеличилось.

Он так и держал джойстик, пока дрон не исчез в темноте.

Среди приборов он отыскал взглядом альтиметр и смотрел, как его показания падали с восьми с лишним километров до шестисот