Человек-кошмар - Джеймс Х. Маркерт

Глава 37

Имя Бри эхом разносилось по всему дому – его выкрикивали сразу три испуганных голоса.

Бен уже проверил каждый закуток, щелочку и шкаф на третьем этаже – даже в бывшей комнате Девона – и как раз спускался на второй, когда столкнулся на лестничной площадке с Амандой.

– Где она, Бен? – выкрикнула она и потом повторила еще громче: – Где она?

– Не знаю. Но она точно здесь. Где-то здесь… Бри! – позвал он. Войдя в первую попавшуюся комнату на втором этаже, он распахнул дверцу шкафа с такой силой, что старое хрупкое дерево вокруг петель треснуло. – Бри!

– Я тут все уже проверила, – донесся с лестничной площадки голос жены. – На этом этаже ее нет.

Бен вышел в коридор, схватил Аманду за руку и потянул за собой вниз по изогнутой лестнице, в вестибюль.

– Бри! Брианна! – продолжали кричать они хором.

– Пожалуйста, Бен, скажи, что она не вышла на улицу. Боже! Не надо нам было сюда приезжать.

– Не знаю. – Сердце Бена бешено колотилось, взбудораженное не только поисками, но и тем, что сестра начала рассказывать ему на кухне о дедушке Роберте.

Голос Эмили донесся из гостиной, а затем из кабинета:

– Брианна!

Со стороны кухни по коридору потянуло легким ветерком. Такой же Бен ощутил и в коридоре, ведущем в атриум. В доме ведь распахнуты все окна. Он замер и умолк. Блэквуд наполнялся голосами, стоило открыть в нем окна. Раньше, живя здесь летом, они с Девоном часто использовали эту особенность для шуток над Эмили. Притворялись, будто по дому гуляют призраки. Стоявшая рядом Аманда снова выкрикнула имя дочери. Бен нежно коснулся ее руки и приложил палец к губам, призывая ее замолчать. Прислушаться. Из-за угла вывернула Эмили – на растерянном лице застыло выражение паники. Бен снова приложил палец к губам. Сестра затаила дыхание, вместе с ними вслушиваясь в гуляющий по дому сквозняк.

И они сразу это услышали.

– Я здесь. – Тоненький голосок. Им оставалось только надеяться, что это кричала Бри. – Мама! Я здесь.

– Где – здесь?

Бен попытался определить, с какой стороны доносится голос дочери. Аманда, похоже, сориентировалась лучше, чем он. Она уже исчезла в главном коридоре, миновала кухню и добралась до места, где проход разветвлялся на две части – с комнатами, полными книг, по обе стороны каждой. Повернув налево, Аманда спустилась по лестнице, ведущей вправо, и оказалась еще в одном коридоре. Бен не был здесь уже целую вечность. Этот проход вел к башне – сооружению, построенному в тридцатые-сороковые годы специально для спятившего Генри Букмена, чтобы изолировать его от тех, кому бы он мог причинить вред. Сколько Бен себя помнил, вход в башню был наглухо закрыт и заперт на висящий на цепях замок.

Голос Бри теперь звучал громче, ближе.

Вместе со следовавшей за ним по пятам Эмили Бен припустил за Амандой вниз по лестнице и миновал множество поворотов, пока коридор не уперся в тупик с тяжелой деревянной дверью в конце. По сравнению с этой дверью, которая, как он помнил с детства, была настолько тяжелой, что никто из маленьких Букменов не смог бы открыть ее без помощи взрослых, стоявшая перед ней Бри казалась совсем крошечной. Бен обогнул Аманду и бросился к дочери, не зная, обнять ли ее или сначала отругать за то, что она вот так исчезла.

Аманда остановилась – дыхание сбилось от пережитого ужаса и необходимости носить такой большой живот.

– Бри, мы же просили тебя не убегать. Что ты…

– Вы разве не слышите? – спросила Бри. – Я услышала ее, как только вышла из туалета.

Бен перевел взгляд с дочери на дверь башни.

Из-за толстого деревянного полотна донесся голос маленькой девочки.

– Помогите мне. Кто-нибудь, пожалуйста, помогите.

Бри взглянула на него снизу вверх.

– Теперь слышишь?

– Я принесу ключи. – Эмили поспешила к лестнице.

Бри отошла от Бена и приложила к двери правую руку.

– Как тебя зовут?

– Блэр, – послышался изнутри испуганный голос. – Блэр Атчинсон.

– Боже! – Аманда вскинула руку ко рту.

Бросив взгляд на жену, Бен одними губами произнес: «Она жива».

– Ты чувствуешь мою ладонь? – спросила Бри.

– Нет, – ответил голос по ту сторону двери. – Кто ты?

– Я Бри. Это сокращенное от Брианна. Давай поиграем в зеркало. Я положила на дверь правую руку. Теперь ты положи на нее левую. – Она подождала немного. – Видишь? Дверь превратилась в зеркало.

Бен услышал, что Эмили уже возвращается с ключами. Немного повозившись, она быстро открыла замок. Цепи упали на пол с тяжелым стуком, словно с корабля бросили якорь.

– Блэр, мы сейчас войдем, – сказал в дверь Бен. – Ты в безопасности.

– Он ушел? – спросила девочка.

Бен оглянулся на Аманду, не зная, что ответить.

– Ушел, милая, – сказала Аманда. – Мы сейчас войдем к тебе.

Эмили потянула дверь, но в одиночку с ней не справилась. Тяжелая, она казалась средневековой, как и вся башня. Тогда Бен взялся за ручку вместе с сестрой и дернул ее на себя.

Наружу хлынул сырой зловонный воздух, словно они сломали древнюю печать.

Находившаяся внутри Блэр вскрикнула и заплакала.

– Все в порядке, детка, – шагнула к ней Аманда, которая больше остальных рвалась поскорее подойти к ребенку.

Бен застопорил дверь, положив перед ней тяжелые цепи. Последнее, что им сейчас нужно – это чтобы она ненароком захлопнулась, заперев их внутри. Включив на телефоне фонарик, он осмотрелся. Камни под ногами были скользкими от годами проникавших сюда дождей и сырости. Трещины в брусчатке заросли мхом. Сверху капала вода. На мокрых стенах сидели мотыльки. Голуби порхали туда-сюда, мелькая в лучах солнечного света, проникавшего сквозь слуховые окна тремя этажами выше, рядом с балконом.

Блэр отбежала к дальней стене, как только они вошли, и Аманда прикладывала немало усилий, чтобы выманить ее из тени. На девочке было розовое платье, которое ее мать описала полиции после исчезновения дочери несколько недель назад. То самое платье, в котором ее запечатлели на фотографии – снимок разошелся по всей стране, после того как Блэр объявили в розыск. Теперь оно было грязным и порванным, доходивший до колен истрепанный подол покрылся пятнами и намок от дождя. Волосы Блэр превратились в спутанное воронье гнездо. Она дрожала, обхватив себя руками. Широко распахнутые глаза моргали достаточно часто, чтобы предположить, что она осознает происходящее.

– Теперь все будет хорошо, Блэр, – сказала Аманда.

Блэр по-прежнему держалась поближе к дальней стене, едва не касаясь покрытых лишайником камней и холодных теней.

– Ко мне она подойдет, – Бри